18 августа 2022 Четверг, 19:40 SAKH
16+

Экс-губернатор Сахалина: процесс по имуществу моей семьи — это надолго

Дело Хорошавина, Политика, Южно-Сахалинск

Сегодня в городском суде Южно-Сахалинска продолжились слушания по делу об отчуждении имущества экс-губернатора области Александра Хорошавина в пользу государства.

Как уже сообщалось, заместитель Генерального прокурора России подал иск об отчуждении в доход страны этого имущества общей стоимостью в 1,1 миллиарда рублей.

И сегодня в том же составе — судья Егор Лукша, представитель гособвинения (прокуратуры) Ирина Кисленко, адвокаты Дмитрий Мальбин, Алексей Салмин, Александр Никитин, и по конференц-связи непосредственно сам Александр Хорошавин — провели третий день прений.

Напомним, что в первый день процесса Егор Лукша заявил, что он будет проходить в "непрерывном порядке" — заседания продлятся на протяжении двух недель с 6 по 19 апреля, и "концентрироваться" судья будет только на этом многотомном деле.

Но если кто-то думает, что процесс закончится 19 апреля, тот, похоже, заблуждается. Такой вывод можно сделать из сегодняшнего заседания.

Защита — то есть адвокаты и непосредственно Александр Хорошавин — не просто выстроили прочную линию защиты, но и избрали в качестве руководящего принципа крылатую фразу: "лучшая защита — это нападение". В дебатах превалировали именно они, а обвинению приходилось отбиваться.

Все началось с начала.

— Продолжим с того, чем завершили вчера, — произнес судья, и Алексей Салмин сразу же сообщил, что не нашел в деле протокола обыска и изъятия из автомобиля RAV-4, принадлежащего гражданину У., средств, принадлежащих Александру Хорошавину. Протокол стали искать, но не нашли ни судья, ни прокурор.

— Он, безусловно, есть, и мы приложим его к делу, — пообещала Ирина Кисленко.

— Он, безусловно, есть, — согласился Алексей Салмин. — Более того копия его у меня на руках. Она получена в ходе моего представительства по другому делу. Это протокол от 3 марта 2015 года. Действительно, в упомянутой машине с госномером..., принадлежащей гражданину У., была обнаружена и изъята определенная сумма денег. Но протокол фиксирует только факт обнаружения и изъятия, а не факт принадлежности этих денег. А вот на каком основании они предъявляются Александру Хорошавину, не объясните ли?

— Исходя из результатов дальнейшего расследования, — ответила обвинитель. — Все есть в материалах дела...

Но дело в том, что здесь возникает серьезная коллизия. О каком деле идет речь? Об уголовном, по обвинению Александра Хорошавина в получении взятки, или о нынешнем? Как заметили адвокаты, дело, по которому экс-губернатор находится в СИЗО, судом не рассмотрено, не оценено, а решение по нему не принято. То есть говорить о том, что экс-губернатор — уголовный преступник и имущество его подлежит конфискации, нельзя. И оперировать материалами того незаконченного уголовного дела в нынешнем гражданском процессе в определенной степени тоже.

Собственно потому Генеральная прокуратура выдвинула иск только на основании федерального закона №230 "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам", вступившего в силу в 2012 году. Основание — расходы у губернатора оказались выше задекларированных доходов, а, следовательно, разница получена незаконным путем.

Однако ФЗ-230 — это не Уголовный кодекс, он отнюдь не совершенен, в нем есть множество лакун, о чем говорят сами законодатели. Адвокаты напомнили об этом и стали умело пользоваться, выдвигая одно за другим ходатайства об отклонении иска в полном объеме. Конечно, здесь было много сложной юридической терминологии, но ситуация выглядела примерно так.

А проводилась ли доследственная проверка обстоятельств дела? Не проводилась. И совершенно правильно! Потому что приказом Генерального прокурора все материалы по обнаружившимся обстоятельствам необходимо направлять в компетентный контролирующий орган, в данном случае администрацию президента РФ. Было ли это сделано? Нет. А что говорила по поводу доходов и расходов экс-губернатора администрация президента? Ничего!

— Я регулярно отчитывался в администрацию президента о своих доходах, расходах и имущественном положении, — сообщил Александр Хорошавин. — Никаких замечаний никогда не было.

Ну тогда при чем тут прокуратура?

И вот вам ходатайство об отмене иска в полном объеме, поддержанном всеми сторонами защиты. Как показалось, несколько растерянный судья объявляет, что удаляется в совещательную комнату.

— Это где-то на час, — звучат с экрана сказанные кому-то находящемуся рядом с ним слова Александра Хорошавина.

Журналисты, которые составляют большинство присутствующих, начинают разговаривать о своем...

Экс-губернатор ошибся, судья появляется через сорок минут и зачитывает свое решение — в ходатайстве об отклонении отказать.

Адвокаты снова идут в наступление и снова заявляют очередное ходатайство о полном отмене иска.

— Э... — произносит судья. — Вы же только что заявляли о том же самом.

— Нет, — говорят защитники. — В прошлый раз мы говорили о необходимости доследственной проверки, а сейчас уже о праве прокуратуры подавать этот иск вообще...

— Вы ведь эти ходатайства не сходу придумываете, а заранее заготовили, — похоже, с некоторым раздражением произносит судья. И далее, похоже, с сарказмом. — Мне что, каждый час в комнату для совещаний выходить, решение готовить? Может, сразу предъявите все?

Нашел простаков!

— Они специально затягивают процесс, — произносит Ирина Кисленко. — Из-за этого мы и "сидим" в процессе.

Возникает небольшая перепалка, в ходе которой звучит и голос Александра Хорошавина.

— Что значит "сидим"? Сижу тут один я. Подготовка документов к иску безобразная. И это по вине истца. Будут ходатайства? Да! И будут каждый день. По каждому объекту изъятия. Если бы вы соблюдали все необходимые законодательные процедуры, многое можно было бы ускорить, решить в досудебном порядке. А вот теперь, простите...

Судья вновь удаляется на совещание. Ходатайство об отклонении иска в полном объеме отклоняет. А потому обращается ко всем участникам процесса (кроме журналистов, конечно, журналисты ведут себя тихо и внимают каждому слову) с некоторой неофициальной просьбой — не надо больше подавать ходатайств о том, что прокуратура подала иск неправомерно, иск принят судом и начал рассматриваться, так что теперь ставится уже под сомнение компетентность суда.

Теперь разговор должен будет идти только по существу дела.

И далее — Егор Лукша неофициально предупреждает (официальное предупреждение было вынесено Александру Хорошавину вчера) — не надо применять экспрессивных слов и смыслов вроде "безобразная подготовка дела", "да знаете ли вы вообще приказ Генерального прокурора?", так или иначе умаляющих достоинство участников процесса. В дальнейшем по этому поводу будут применяться более серьезные способы воздействия, вплоть до удаления из зала заседаний или лишения слова до завершения слушаний.

На этом он закрыл заседание.

До понедельника.

Новости по теме:
Подписаться на новости