Спецпроект: Наши ветераны
Спецпроект: Наши ветераны

Бой на реке Муравченко

Публикации, Общество, Южно-Сахалинск

"…это касается Русско-Японской забытой войны".

Евгений Рейн. "Сосед Григорьев".

Солнечная суббота 26 апреля, день, как праздник. Двенадцать машин и примерно двадцать человек собрались вместе сразу за селом Дальним. Активисты с сайта "Сахалинский поисковик" — сахалинцы, которые интересуются и сами разгадывают историю острова.

Встрече предшествовало объявление участника, на форуме он "ДядяВитя":

— Уже лет восемь занимаюсь войной 1904-1905 годов. Хотя эту войну на Сахалине и называют второстепенным театром военных действий, она изобилуют героическими и незаслуженно забытыми эпизодами. Благодаря Виктору Яковлевичу Горобцу мы узнали об отрядах Даирского и Гротто-Слепиковского. Об основном же отряде под командованием полковника Арцишевского знает очень узкий круг людей. То, что практически в городской черте Южно-Сахалинска шли ожесточенные бои, для многих звучит как сенсация.

Итак, время: 1905 год, 28 июня. Место: 4 версты северо-западнее села Дальнего. Русские войска окопались, правым флангом упершись в берег реки Муравченко (ныне Владимировка) и безымянный хребет, а левым — в болотистую местность, переходящую в небольшую возвышенность. Широта фронта около четырехсот метров. (Современная "старая" дорога на Холмск разрезает фронт примерно посередине).

В центральной части два пулеметных расчета, в глубине обороны на расстоянии версты рассредоточились четыре орудийных расчета. На хребте  — матросы с "Новика" и "Сивуча".

Таково расположение русских войск на начала боя. Надо отметить, что эти позиции наши войска удерживали два дня под проливным дождем и артиллерийским огнём, отбивая атаки пехоты. Итог боя: из 415 человек небольшая группа под командованием капитана военной юстиции Бориса Стерлигова вырвались из окружения и в тяжелейших условиях сумели добраться до материка. Пропавших без вести — 82 человека, убитых — 25 человек. Они такие же защитники Отечества, как солдаты, павшие в боях за освобождение Сахалина и Курил в 1945 году. Они тоже ждут своего отпевания и своих почестей.

Японцы на месте боя в тридцатых годах поставили синтоисткий храм Нисикубо дзинзя, над братским захоронением японских солдат и погибшего в том бою майора Нисикубо. Сейчас на этом месте сохранилась аллея из хвойных деревьев. Остатки обелиска сдвинуты бульдозером, торчат из болота и покрыты зелёным мхом. Удивительно, но я обнаружил то самое дерево с японской фотографии, под которым умирал раненый японский майор.

Из года в год в межсезонья квадрат за квадратом я сканировал эти места, собрав довольно существенную экспозицию. Но новая жизнь наступает, подминая под себя историю, закрывая её асфальтом и постройками.

И вот она пришла в эти места, поле битвы готовится под застройку и уже распланирован правый фланг русской обороны. Еще немного, и начнется строительство коттеджей, нам будет непростительно не воспользоваться пока еще имеющейся возможностью изучить место схватки. Оно немаленькое, и работа в один мой поисковый прибор займет много времени.

Вчера я вышел на Артёма и обозначил проблему, он ответил: напиши на форум, опиши ситуацию, посмотрим, что скажут ребята. Вот, пишу в надежде на ваш отзыв, и что совместными силами мы сможем качественно прозвонить эту местность.

Сегодня связывался с руководителем организации будущей застройки и с его стороны встретил полное понимание.

Сразу пошли ответы:

Макс: Действительно, это значимое место в военной истории Сахалина и мы совершим непростительную ошибку, если упустим момент. Я за!

Spader: Поддержу!

Анатолий: Даёшь Дальнее! Я буду.

Хребет матросов
Хребет матросов

***

Поисковый народ окружает стол, Виктор выкладывает большие листы спутниковых карт со схемой русской обороны. Короткое обсуждение, и копари с приборами и лопатами расходятся по секторам. Каждый в одиночку, интимно, каждый звонит землю один на один.

Работать удобно: весна, травы нет. Нет и деревьев, бульдозеры уже сделали планировку под будущие коттеджи, на месте сражения большое голое поле.

Идём по красивой хвойной аллее из старых деревьев — к памятнику майору Нисикубо и братской могиле погибших в этом бою японских солдат. Вот дерево со сбитой русским снарядом верхушкой. Под ним, по легенде, умирал раненый в живот майор. Обстрелянный боевой майор, имел свежий опыт сражений в Манчжурии, дважды был ранен там. Здесь под Дальним в решительный момент поднял солдат в атаку, на пулеметы кинулся с саблей…

Уже в процессе написания этой статьи пришло в голову, что не худо бы за Дальним сделать совместныйрусско-японский мемориал войны 1904-1905 годов. Нашей части этой войны, сахалинской. Восстановить и отреставрировать памятник майору Нисикубо.

По моему мнению, лучшего места нет. На озеро Тунайча (где погиб отряд штабс-капитана Гротто-Слепиковского) далеко, туда плохая дорога. Там нет японского памятника. Он есть на месте гибели отряда штабс-капитана Даирского, но это настоящие найбинские дебри: ни дороги туда, ни даже хорошей тропы.

За реализацию этой идеи голосует одно очень важное обстоятельство: японские батальоны под общим командованием генерала Такенаучи в бою за Дальним не зверствовали — как это было на Найбе, где японские войска перекололи штыками пленных вместе с их командиром. Здесь не расстреливали пленных и не добивали раненых, как это было на Тунайче.

Впрочем, вопрос нуждается в дополнительном изучении нашими историками и краеведами.

А пока не стоит широко размахиваться — в ближайшее время надо бы сделать что-то для наших, для арцишевцев. Ведь через месяц очередная дата сражения под Дальним, 109 лет будет ей в предстоящем июне. Для начала можно просто поставить памятный знак, хотя бы временный. Вкопать стенд со схемой сражения, описанием, цифрами, краткой исторической справкой.

Дело это не губернатора и не правительства области. Это дело народное, наше, сахалинское дело — если по совести рассудить.

Поможет власть — хорошо. Не смогут — самим надо скинуться, поработать. Я 100% уверен, что людей (граждан!) на доброе дело найдется, нас будет много, сахалинцев. Мы скинемся… а что нам? Для предков славных, с честью погибших, нетяжко нам будет отдать десятину. Сбросил с тела деньги — душе легче...

Распределение работы по секторам
Распределение работы по секторам

***

Меж тем, поисковики выкладывают находки на стол. Вот пули и гильзы уже нашей эпохи: от пистолета ТТ, автомата Калашникова. А вот из того, что хотели найти: крупная гильза от японской винтовки Арисаки, дистанционная головка от японского 76мм снаряда.

Самая интересная находка — у Дениса 67. На первый взгляд, просто кусок ржавого железа, ведь больше ста лет в земле пролежал. Но копари сразу распознали в нём затвор от винтовки Бердана. Ими были вооружены ополченцы — каторжане и поселенцы, добровольно вступавшие в дружины защитников Сахалина. В прошлом году Виктор нашел здесь самодельный крестик на шею погибшего ополченца.

Об этих людях ещё никто не писал толком. В истории острова есть, с одной стороны, блещущие подвигами Невельской и его соратники-офицеры, и, с другой стороны, такие же подвиги, только воинские, героев пятого года. А посередине — мрачная яма, каторга, она подробно прописана заезжими литераторами и журналистами. Но нет, совсем мало про тех, которые имели на семью по две-три коровы, лошадей, мельницы. Про крепких хозяйственников, которые не хотели уезжать с Сахалина. Уже родились и выросли дети, для которых разговоры про коренную Россию были всего лишь сладкой сказкой отцов, а дети были уже сахалинцы, им было и здесь хорошо. Наиболее мотивированные защитники родной земли, они вступали в дружины как волонтёры.

Коренники, первая "русская соль" Сахалина. Мне очень жаль, что чёрное крыло каторги закрыло их жизнь от современников, исследователей и литераторов. Ничего про них мы не знаем, мало.

Верхушка дерева сбита русским снарядом
Верхушка дерева сбита русским снарядом
Затвор от винтовки от системы Бердана
Затвор от винтовки от системы Бердана

Стою с лопатой средь голого поля. Пытаюсь представить, как было тогда.

Всё иначе было тем летом. На месте позиций — тайга, ближе к пойме реки Муравченко (ныне Владимировка) на полянах к июню вымахала трава с рост человека.

Мимо изредка проскочит машина от Дальнего. Суббота, на дачи люди поехали, весна нынче ранняя, снега на дачах уж нет.

Вот — тоже от Дальнего — человек десять велосипедистов. Это с Южно-Сахалинска парни, девчонки, я знаю их. Тусовка с "Вконтакте", проверяют дорогу на вулкан, они поедут до конца, пока их не остановит в горах снег.

Никто из велосипедистов и в машинах  — никто не знает, что едут мимо славного и трагического места русской истории, про которое на острове должен знать каждый. (Из тех, кто считает себя сахалинцем, остальные не в счёт).

Не знал об этом и я… Всё изменилось. Вокруг — и в моём сознании.

Только "Хребет матросов" остался как был — крутой, естественный узел обороны. Вдоль старой дороги на Холмск протянулся хребет нерушимым памятником русскому флоту.

Здесь внизу перекрывал распадок главный отряд во главе с полковником Арцишевским. Солдаты с пушками и пулемётами, дружинники с берданками. А там наверху с винтовками-мосинками держали оборону матросы крейсера Новик и георгиевские кавалеры с судна Сивуч. Сорок четыре человека под командой лейтенанта флота Максимова.

Мало кто знает, и пока не было этого в публикациях: на хребте Виктор нашёл русский окоп в форме полумесяца для стрельбы "с колена", через десять метров — ещё позицию "лёжа", ещё десять метров  — ещё позиция "лёжа"… И огромное количество стреляных гильз от винтовок системы Мосина.

Оттуда они стреляли вниз — сюда, где сейчас стоят наши машины, здесь ползли враги в высокой июньской траве.

28 июня 1905 года, 18 часов. Хребет матросов.

— Ох, день… Братцы, смотрите, как парит Сахалин чёртов… Дождь к ночи будет.

Старшинка Петрович привычно забубнил вечернюю флотскую молитву. Как всегда — гнусавя, притворяясь священником:

 — Вот и ещё один день прошёл государевой службы.

 — Ну и хрен с ним! — хором, весело ответили старшинке из окопа матросы.

 — Аминь! — привычно закончил богохульство Петрович.

 — Что-то рано ты нынче, — сказал лежавший с флагами у обрыва сигнальщик. — Свет ещё не потух, а ты уже склянки отбил. Не к добру то…

 — А ты не каркай! — в сердцах ответил Петрович, и отошёл за деревья. Отвернулся от матросни, перекрестился, прочёл шепотом "Отче Наш".

Чуял с утра боцман: не пережить ему этот день. А не сегодня — так завтра. Псы поганые взяли след, теперь не отвяжутся. Загнали флот в горы.

Уж сколько чудес Господь сотворил на проклятой этой земле, сколько в эти дни дрались с нехристями, начиная от моря, от сельца Параонтомари — а сила солому ломит.

— Ползут мартышки! — низким и страшным голосом прохрипел Сашко, вологодский деревень.

 — Тихо!.. де? — упал на землю старшой, спрятался рядом с вологодским за корень.

 — Василь Петро…вич! да во, во… У речки. Траву двигают, шовелются.

 — Хдэ тобэ шовелится, хадёныш… кажи…

 — Шовелилось.. ей бо, шовелилось, Василь Петрович…

 — Уймись, Сашко. Я тебя за панику Максу отдам, он похвалит, — поморщился от боли в груди Петрович, и перевернулся на спину. Сунул под формёнку руку, стал массировать сердце.

Закат осветил вершины хребта, и все сорок четыре человека, оба экипажа перекрестились тайно и явно. Вечер без войны, слава богу. Продержаться б ещё…

Все знали: сегодня днём принёс каторжный из Владимировки письмо от японского генерала с предложением сдаваться. Командир на письмо не ответил. Значит, завтра драться опять.

***

Но обманчивым оказался тихий вечер. Вот дал отмашку флагом наблюдатель-сигнальщик, и уже через минуту ударил в тишину выстрел из русской пушки. Шрапнель просекой положила траву у реки, оттуда раздались крики японцев.

Выдержка из отчета полковника Арцишевского

"Около семи вечера на нашем правом фланге с горы, где были расположены матросы крейсера "Новик" с их командиром лейтенантом Максимовым, усмотрено было наступление цепи противника на нашу позицию, причём эта цепь наступала ползком, пользуясь кустарником и высокой травой.

Это наступление было замечено так же прислугой третьего орудия, с которого и был сделан первый выстрел, по которому все орудия наши открыли огонь, а так же открыт был оружейный огонь и из пулемётов.

Около восьми вечера пошёл проливной дождь, стало темнеть. Нашим огнём наступление было остановлено и противник принужден был к отступлению. Огонь с нашей стороны продолжался около сорока минут, и был мною прекращён, хотя с неприятельской стороны продолжался до 9 часов вечера.

Во время отражения атаки я был на передовой линии, проходя вдоль фронта успокаивал людей, а остальную часть ночи до рассвета я находился при резерве.

Наши войска оставались на позиции на своих местах всю ночь под проливным дождём, ожидая ночного нападения. Дождь продолжался до утра, и отряд не имел никакой защиты, так как походные палатки не были получены от интендантства.

Около 10 часов ночи на левом фланге позиции один дружинник, приняв шедшего волонтёра Троицкого, одетого в длинный дождевик, за японца, бросился со штыком и нанёс удар в пах. К счастью, рана оказалась не опасной, но Троицкого пришлось отправить на перевязочный пункт. Вместе с Троицким в 11 часов ночи я разрешил отправиться с позиции и Лейтенанту Максимову, заболевшему лихорадкой".

Ночь с 28 на 29 июня. Хребет матросов

Примета не подвела, дождь полил знатно. Матросы ещё не остыли от стрельбы, а уже кто-то из бывалых спустился от позиций вниз по склону на юго-запад. Штыком стал рыть ямку и воздуховод под маньчжурский костёр. Подземный, военный костёр, он почти не давал света, не демаскировал позицию.

Вода кипятилась, не переставая, сразу выпивалась и снова кипятилась. И всё же ночью стало так сыро и холодно, что плюнули на опасность, и разожгли большие жаркие костры.

Началась вахта Петровича отойти от костра и встать под дерево у обрыва, наблюдать, сторожить темноту, откуда с вечера били японские пушки. Дождь поливал нагретый костром бушлат.

Сами собой вспомнились слова тестя, старого пластуна. Тот, было дело, тоже держал оборону. Давно уже, в Крымской войне:

"Знаешь, что такое война? Думаешь, когда грудью вперёд бегом "уря, за Веру, за Царя!?

Нет! Ты выдь в поле, вырой себе окопчик и сиди в нём. Сутки-другие посиди под ветром-дождём, да без харчей горячих. В воде окопной погрызи сухарей, поспи в сырозёме, посиди тама недельку — то будет тебе вой-война.

В атаке, да со товарищами на миру смерть быстра и красна — а ты вот так помайся".

"Так и маюсь, — подумал Петрович. — Юбилей нонче у нас семейный, ровно 50 лет назад тесть под Севастополем в окопе сидел… А я тут…

Давно уже пал Порт-Артур, легла на дно эскадра Рожественского, а нынче на Мерее врагов туча повылезла на сахалинский берег. Вдесятеро больше, чем нас", — лезли в голову тоскливые мысли.

"Что же нам делать? Что с нами будет? Всё пропьём, но флот не опозорим… завтра… Эх, япона мать…"

Боцмана пробила крупная дрожь.

"Болезнь-лихоманка тело ломит, лейтенанта уже свалила простуда. Надоела хренотень тягомотная… скорей бы утро, скорей бы в драку, да кончик от смерти принять".

— Эй, Сашко!

 — Здесь я, Василий Петрович.

 — Слухай, брат… если завтра ранят меня — сразу кокни меня. Не хочу в плену болеть, в бинтах валятся, выть-кричать.

 — Хорошо, Василь Петрович, сразу кокну, ты только рядом будь.

 — От, хадёныш… Ты раньше-то срока не кокни, нехристь…

 — Раньше не буду. Ты мне кивни или моргни, я жилеть-плакать не буду, сразу облегченье дам.

Отчёт полковника Арцишевского, продолжение:

"29 июня. В 5 часов утра возобновился вчерашний бой, начавшийся артиллерийским боем с обеих сторон. С начала боя и до конца я находился на передовой линии. Неприятельская артиллерия значительно превосходила нашу числом орудий, что усмотрено было из массы снарядов, ею выпускаемых.

Около 8 утра началось наступление неприятельской пехоты, движение которой было остановлено артиллерийским и пехотным огнём. Неприятельская пехотная цепь, остановившись менее 1.000 шагов, открыла огонь.

В 9 часов утра с флангов дозорные дали мне знать, что показались значительные неприятельские отряды, чтобы обойти и окружить наш отряд. Кроме того, в тылы одиночными выстрелами был ранен обозный рядовой Костевич, бывший при пулемётных лошадях и убито несколько лошадей конных дружинников в тылу нашего расположения.

К этому времени имевшийся запас артиллерийских снарядов подходил к концу. При такой обстановке положение отряда стало критическим. Совещанием начальников частей было решено расстрелять все имевшиеся снаряды, привести в негодность орудия и отступить в горы, чтобы спасти отряд от полного поражения.

В 9 часов 30 минут я приказал отступать отряду. Первой отступала полубатарея в пешем порядке, вооружённая винтовками Бердана, потом два пулемёта с командой.

Во время этой японской атаки отряд штабс-капитана Карепина оказал отчаянное сопротивление. Атака окончилась рукопашным боем, во время которого погиб штабс-капитан Карепин в кругу нижних чинов своего отряда.

Лейтенант Максимов взят в плен во время атаки японцев на его отряд, который отступил к главному отряду.

Отряд поручика Тикканена при отступление, будучи настигнут наступающим противником, вынужден был вступить в бой, для чего перестроился из замкнутого строя в разомкнутый и во время отступления густым лесом цепью произошел разрыв на две части, при этом 23 человека нижних чинов с прапорщиком флота Лейманом уклонились в право, а поручик Тиккакен с 19 нижними чинами, влево…"

Аллея к храму
Аллея к храму
Часть храма, сброшенная в болото
Часть храма, сброшенная в болото

***

Победители прочёсывали полёгшую траву и кусты, тайгу, искали русских раненых и поднимали их прикладами и штыками, пинками, сгоняли в общую кучу  — тех, кто мог ходить.

Под одинокой медвежьей дудкой лежал на боку Петрович с перешибленной картечью спиной. Лежал один, не было рядом верного Сашко, где-то в дыму и в свисте пуль затерялся вологодский деревень… Как сын был…

Затрещала трава, раненый услышал дыханье, увидел перед носом маленькую, словно женскую ступню в ботинке с обмоткой. Скосил вверх глазом: да, совсем молодое, словно девичье лицо у японца. Как у Сашко.

Стоит, грозно насупился — а нестрашно нынче боцману, смешно даже. Отмучился я — мелькнула последняя мысль.

Не кивнул Петрович и не сморгнул, а собрал во рту кровь со слюнями поболе, на обмотку ноги плюнул и сразу в обратку получил от солдата штык в сердце.

***

Нынче Россия делает "шаг назад", ищет себя в прошлом, чтобы сильнее быть в будущем. Вот ГТО у нас будет опять; как и встарь, "Первомай-2014" встретили на площади Красной….

"Россия сосредотачивается" — знаменитая фраза, она тоже из прошлого.

Ещё много сделать надо. Это и сближение зарплат руководства и рядовых работников (разрыв между бедными и богатыми стыдно огромен!), и пресловутая национализация элит. Элиту надо подчищать и в Москве, и на местах. Нет и никогда не будет охотников воевать и класть голову за яхту Абрамовича.

Много  — очень много! огромно! — предстоит сделать нам для единения и консолидации нации. Иначе народ не поднять до подвига сахалинцев пятого года.

Иначе долго недостижимы будут они: русские Арцишевский и дерзкий удачливый Быков, погибшие в боях татарин Даирский и поляк Гротто-Слепиковский. Их имперский царский солдат и патриотизм многонациональных ополченцев Сахалина — нам пример навсегда.

P.S. Мероприятие по позициям на реке Муравченко проведено под эгидой общественного движения по увековечиванию памяти погибших при защите Отечества "Поисковое движение России".

Читать 41 комментарий на forum.sakh.com  

Новости

11:21 сегодня
Пожарные потушили баню в Южно-Сахалинске
11:16 сегодня
Фотографий: 9
Жители Поронайска приняли участие во всероссийском экологическом субботнике
11:03 сегодня
На пешеходном переходе в Холмске школьник попал под колеса иномарки
10:51 сегодня
Фотографий: 7
27 докладов представили участники Лопатинских чтений в Поронайске
10:28 сегодня
Члены общественного совета при мэре Поронайска обсудили качество пассажирских перевозок в районе
10:18 сегодня
Фотографий: 6
В Поронайске назвали победителей лично-командного первенства района по дзюдо
10:05 сегодня
Анивские рыбаки намерены взять свои объемы корюшки и мойвы
21:41 вчера
Просмотров: 1695 Фотографий: 9
Жители Кунашира очистили от мусора популярные места отдыха курильчан
21:33 вчера
Просмотров: 3570 Фотографий: 16
За день в Южно-Сахалинске собрали более 4000 кубических метров мусора
20:35 вчера
Просмотров: 1903
В холмском селе Чехов горит заброшенный дом
20:25 вчера
Просмотров: 1601 Фотографий: 6
Жители Охи вышли на весеннюю уборку
20:14 вчера
Просмотров: 1548
Сотрудники южно-сахалинского аэропорта поддержали всероссийский субботник
19:23 вчера
Просмотров: 4917
В Анивском районе Nissan улетел в кювет
17:03 вчера
Просмотров: 2021
Студенческий медиацентр СахГУ SOVA24 выиграл международный конкурс в Москве
16:58 вчера
Просмотров: 6673 Комментариев: 69
Здание бывшего японского банка в Корсакове завешивают баннером