16+

"Наваждение Катерины": не буди лихо

Культура, Южно-Сахалинск

В предвкушении второго акта спектакля, когда преступление уже свершилось и началось наказание, одна из зрительниц полушутя-полусерьезно сказала: ну вот, сейчас убийца-рецидивистка Катерина приедет на каторжный Сахалин, встретится с Чеховым… Но героиня очерка Лескова "Леди Макбет Мценского уезда", как известно, не добралась до нас, а перекрестье с автором "Острова Сахалин" у Минусинского драматического театра все-таки случилось.

С этим театром из небольшого, на семьдесят тысяч жителей, сибирского города сахалинцы уже познакомились опосредованно и задолго до театрального фестиваля "Сахалинская рампа" — когда руководству Чехов-центра удалась счастливая идея пригласить на постановку худрука театра Алексея Песегова. И зацвел на Сахалине "Вишневый сад", который сегодня является жемчужиной в репертуаре сахалинского театра, а в этом году появилась и комедия "Пока она умирала". Поставленный Песеговым спектакль "Наваждение Катерины" оказался историей долгоиграющей, с 1980-х, нынешняя постановка уже третий заход режиссера в заповедные поля Лескова, который во время оно задумал целый цикл о сильном и страстном женском характере разных сословий, но в конечном счете ограничился купеческой женой.

Кажется, Катерина — имя знаковое для русской литературы — Кабанова, Маслова, Измайлова, Катерина Ивановна Достоевского. Лесковская героиня "по совокупности заслуг" всегда представлялась мощной, мрачной глыбищей, чуть получше Кабанихи или Салтычихи. А минусинская Катерина (Анна Понибрашина) является юной, тоненькой девочкой, спящей царевной, запертой живьем в гробу-тереме с двумя нудными стариками. Смазливый приказчик (Александр Никандров), замутивший было любовь, думал обойтись облегченным вариантом — поматросил и бросил. Но разбудил лихо и сам попал в омут, потому как Катерина на роль "одна из многих" никак не подряжалась. Вот стоял тяжелый валун на берегу высокого обрыва, мхом обросший, а как тронули его играючи, покатился вниз со страшным грохотом, не остановить, увлекая в бездну все, что попалось по дороге, без разбору. Муж, свекр, ребенок, соперница…

Из истории монстра в женском обличии Алексей Песегов вывязал тончайшую симфонию — актерскую, музыкальную, световую. "Не люблю суеты", — скажет на обсуждении. И в "Вишневом саде" удивляло, сколь лаконичными приемами и малым словом, а то и без он умудрялся создавать выразительные образы, без шума и перекраивания оригинала. Влюбленная Катерина запрокидывает лицо, на которое изливается золотой поток света, — вот он, ее рай. Полюбовница экс-любовника Сонетка злорадно хохочет, демонстрируя дареные чулки, и слов не надо, — символ предательства Сергея налицо. И чудо как хорош яростный танец каторжанина в кандалах, знаменуя, что кончилась отныне жизнь мирская, приказчицкая, улетела сладкоголосая птица любви. И теперь я знаю, как звучит голос совести. Лейтмотивом спектакля стала песня "Кукушечка" ("Пошли детки в лес гулять") из фильма "Мой ласковый и нежный зверь". На струну ее звенящей нежности нанизывается каркас криминального сюжета, как беспокоящий комариный писк, она вьется меж пальцев, проникает в поры, учащает пульс лихорадки — любовной и убийственной.

Сколько раз приходилось спать с открытыми глазами на спектаклях под гром оркестров и войнушек, а тут затягивает на раз и уж не отпускает вязкая, как болото, черная тишина, медлительные речи сказительницы, долгие взгляды и неподвижность, ведь под пеплом — огонь. Вместе с Катериной тонешь в сонной одури, в которой проходит жизнь женщины-девочки, наделенной немереной силищей и собственническими инстинктами, где каждый день — день сурка. Черная конструкция в два этажа служит и домом Измайловых, и паромом, везущим на каторгу убийц, потому что нет разницы — семейная жизнь для Катерины была не лучше каторги.

В спектакле скукой дышат как воздухом, и понимаешь, что эта штука посильнее войны и смерти. От скуки Катерина вцепилась, как утопающий в канат, в придуманную любовь, а она оказалась соломинкой. Не люблю заезженное слово "актуальность", но другого не подберу, а спектакль Песегова снайперски стреляет в наше время. Потому, как в более богоспасаемые времена Лескова, Катерина была исключением из правил, а ныне таких нравственных "глухарей", тешащих свои хотелки, пруд пруди в любом возрасте и месте. Что котенка утопить, что древо сломать, что насилие ближнему причинить — все одно, человеки без свойств, никакой рефлексии — ни корысти, ни страсти, спроси — зачем, и сам не знает. Бестрепетность импульсивных поступков Катерины — сродни балованному ребенку в песочнице, увидела понравившуюся игрушку, так и заберу, за ценой не постою.

— Я почти во всех спектаклях исследую женскую душу, психологию женщины, и чем больше я занимаюсь этой темой, тем больше "закапываюсь", это загадка непостижимая, — сказал Алексей Песегов.

Ну как всегда, во всем "виновата" женщина. С одной стороны, мэтр признал очевидное — что женщина крутит-вертит миром, так было, есть и, авось, будет, с другой стороны — не снимает с хрупких женских плеч тяжкого бремени ответственности за самостояние человека и общества, душу мятущуюся, не на "красивого мужчину" же полагаться. А все-таки режиссер оставил свет в конце тоннеля, жалеючи человека-зрителя, да и Катерину, которую не стал обвиняюще называть леди Макбет. Не зря хлопали тревожно крылья мельницы мужа Зиновия Борисовича, намекая, что божьи жернова мелют медленно, но верно, и то и дело вспыхивал мистическим синим светом двор, являя тени убиенных. А просто морок, наваждение это, все примстилось в кошмарных снах Катерине, и не оглянулась невеста на собственной свадьбе на пригожего молодца, чей лик высвечивается во мгле подобно иконе. А значит, не довела себя до соблазна с кровавыми последствиями. С другой стороны, не грешите, девки, и будет вам… счастье? Да нет, продолжится летаргический сон жизни — праведной, но смертельно скучной…

Фото Дениса Таушканов

На обсуждении спектакля не случилось критиков с их профессиональными мнениями, они побежали в театр кукол на "Золушку" театра "Практика", и постановка Алексея Песегова попала сугубо под зрительскую раздачу. Кого-то не устраивало, что спектакль "сильно предсказуемый" (ну в самом деле, все умерли, куда ж от этого деться), кому-то не хватало экспрессии — "что ж они у вас такие полумертвые", в жизни никто так тягуче не говорит, аж чудесная Анна Понибрашина слегка растерялась:

— Ну, наверно, я плохая актриса.

Зато ее партнеру Александру Никандрову достался шикарный комплимент от зрительницы, которым можно гордиться (видимо, что-то личное зацепило в этой житейски расхожей истории):

 — Я вас просто возненавидела и до сих пор смотреть спокойно не могу.

— Алексей Алексеевич, как вам удается волшебство такое, я не понимаю, — сказала актриса Чехов-центра Анна Антонова. И сказала со знанием дела — после главных ролей в двух спектаклях Песегова.

А сам режиссер свои спектакли в зрительном зале никогда не смотрит, потому что очень волнуется. Сахалинцам, по счастью, удалось соприкоснуться с миражами "Наваждения", который по воле создателя уже заканчивает свою историю.

Новости по теме:
Узнавайте новости первыми!
Подписаться на новости
Telegram Подписаться в Telegram WhatsApp Подписаться в WhatsApp

Обсуждение на forum.sakh.com

tunai4a 17:13 27 июня 2019
Спасибо огромное за спектакль.Мне кажется,что это один из лучших на фестивале..зацепил,не отпускает..Жаль,на обсуждение не могла остаться.Браво!Нравится вкус и видение режиссера.Артисты -таланты!
Читать все обсуждение