Киевская борьба: в Смирных почти 40 лет переезжают из домов, поврежденных тайфуном Филлис. Сахалин.Инфо
14 июня 2024 Пятница, 13:29 SAKH
16+

Киевская борьба: в Смирных почти 40 лет переезжают из домов, поврежденных тайфуном Филлис

Прямая линия Sakh.com, Недвижимость, Смирных

В Смирных на улице Киевской, что ненакрашенной хозяйкой стыдливо прячется в зарослях за невзрачной рекой, живут борцы. Их тут осталось мало, но практикуют они каждый день вот уже почти 40 лет: отрабатывают новые приемы, берут тайм-аут и снова продолжают, ведут разведку и тактическую подготовку, чередуют пассивную фазу борьбы с активной… Они знают, что такое аут, опасное положение, болевой прием и выведение из равновесия. Ни в одной спортивной федерации страны о таком направлении, как киевская борьба, не слышали, но это не значит, что его нет. На Сахалине впору проводить по нему соревнования, только вот бороться за первое место с главным призом в виде нового жилья у "киевчан" сил уже нет. Все чаще они считают себя заведомо проигравшими.

В 1981-м по Сахалину прогулялся разрушительный тайфун Филлис. В числе пострадавших были и жители Киевской: в их домишки пришла вода и оставила после себя ил, который забил комнаты едва ли не до потолка. Его выгребли и стали жить дальше, только с тех пор здоровье жилищ подкошено основательно. Приглашая нас внутрь и произнося привычное "не разувайтесь", Татьяна Латышева предупреждает — у нас тут мрак. Или она говорит рак? В такую метафору охотно верится сразу, как только переступаешь порог. Шлакозаливной дом, с дороги кажущийся вполне стойким и бодрым, на самом деле стар и смертельно болен. В свои 60 он надсадно и тоскливо скрипит при каждом шаге, насквозь пропитан грибком, с треснувшими стенами, с вечной водой в подполе, с протекающей крышей и натянутым в связи с этим целлофаном под потолком.

— Полы уже — вот они, проваливаются, — поднимает ковер Татьяна Латышева. — А это моя кухня, тут я готовлю уже много лет. Наверх посмотрите — сейчас снег выпадет, и все обрушится. Боюсь печь топить, того и гляди сложится дом. А если пожар? Мы же потом не заработаем. Дом ладно, а вещи-то. А если придавит кого-нибудь? У меня дети, внуки. Муж умер, не дождался переезда…

В соседнем доме живет Наталья Валиулина, она тоже зовет к себе. Правда, говорит, через минуту мы можем попроситься обратно на улицу. Мэр, приехавший однажды взглянуть на бытовые условия, так и поступил, сказал — ой, нет, пойдемте на свежий воздух, а то у вас тут плесенью пахнет.

— А мы живем здесь 39 лет. Речка разливается, заходит в дома, а если не речка, то грунтовые воды постоянно подтапливают. В подвале вода вечно. Утром просыпаешься — лягушки в огороде квакают. Вот здесь все обои пришлось ободрать, потому что насквозь в грибке были. У меня, наверное, и бронхит от этого, не вылезаю из больницы, вот только что выписалась. Мучаемся каждый день, дышим этим.

Наталья проводит для нас экскурсию по своему личному музею плесени. Экспонаты здесь как на подбор. Вот безнадежно отсыревший шкаф. Вот диван, начиненный спорами и напоминающий флорариум, из которого в такой влажности того и гляди что-нибудь прорастет. Вот растрескавшиеся голубые стены, покрытые неистребимым черным налетом. В таких условиях с Натальей проживает сын и двое маленьких внуков. Они тоже постоянно болеют.

— Приходили к нам, фотографировали, акт списания есть, а толку. Бывший мэр Козинский нам сказал — ну, если потолок не упадет на вас, стройте новый дом. Если бы, говорит, ваш дом был двухквартирным, мы бы дали вам новое жилье. Да мы же, говорю, после наводнения, Николай Николаевич, живем уже 39 лет! Почему одним дали квартиры, а нам не дают? Я стояла в очереди на переселение, так меня с нее сняли. Почему? Сын мой десять лет отстоял в очереди, сейчас вроде дают квартиру. Нынешний и. о. Белобаба сказал — вот с сыном и будете жить. Да я с ним всю жизнь живу, ему 37 лет. Что ж нам, все время вместе быть? Он в своей очереди стоял, я — в своей. Почему ему дают, а мне — нет?

Сын Натальи Валиулиной, представитель нового поколения, занимающегося киевской борьбой, мрачно и сосредоточенно растапливает печь, чтобы хоть немного прогреть дом. Видно, что бесконечные разговоры о переселении ему надоели.

Выходим на улицу, где противоречивый Цезарь одновременно лает и виляет хвостом, и отправляемся к дальним от реки домам. Женщины хотят показать нам общую картину, в которую их убитые дома вписываются более чем органично. За дорогами здесь никто не следит, детской площадки нет, хотя на Киевской, по словам Татьяны, живет одиннадцать детей. Магазина тоже нет, ближайший — за три километра, в Смирных. Автобусы не ходят, такси до центра пгт стоит 150 рублей, не наездишься. Раза два-три в месяц пенсионеры могут позволить себе такую роскошь, в остальные дни приходится ходить пешком. Наталья недавно перенесла инсульт, ей нужно регулярно бывать в поликлинике. Дальние походы по бездорожью женщине даются тяжело.

— Почему старая программа по переселению обошла нас стороной, непонятно, — рассуждает Татьяна, обходя лужи. — И новая программа опять обходит, потому что у нас дома одноквартирные, а не многоквартирные. Но ведь многоквартирные-то лучше, чем мы, живут. У них есть унитазы, есть вода, а у нас вообще ничего нет, на колонку ходим. Мой дом в 2014 году был ветхим, а в 2016-м он почему-то стал не ветхим. Посмотрите, лес как подошел, мы просто сгорим в одно прекрасное время. Кто-нибудь сигаретку бросит — и все. Сфотографируйте нашу жизнь — пусть вся Россия увидит, пусть Москва полюбуется! Здесь вот все умерли. И здесь. Не дождались переезда. Посмотрите, ну разве можно? Сахалин такой богатый — нефть, газ, и так жить. Нищета, голь перекатная. Стыдно за остров. Мой муж здесь родился, 40 лет проработал, на Доске почета висел — и что мы имеем? Ничего. Наш вот этот поселочек, нашу улицу скрывают, ее же не видно с дороги, она в стороне, в глуши. Когда в Смирных приезжают разные делегации, вы думаете, хоть кого-то сюда хоть раз привезли? И жилье по программе переселения здесь получили всего несколько человек, да и то через суд. Вот в этом доме жила молодая семья. Они вынуждены были уехать в Оху и купить там дешевенькую квартиру. А здесь живет Вавилов, он тоже борется, чтобы ему дали квартиру.

Монолог продолжается, слишком много всего накопилось за десятилетия жизни в зоне подтопления.

В конце улицы стоит, едва только не шатаясь, дом, в котором живет Тамара Федоровна с дочкой. Ей 79 лет. Выпрямиться она не может, время согнуло ее пополам, но даже в таком состоянии, еле передвигая ногами, бабушка несет в дом ведерко с дровами. Даже не несет — передвигает слабыми рывками по земле. Не привыкла сидеть без дела, хоть дочка и запрещает утруждать себя.

— Нам, говорят, переселение тоже не полагается, — рассказывает дочь Тамары Федоровны. — Раньше мы попадали под категорию малоимущих, а теперь вместе со всеми подработками получается, что нет. И под ветхое жилье тоже мы попадали. До 2020 года обещали дать нам квартиру. Была комиссия, дом признали непригодным для жилья, ремонту он не подлежит. А сейчас сказали, что дом одноквартирный, поэтому нас не переселят. Это оба мэра нам заявили — и старый, и новый.

Есть ли на что надеяться жителям Киевской? Администрация Смирныховского района подготовила для ИА Sakh.com ответ на этот вопрос. В нем напоминается порядок обследования жилья межведомственной комиссией, даются ссылки на статьи законов и т.п.

В подпрограмме №5 "Переселение граждан из аварийного жилищного фонда, расположенного на территории Сахалинской области" государственной программы "Обеспечение населения Сахалинской области качественным жильем на 2014-2020 годы", утвержденной постановлением правительства Сахалинской области от 06.08.2013 №428 в редакции от 28 апреля 2018 года целью является создание на территории муниципальных образований Сахалинской области безопасных и благоприятных условий проживания граждан, проживающих в многоквартирных домах, признанных аварийными. Вместе с тем, как указано в вашем обращении, дома являются одноквартирными и под действие постановления Правительства РФ от 28.01.2006 №47 "Об утверждении положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции" не попадают.

Кроме того, сообщается, что право на предоставление жилых помещений по договору социального найма вне очереди на основании пунктов 1 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса РФ признается за гражданами при условии, что они признаны малоимущими, являются нуждающимися в жилом помещении и состоят на учете в качестве таковых.

Дополнительно администрация сообщает, что жители Киевской могут обратиться в администрацию с заявлением о постановке в очередь граждан РФ, желающих выехать из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, имеющих право на предоставление за счет средств федерального бюджета единовременных социальных выплат на приобретение или строительство жилых помещений. Чтобы попасть в очередь, нужно приложить к заявлению пакет документов. Как все сделать, подскажут в отделе жилищной и социальной политики, в кабинете №7 здания районной администрации. Приемные дни — с понедельника по четверг с 9 до 13 часов. Вопросы можно задать и по телефону: 42-1-65.

Наверняка жители Киевской будут разочарованы, прочитав этот ответ. Слишком уж он формальный. Очень жаль, но в администрации никто не собирается подходить к каждой ситуации индивидуально, будь там хоть трижды 79-летняя бабушка, ежемесячно болеющие маленькие дети или не выдержавшие потолки.

Новости по теме:
Подписаться на новости