10 декабря 2018 Понедельник, 12:20 SAKH
16+

Обсуждение сахалинских короткометражек получилось скомканным

Край света, Культура, Южно-Сахалинск

Некоторые изменения, произошедшие в связи с визитом Стивена Сигала на остров, помешали "Сахалинскому следу" как следует отпечататься в памяти зрителей "Края света". Дело в том, что в шатре Q&A, где должно было состояться обсуждение короткометражек "Мам, я дома", "Сердцебиение" и "Корсет", показанных накануне вечером, в назначенное время шел мастер-класс, который должен был проводиться в павильоне возле дома правительства, где в свою очередь Сигал по-русски произносил сакраментальное "Острова, на которых хочется жить".

Показ закончился, зрители стали расходиться. Когда ушли почти все, было принято спонтанное решение провести обсуждение, "не отходя от экрана". А обсудить хотелось, ведь это наши, родные авторы.

Сахалинский режиссер Игорь Ким представил 25-минутный игровой фильм "Мам, я дома", Александр Ли — получасовую картину "Сердцебиение". Зрители также увидели приквел к будущему полнометражному фильму "Твайбург" — короткометражку под названием "Корсет" (режиссер Ольга Твайлайт), продюсером которого выступила Екатерина Стецюк, родившаяся в сахалинском Шахтерске.

"Мам, я дома" — история об одиночестве, которое, кажется, встроено в некоторых людей на генетическом уровне. Или встроено во всех, а у кого-то просто слишком "ленивые" антитела, которые не хотят бороться как следует с этим вирусом.

Сюжет прост — взрослая дочь приезжает в гости к матери и обнаруживает ее попавшейся в паутину сомнительных проповедей. В секту, ставшую ей вторым домом, женщина относит цифровую технику и деньги, объясняя это совершенно механически расхожими фразами типа "мне многого не нужно" и "я в долгу только перед Богом".

— Это как будто не ты сейчас, — с тревогой говорит дочь.

— Возможно, — отвечает мать.

Такой же диалог, вполне вероятно, происходил между ними, когда дочь была в подростковом возрасте, только теперь они поменялись репликами. Эта вечная адская смесь непонимания, гиперопеки и прочих родственных чувств и побуждений.

Дочь закрывает мать дома, рассчитывая, что "ломка" вскоре пройдет, но у матери случается приступ. Перед дочерью стоит выбор — продолжать удерживать или отпустить. При всей своей простоте эта житейская история, услышанная когда-то режиссером от матери, позволяет о многом задуматься. В реальности финал был печальным, в фильме же Игорь Ким, хоть и оставляет героиню в секте, предпочитает не давать оценок и однозначных ответов, считая, что задача режиссера — лишь поставить вопрос.

"Сердцебиение" Александра Ли — не менее тяжелая, но, как показалось некоторым зрителям, более художественно оформленная история о девушке Алисе, живущей в ожидании операции на сердце. Алисе запрещены любые нагрузки и даже бурное проявление эмоций от предложения руки и сердца, ее покой оберегают родные и любящий молодой человек. Но в день, когда должна состояться операция, девушка бросается на помощь сбитому ребенку и делает ему массаж сердца. На ее просьбы помочь — "Мне нельзя, у меня сердце больное" — никто из сочувствующих, собравшихся вокруг лежащей девочки в круг, не откликается. И это тоже история о живущем глубоко внутри у большинства равнодушии при внешне проявляемом участии. "Уроки сделал?", "Суп поешь с хлебом", "Надень теплые носки" — заботливое родительское равнодушие. "Как дела?", "Не болеешь?", "Чем занимаешься?" — формальная забота выросших детей. Лайк в соцсети под обращением помочь нуждающемуся — заботливый самообман, убеждение в собственной "хорошести".

"Сердцебиение" трогает, как старая семейная фотография, на которую падает теплый солнечный свет, как детский рисунок. Герои живые и теплые, им веришь и сочувствуешь.

Во время фильма из зала вышла женщина с девочкой лет пяти. До этого — еще одна с мальчиком еще младше. На входе в зал этих дам несколько раз предупредили о том, что фильмы недетские, но целеустремленных зрительниц это не остановило. Какие плоды такого заботливого эгоизма будут пожинать они в будущем?

Третья короткометражка показалась на фоне предыдущих камерных историй слишком шикарной. Это история о провинциальной красавице, приехавшей в Твайбург, чтобы покорить его, и павшей жертвой своего тщеславия. Профессиональные актеры (Вадим Демчог в одной из главных ролей), роскошные костюмы и декорации — сахалинский след в картине улавливался с трудом.

— Очень странно, почему третий фильм показали. Что в нем сахалинского? — недоумевали зрители после окончания сеанса. Наверное, было бы неплохо, если бы перед началом показа на сцену вышел кто-то из организаторов и немного рассказал о том, что нам предстоит увидеть, как это делается, например, перед конкурсными лентами. От теплого участия Аллы Суриковой, от ее почти материнской "возни" с начинающими сахалинскими режиссерами в этом году не осталось и следа. "Сахалинский след" затерялся среди наследивших на нашем песчаном берегу. А ведь еще два года назад нам говорили — фестиваль "Край света" может создаваться силами самих сахалинцев, и конкурсная программа должна быть составлена как раз из фильмов местных авторов. "Для этого все и затевалось".

Обсуждение на forum.sakh.com

стран_ник 15:37 16 сентября 2016
"Сердцебиение" по описанию крутой фильм. Жаль, не посмотрел
нашим удачи в творческих планах
Читать 3 комментария на forum.sakh.com