16+

Бизнесмен-взяткодатель Кузьменко из дела Хорошавина не избрался, но не обиделся

Дело Хорошавина, Политика, Южно-Сахалинск

В городском суде Южно-Сахалинска продолжают допросы свидетелей по уголовному делу о взяточничестве в ходе выборов в городскую думу областного центра в 2014 году. По версии следствия, в городе действовала целая организованная группа, которая за деньги помогала избраться определенным кандидатам. В ход, судя по материалам многочисленных допросов, шли административный ресурс и отлаженная машина пиара и политтехнологий.

Защита фигурантов дела — бывших губернатора Александра Хорошавина и вице-мэра Андрея Лескина — уверена, что ни о каких взятках речи не идет. Кандидаты, желая пользоваться поддержкой партии "Единая Россия", ее кадрами и опытом, платили в ее предвыборный фонд, чтобы потом из него без лишних забот и хлопот финансировались политтехнологи, агитация и работа "пехоты", разносившей листовки или занимавшейся организацией мероприятия с избирателями.

Именно так — как плату за избавление от лишних трудностей и помощь профессионалов в непростых электоральных делах — сумму в 3 миллиона рублей в 2014 воспринял сахалинский бизнесмен Владимир Кузьменко. Накануне выборов в гордуму он решил попробовать себя на новом поприще и стать депутатом. И для этого обратился к Андрею Лобкину, которого знал долгие годы и которому доверял как опытному товарищу.

— Мне посоветовали к нему обратиться и с ним согласовать вопрос. Никто ничего (нового) не придумал, чтобы тебя пиарили, чтобы занимались тобой, нужна какая-то определенная сумма. Никто меня не заставлял, никто меня не уговаривал. У меня было желание быть депутатом и я решил пойти самовыдвиженцем. Это потом приехали технологи и сказали мне, что ты сам не выберешься, что надо немножко по-другому, — на допросе в суде вспоминал Кузьменко.

Баллотироваться без поддержки, заметил бизнесмен, он не хотел — слишком много нюансов и тонкостей в заполнении документов, сборе подписей. Еще до начала кампании у него была информация, что некоторым "самостоятельным кандидатам" отказывали буквально десятки раз — находили ошибки в запятых, подписях, отчетах, формулировках. Несмотря на то, что формально Кузменко состоял в партии ЛДПР, идти на выборы решил самовыдвиженцем — то есть без особенной партийной поддержки и использования хоть каких-то облегчающих жизнь партийных механизмов. Удивительно, но такой статус, по его словам, ему удалось даже согласовать с коллегами по партии. Не смутило партийное руководство даже то, что на одном округе с Кузьменко за путевку в думу боролся еще один кандидат, только выступавший уже без каких-то скидок на самовыдвижение.

Работу с Лобкиным и непонятно кем созданным (свидетель доподлинно не знал всей подоплеки) избирательным штабом или фондом бизнесмен строил довольно бизнесово — он оценивал издержки и возможную прибыль в виде будущего избрания. И даже торговался — изначально ему предлагали отдать 5 миллионов рублей, но затем, после переговоров, расценки немного снизили.

В итоге, правда, все усилия оказались напрасны — Владимир Кузьменко, который по ходу пьесы чуть было не отказался от борьбы вовсе, занял третье место, уступив победителю — Валентину Мазуру — всего около трех десятков голосов. На организаторов своей выборной кампании какой-то страшной обиды он не держал — даже несмотря на то, что выделенный ему политтехнолог в конце концов запил и бросил его практически на произвол судьбы. Честно признался, что просто недоработал в борьбе за избирателей.

— Да, плохо поработали, я первый раз столкнулся с таким явлением. Мне казалось, что это проще немножко. Там надо было больше работать. Я в конце немного расслабился. Недотянул, короче. Коммунист, я не помню, как его фамилия... Его никто не видел на округе. Он как-то прошел по бабушкам. Ну неважно, как он прошел, он молодец. Всех обошел, — заметил Кузьменко.

В целом допрос свидетеля нельзя назвать каким-то особенно содержательным — в основном он рассказывал про то, как работал на округе, противостоял яростному первобытному напору Суссаны Адровой, осваивал тонкости политтехнологических процессов и общался с Алексеем Лескиным, который отечески советовал ему не расслабляться и больше работать. Ни о какой преступной подоплеке происходящего, судя по рассказу в зале суда, речи не шло — Владимир Кузьменко был готов платить за конкретные услуги и в целом остался доволен тем опытом, который получил.

На вопросы представителя гособвинения, который настойчиво пытался узнать у свидетеля подробности организации предвыборного штаба, его создателей и вдохновителей, структуру получения и расходования средств, свидетель отвечал, что не знает или отделывался общими фразами. Про то, что так работают во всей России, что система давно устоялась и на островах ничего нового не придумано, что никаких конкретных фамилий, имен и должностей никто ему не называл. Работал "по выборам", по его словам, он только с Андреем Лобкиным и в подробности того, кто стоял за ним предпочитал не углубляться.

— Я не знаю такого. Что значит преступная группировка? В России, по-моему, никто ничего нового не придумал. Избирательный фонд есть, люди вносят (деньги)… Ну на слуху было. Избирательный фонд — да. Избирательный штаб, наверно, тоже был. Я тоже внес деньги в избирательный фонд, чтобы меня пиарили, чтобы со мной политтехнологи занималась. Рассказывали, как мне себя вести. Я (до этого) никогда не был депутатом. Это был человек (политтехнолог) отдельный, который со мной все время был, подсказывал... Какие тексты, какие там слоганы, какие листовки, сколько их надо… Он был у меня представителем моим, в банке счет был. Он следил за счетами, чтобы движение денег мне не превысило ничего (по российским законам размер трат на выборы различного уровня, а значит и размер официального фонда кандидатов или партий ограничены). В общем-то, занимался этим делом. Должен был заниматься. Потом немножко отошел от дел и я сам занимался, — описывал процесс своего взаимодействия с предполагаемой преступной группой свидетель.

В ходе допроса Кузьменко отверг высказанные гособвиненителем предположения о том, что его кампанией рулили извне, например выбирали округ, в котором он должен был идти, запрещая работу в других. 18-й, в котором бизнесмену противостояли сильные конкуренты-коммунисты, просто оказался близок к его дому и достаточно удобен с точки зрения транспорта. Да и с районом он был неплохо знаком.

Показания в зале суда гособвинение не устроили и заставили прокурора обратиться к архиву — материалам допросов, которые проходили во время расследования уголовного дела. Там, конечно же, свидетель был куда более категоричен в суждениях — указывал на переговоры с Алексеем Лескиным, который помогал в противодействии другим соперникам по избирательному округу, и Сергеем Карагановым, руководившим в тот год аппаратом губернатора региона. В этих показаниях звучали и более развернутые характеристики предвыборного штаба — как минимум то, что что в него, кроме бывшего мэра города, входили Алексей Лескин и Анатолий Макаров (замглавы аппарата губернатора, бывший политтехнолог и куратор выборов в регионе). При этом о какой-то прямой связи этих людей с Хорошавиным, которого считают главным идеологом всей системы, свидетель заявить затруднился — с экс-губернатором он был не знаком и прямо никогда не обсуждал ни выборы, ни что-либо еще.

В итоге, кажется, не сознался Владимир Кузьменко и в даче взятки. По крайней мере, однозначно оценить так переданные деньги не смог. Хотя именно в связи с деятельным раскаянием по этому поводу в свое время в отношении него прекратили уголовное дело.

— Вы интересовались судьбой внесенных вами средств на выборы? Ценой услуг технологов? Какова у них там заработная плата? Сколько стоит минута выступления в СМИ? Сколько стоит выпуск печатных материалов? Сколько стоят услуги пехоты, которая разносит (не в смысле уничтожает, а в смысле распространяет) все? Сколько стоит кампания в целом? Прайс-лист, может быть, просили? Может быть, отчеты какие-то по конкретным мероприятиям? Обвинение задавало этот вопрос, что вам рассказывали, не рассказывали. А вы сами спрашивали? — в финале допроса поинтересовался у свидетеля Александр Хорошавин.

— Я не спрашивал. Мне казалось, что в эту сумму должны входить все эти нюансы. И ТВ, и радио, и выступления, и подготовка всех этих выступлений, — отвечал несостоявшийся депутат.

— Вы понимали, что дойдут деньги до технологов? До адресата?

— Да, конечно. Я был уверен.

— А как вот эта обычная оплата услуг технологов трансформировалась во взятку? Это интерпретация следствия такая? Вы слово взятка не произносили?

— Нет. Деньги получал Лобкин. За работу я ему давал, не взятку, а за работу, которая должна была быть проделана.

— Хорошавина в чем-то вы изобличали на следствии? — подключились к серии вопросов адвокаты.

— Как я мог изобличать в том, чего быть не может. Я его не знал. Я ему ничего не давал. Я с ним не здоровался. Я не знаком с ним. Андрей Игоревич (Лобкин) был каким-то звеном в цепочке, я заключил договор (устный, составление документов в ходе допроса свидетель не подтвердил), чтобы меня политтехнолог вел до конца, мне объяснял мои действия. Я сейчас не могу назвать, но я знаю, что я ему ещё отдельно доплачивал, чтобы он вел меня один. Обычно политтехнолог был на несколько человек. Мог побежать к одному, другому. (А в этом случае) он вел именно меня, — заключил Кузьменко.

Кузьменко. Полный допрос odt, 45.48 КБ

Подписаться на новости

Обсуждение на forum.sakh.com

стрелец 12:40 19 мая
Предлагаю даровать Лобкину титул "Kingmaker"
Patriotic 12:38 19 мая
не взятка, а благотворительность
анонимный  12:19 19 мая
Так нынешние наши депутаты то-же давали и не секрет. И сидят сейчас в думе Сахалинской. Вопрос в том что лицо давшее взятку является соучастником преступления. Ау прокуратура займитесь этими вопросами, дел наверно раскроете, уйма и звезды со звания и вам полетят... Или в нашей стране у кого денег больше тот и сильнее...?
Имярёк 11:48 19 мая
Про то, что так работают во всей России, что система давно устоялась и на островах ничего нового не придумано
Там, конечно же, свидетель был куда более категоричен в суждениях — указывал на переговоры с Алексеем Лескиным, который помогал в противодействии другим соперникам по избирательному округу, и Сергеем Карагановым, руководившим в тот год аппаратом губернатора региона.
Практически про выборы всё понятно сказано. У кого есть деньги, административный ресурс, тот и депутат. Будь ты трижды "народный любимец" и бессеребреник", но если денег нет и властям откаты не даёшь, означает "биться лбом о стену", депутатом не станешь. Нынешняя система выборов "народных представителей" окончательно выродилась. "власть народа", "демократь" просто шумовой фон где победа на выборах ничего не значит для этого народа - избирателя, народ этот только фон, ширма для "всенародно избранного". Самое печальное - все это понимают, но продолжают принимать в этом участие, с усердием ругаясь на форумах.
Читать еще 18 комментариев