Хорошавин: если из дела уйдут ложь и фальшь, то и дела не будет. Сахалин.Инфо
23 июня 2024 Воскресенье, 05:39 SAKH
16+

Хорошавин: если из дела уйдут ложь и фальшь, то и дела не будет

Политика, Южно-Сахалинск

В Сахалинском областном суде продолжаются прения сторон по уголовному делу Хорошавина о взяточничестве бывших высших чиновников регионального правительства. Со своими оценками приговора первой инстанции уже выступили защитники Сергея Карепкина и сам бывший зампред правительства, а также адвокат Андрея Икрамова Юрий Сюзюмов: в течение нескольких часов он подробно разобрал все вменяемые его подзащитному преступные эпизоды, указал на многочисленные нестыковки в следствии и суде и попросил оправдать своего доверителя.

Сам экс-советник справиться с грузом ответственности с первой попытки не смог — перед выступлением на прениях у него поднялось давление и ему решили дать собраться с силами. Предполагается, что его оценка вердикта первой инстанции состоится сегодня.

Обновлено 5 апреля 2019 в 09:38

Настроение в зале суда сегодня приподнятое — даже Андрей Икрамов несмотря на бледность выглядит довольно бодрым. Впервые за долгое время в зале не только участники процесса и СМИ, но и слушатели. Поддержать Сергея Карепкина пришел Павел Колотушкин — сегодня он трудится в островной ассоциации рыболовов, а ранее вместе с Карепкиным курировал рыбную отрасль в правительстве.

Подсудимые и новый гость процесса обменялись последними новостями отрасли. Кажется, появление Колотушкина подняло настроение всем подсудимым.

Процесс продолжен, суд оглашает справки — все подсудимые могут участвовать в процессе. Встаёт Андрей Икрамов.

— Смеркалось, солнце яркими сполохами озарило горизонт. Самолёт выполняющий рейс Южно-Сахалинск — Москва совершил посадку в аэропорту Москвы, — начинает прения Андрей Икрамов. — Я позвонил своему водителю, услугами которого пользовался в Москве. Потом позвонил аудитору Володченко, договорился встретиться с ним через три часа в ресторане Макдональдс. Там он передал мне 100 долларов, я вышел, позвонил Хорошавину, который был на Сахалине. Я прилетел туда и отдал ему деньги.

Если бы все в приговоре было описано так конкретно, продолжает бывший советник, он бы мог оспорить это или подтвердить. Но ничего подобного в приговоре нет — нет ни доказательств, ни конкретных фактов, ничего. Только какие-то перечисления денежных средств, указанные на различных счетах.

— Есть только некая сумма, даже не сумма, а пакет. И непонятно, как он, как взятка оказалась у Хорошавина, — выступает Икрамов.

Икрамов указывает на странности следствия, которое не стало допрашивать ключевых свидетелей — руководителей компаний, подписавших договоры в рамках перечислений, вменяемых Икрамову в рамках эпизода Крана, отслеживания перемещения денежных средств. Вместо этого следователи и суд поверили показаниям нескольких человек, которые не имели к финансовым вопросам прямого отношения.

— Я три или четыре раза встречался с Икрамовым и передавал ему пакет, что в пакете я не видел, — воспроизводит советник показания Володченко.

Он вспоминает другие резонансные дела — Улюкаева, Белых — где "уважаемые люди, которым и так поверили бы на слово" обратились в "милицию", провели оперативные действия и задержали получателей денег с поличным.

— Почему же суд не смог установить обстоятельства преступления? Потому что показания свидетелей не подтверждают версию следствия, авиабилеты не подтверждают версию следствия, телефонные переговоры, которые есть в деле, не подтверждают версию следствия. Потому что я не был в Москве 23 раза. И следствию об этом известно, и суду первой инстанции это известно, — рассказывает Икрамов.

Обновлено 5 апреля 2019 в 09:51

Икрамов рассказывает, что вменяемые ему даты встречи с Володченко в 2010-2011 годах физически невозможны, что Морозову он впервые позвонил только в начале 2012 года, а значит не мог договорится с ним о каких-то совместных махинациях ранее. Почему следствию было так важно показать встречи и переговоры ранее, риторически спрашивает советник. Это, уверен он, была единственная возможность хоть как-то связать Икрамова с переводами и строительством 4 энергоблока ТЭЦ в Южно-Сахалинске.

Обновлено 5 апреля 2019 в 10:05

— По другим эпизодам есть конкретные даты, места, время, чуть ли не до минуты. То есть обвиняемые хотя бы могут что-то оспорить? А мне что оспаривать? — продолжает Икрамов. Он вспоминает один из допросов в следственном комитете — когда следователи добрались до включения в обвинительное заключение таблички с переводами. Связать их с чем-то, уверен экс-советник, было не возможно — никаких доказательств встреч, передач, даже доказательств наличия денег. Но сотрудников СК это, замечает Икрамов, не смутило. — А дальше что? Генерал стоит у окна, смотрит вдаль... Нет, на облака, речь же идёт об авиабилетах. И говорит: напиши, передавал при встречах в Москве. А дальше, как они попадали к Хорошавину? Напиши: использовал в интересах Хорошавина. И все это слово в слово суд переписал в приговор.

Икрамов переходит к указанию противоречий в деле — на то, что не были допрошены ключевые свидетели, при том, что руководство той же компании "Лама Групп", как на работу, ходит в соседний арбитражный суд, где идут разбирательства по акциям Корсаковского порта. Именно их с помощью переводов и оффшоров, уверен Икрамов, приобрел Кран.

— Казалось бы — возьми их да приведи сюда. Но нет, ни один свидетель не допрошен. Это как-то некрасиво, — горячится подсудимый. Следствию и суду, замечает он, было достаточно показаний Крана, которые никто не мог подтвердить, да истории о некоем загадочном китайце, который якобы передавал деньги на взятки. Ни самого китайца, ни денег, заметил советник, никто из подсудимых не видел.

Обновлено 5 апреля 2019 в 10:17

— Мой московский адвокат, бывший следователь по особо важным делам, пожилой дядька, спросил: какое отношение вы имели к строительству ТЭЦ? Никакое, отвечаю, я что ее закончили на Sakh.com узнал. Я спортом занимался, — переходит к новой линии в своем выступлении Икрамов.

Экс-советник долго и подробно объясняет суду, что ни он сам, ни правительство не имело отношения к строительству энергоблоков ТЭЦ, которые возводились за счёт федерального бюджета, заказчиком которых выступало Минэнерго, а вся роль сахалинских властей — переживать и наблюдать. Сегодня примерно такая же роль у них в возведении "ТЭЦ в Ильинском" (так Икрамов называет новую ГРЭС-2).

Какого-то покровительства, уверен он, не было и быть не могло — не мог бы Хорошавин пойти к министру энергетики и сказать ему: энергоблок будет строить эта компания.

— Это максимум мошенничество, если вы даже деньги получали. Ну какая нахрен взятка? Простите, пожалуйста, это его стиль, — цитирует московского адвоката Андрей Икрамов.

Икрамов переходит к личному — рассказывает про детей, которые потеряли отца, про дочь, больную эпилепсией, на лечение которой нет денег, про 80-летнего отца, который пережил два инфаркта. Он предлагает судьям зайти вечером в ванную комнату, закрыться там, оставить телефон снаружи. Иногда вас ещё будут обыскивать — раздевать догола и досматривать совершенно незнакомые люди. В таких условиях экс-советник живёт уже пятый год.

— Предали люди, в которых души не чаял. Отняли жизнь, смысл жизни, осталась одна пустота, — завершает он и просит перерыв и врача.

Обновлено 5 апреля 2019 в 10:37

Заседание продолжается. Икрамов встаёт и около полуминуты собирается с мыслями. Он вспоминает первую инстанцию, прошедшие тогда прения сторон и указывает, что большинство противоречий судом так и не было устранено или оценено.

— Какие нужны доказательства, чтобы опровергнуть эту абсурдную версию следствия? — выступает Икрамов.

Он вспоминает, как Крана задержали за обналичивание денежных средств — он получал их в Южно-Сахалинске по чужим паспортам, вспоминает подсудимый. Даже следователь, рассказывает он, удивлялся изощрённой схеме передачи денег — с выводом за рубеж, передачей между оффшорами, а затем — возвращением в страну, обналичивание и выдача.

— Первый раз такое вижу. Обычно если деньги за рубеж выводят, то их только там потом и найдешь, — вспоминает Икрамов.

Экс-советник вспоминает, что до 2010 года, когда он, по версии следствия, встречал Хорошавина дважды — когда устраивался на работу и на каком-то совещании по спорту. Именно эту сферу он курировал — за строительство отвечал другой советник, профессиональный строитель Комароми. А за девять месяцев, пока велась прослушка в кабинете экс-губернатора, вспоминает он, был один раз — когда обсуждался переезд волейбольного клуба.

— То есть Хорошавин взял первого встречного и сказал ему: иди напрягай людей. Но это же нелогично, — рассказывает Икрамов.

Обновлено 5 апреля 2019 в 10:48

Икрамов рассказывает о давлении на себя и свою семью, об угрозах "выгнать детей на улицу, а жену посадить", после которых человек готов признаться в чем угодно.

Советник ещё раз указывает на нелогичность предъявленных обвинений, на недоработки следствия.

— Где деньги? Я почему привел пример Улюкаева и Никиты Белых — там хотя бы есть деньги. А у нас только разговоры о деньгах, — отмечает советник.

Он говорит, что мог бы взять выписку со счета своего адвоката Юрия Сюзюмова и начать называть все деньги и из движение там взятками. Самого Сюзюмова при этом можно было бы даже не спрашивать о природе средств.

— Мне бы сказали — ты идиот. А в деле именно так все и есть, — рассказывает советник.

Он просит ещё один перерыв — публичное выступление отнимает у него слишком много сил.

Обновлено 5 апреля 2019 в 11:11

Икрамов цитирует вчерашнее выступление Юрия Сюзюмова о том, что правосудие должно не только наказывать, но и защищать. Он ещё раз указывает на отсутствие в деле многих фактов и пренебрежение к показаниям рада ключевых свидетелей: например водителя Икрамова в Москве, который видел валяющиеся на заднем сидении "пакеты с деньгами" от Володченко.

— Не могу понять, когда количество в качество перейдет. Достаточно одного, двух противоречий, чтобы принять решение, уважаемая судебная коллегия. А там их не два, не три, а тридцать, — заканчивает рассказ об эпизоде Крана Икрамов. — Но в приговоре суда от 6 февраля всего три строчки. Как будто не было всех этих аргументов, доказывающих мою невиновность.

Он переходит к эпизоду Альперовича — его он называет искусственно созданным следствием для того, чтобы не развалился эпизод Крана и чтобы привязать Икрамова к организованной группе.

— Ещё на этапе следствия было понятно, что я курировал развитие спорта. Я до последнего думал, что меня обвиняют в безналичном перечислении от Альперовича средств Всероссийской федерации волейбола. Следователь то точно знал, что я непричастен к другому эпизоду, — выступает Икрамов.

Обновлено 5 апреля 2019 в 11:27

Альперовичу, вспоминает Икрамов, понравилось, что его компания будет наряду с "Газпромом", "Роснефтью" и ВЭБом указана в списке спонсоров федерации. Сперва ему принесли письмо ещё в 2012 году, потом — в начале 2013, даже раньше своего дня рождения, которое, по версии следствия, стало поворотным моментом во взимании денег с предпринимателя.

В итоге Альперович перечислил только 2 миллиона, при том, что должен был по спонсорскому контракту с федерацией передать 7,5. Это привело к расколу в отношениях приятелей, которые перестали общаться с конца 2013 года.

Контракт на возведение гимназии #3, продолжает Икрамов, был заключён в марте 2013 года, никакого отношения к строительству объекта он не имел. Все переговоры с Альперовичем о предполагаемой передаче денег вел исключительно Горбачев. Сам Икрамов ничего об этом не знал, а последний раз видел Альперовича в начале 2014 года. При этом, по версии следствия, преступление было совершено в августе.

— Где и когда я получил хоть какие-то деньги? Я уже не говорю сколько, — замечает экс-советник.

Он рассказывает, что никогда близко не общался с Карепкиным, вместе с которым его записали в преступную группу.

— Мы здесь познакомились и пока в автозаке ездили в СИЗО. Хотя это, наверное, формально тоже можно считать, — продолжает он. — Когда зарядил ружье, выстрелил и убил человека — все понятно. А в этом деле?

"За что?" — задаётся обвиняемый вопросом, почему столь суровые сроки, как будто "у обвиняемых по 9 жизней".

Икрамов рассказывает о необъективности следователей, предполагает, что у оперативников могло быть недостаточно квалификации для оценки сложных бухгалтерских и экономических моментов. Именно так в приговоре и деле возникли "невозможные де-юре" формулировки, вроде перевода денежных средств с корреспондентского счета банка.

— Я очень надеюсь, что судебная коллегия увидит все эти противоречия, недочеты, — завершает прения Икрамов. — Прошу отменить приговор, отправить его в суд первой инстанции на доследование.

На этом выступление экс-советника в прениях завершено. Суд по просьбе Александра Хорошавина объявляет перерыв до 14.30. После обеда на прениях выступит экс-губернатор.

Обновлено 5 апреля 2019 в 14:40

Заседание продолжается. Глава судейской коллегии Юлия Терлецкая зачитала медсправки из следственного изолятора. Как обычно, противопоказаний не выявлено. К прениям приступает экс-губернатор Сахалинской области Александр Хорошавин.

— В Екклесиасте сказано: "Еще я видел под солнцем: место суда, а там беззаконие; место правды, а там неправда. И сказал я в сердце своем: "праведного и нечестивого будет судить Бог, потому что время для всякой вещи и суд над всяким делом там", — начал свое выступление Александр Хорошавин. — Я неслучайно вынес в начало своего выступления слова из книги книг. И я, и мои коллеги находимся в заключении уже четыре года. За это время мы прошли все круги этого непростого пути: задержание, арест, следствие, обвинение, суды.

— Но вышеперечисленное — это лишь формальная сторона прошлого и нынешнего существования, — продолжает бывший глава региона. — Ведь были еще грязная ложь, черный компромат, подлое унижение человеческого достоинства. И убежденность в том, что в этом процессе все предопределено заранее — по мере развития событий, с течением времени становилось все более очевидной и явной. Причем предопределено вовсе не преступлением, которого не было, ни профессиональной скрупулезной работой следствия, здесь эти качества были вовсе и не нужны, а было важно и ценно умение совершать подлог и фальсификацию, и отсюда отсутствие доказательственной аргументации у обвинения и суда.

Обновлено 5 апреля 2019 в 15:02

Подсудимый рассказывает, что суд первой инстанции не удовлетворил ни одного ходатайства по существу заявленного подсудимыми или их адвокатами. Ни одного, за исключением процедурных. Часть из них суд не удовлетворил без объяснений, часть унес в совещательную комнату по команде прокурора, где они и были благополучно похоронены. Все это в должной мере присутствует и в суде апелляционной инстанции. Кроме того, в ходе 10-месячного процесса судом не было задано ни одного вопроса по существу, ни одному свидетелю. По мнению Хорошавина, это говорит об абсолютной формальности, безразличности суда к делу, к судьбам людей, а также свидетельствует о полном неумении и нежелании суда разобраться в деле. Об этом же свидетельствует практически полное совпадение текста приговора с текстом обвинительного заключения, отмечает экс-губернатор, ведь перетасовывание отдельных частей документа вряд ли можно считать самостоятельной точкой зрения судьи.

Обновлено 5 апреля 2019 в 15:13

Александр Хорошавин подчеркнул, что все расходы были расписаны в целевых программах, в том числе строительство не только таких знаковых объектов как ледовый дворец "Кристалл", гимназия №3, дорога Южно-Сахалинск — Оха, энергоблок, но и вообще всех объектов. Все расходы, все программы были утверждены постановлением правительства Сахалинской области. Исполнение бюджета, своевременное освоение бюджетных средств, контроль за соответствием программных расходов отслеживалось КСП и другими контрольными органами.

— С 2007 по 2015 год не было законсервировано ни одного объекта. Правительство было более чем надежным партнером. Ни одного рубля неэффективно используемого мне не предъявлено, также как не предъявлено ни одного нарушения финансового и антимонопольного законодательства, — говорит подсудимый и отмечает, что эти обстоятельства были подтверждены в суде свидетелями Стаценко, Комароми, Вельямовым, Хоточкиным, Ивашовой, Карповой, Дегтяревым и другими.

Обновлено 5 апреля 2019 в 15:28

Подсудимый берется за эпизод Николая Крана. Он говорит, что в эпизоде нет ни одного оригинального документа или хотя бы заверенной копии. Контракты фальшивые, но суду это безразлично. В деле в качестве вещдоков имеются совершенно некачественные странные копии платежных документов без подписей ответственных лиц и с печатями совершенно других компаний.

— Суд совершенно не смущает тот факт, что ни в обвинительном заключении, ни в приговоре нет никаких конкретных данных о моих действиях, совершенных по этому эпизоду, за исключением показаний Крана о том, что якобы осенью 2010 года на одном из мероприятий у меня был с ним разговор о необходимости его встречи с Икрамовым, — резюмирует Хорошавин и говорит, что этого не было, но для вынесения 13-летнего срока суду оговора оказалось более чем достаточно. Далее он приступает к эпизоду генерального директора компании "Сфера" Андрея Залпина и строительству ледового дворца "Кристалл".

Экс-губернатор обратил внимание суда, что конечная цена объекта снизилась в сравнении с первоначальной на 150 миллионов рублей. И если бы речь шла о взятках, какой смысл был сокращать стоимость объекта. Залпин утверждал в суде, что он платил 6% от суммы контракта. А чем выше сумма контракта, тем больше сумма взятки. Это нелогично, отметил Хорошавин.

Обновлено 5 апреля 2019 в 15:43

— Залпин утверждал на допросах, что сколько он не помнит сколько заплатил и когда. А в 2013 году якобы вообще перестал платить по собственной инициативе, но это никак на его подрядах не отразилось, — сказал экс-губернатор. С его слов в деле нет ни одного доказательства, подтверждающего приостановление выплат из бюджета. Наоборот, все свидетели обвинения и защиты констатировали в суде, что оплата всех работ по строительству производилась вовремя, сроки не нарушались и не могли быть нарушены. — Для взятки попросту нет никаких оснований и, в первую очередь, финансово-экономических.

Суд объявил перерыв на 10-15 минут.

Обновлено 5 апреля 2019 в 16:08

После перерыва Александр Хорошавин начал с анализа эпизода, который касается строительства дороги на участке Оха — Ноглики компанией "Труд-Сахалин". Организация была выбрана "Эксоном", говорит подсудимый, поскольку она была единственной дорожностроительной компанией, которая располагала производственными мощностями на севере.

Обновлено 5 апреля 2019 в 16:22

Экс-глава региона не понимает, о каких взятках можно говорить, если речь идет о целевых деньгах "Эксона". Нет никакой экономической и финансовой основы под этим преступлениям.

— Томшин (гендиректор компании "Труд") якобы платил в качестве взяток свои личные деньги Вячеславу Горбачеву, точно так же, как Арефьев (связан с субподрядной организации "АльянсСтрой"). Как заявил в суде Томшин, ему их занимали лица, чьи фамилии он так и не вспомнил. Но при этом им было взято в долг 85 миллионов рублей и ни одного рубля на момент его допроса в суде им возращено не было. Думаю, что такой суммой Томшин не располагал и не мог заработать за все время работы в "Труде", — сказал подсудимый. Он также добавил, что Арефьев вообще незнакомый ему человек.

Обновлено 5 апреля 2019 в 16:34

Хорошавин перешел к эпизоду Романа Альперовича, связанному со строительством гимназии №3 в Южно-Сахалинске. Предприниматель платил, якобы, взятки за своевременное финансирование оплаты подрядных работ по строительству образовательного учреждения. Со слов экс-губернатора, бизнесмен делал это якобы уже по окончанию строительства и даже после приемки гимназии в эксплуатацию, то есть когда все деньги были получены и освоены.

— Кроме того, Альперович на стадии следствия и в суде стыдливо умолчал о том, что строительство гимназии было застраховано страховой компанией на всю сумму и все риски неоплаты компенсировала бы страховая компания, если бы такие риски существовали, — говорит Хорошавин.

Экс-глава региона также отметил, что руководитель компании "Сахалин-Инжиниринг" Роман Альперович мог отказаться от понуждения к даче взятки, просто не участвуя в конкурсе. Тем более у него не было денег: он их занял у Юрия Цоя (75 миллионов рублей). Слишком много "если" в этом эпизоде, подытоживает Хорошавин, слишком много домыслов и элементарной подтасовки и фальсификации.

Обновлено 5 апреля 2019 в 16:48

Подсудимый быстро пробегается по второму эпизоду, связанному с Романом Альперовичем. Напомним, министерство здравоохранения Сахалинской области приобрело у Альперовича 21 квартиру по средней цене 3 миллиона 700 тысяч рублей за квартиру, то есть на сумму без малого 80 миллионов. С его слов, никаких полюбовных сделок у минздрава с Альперовичем и в помине не было.

Свое достойное место в этом театре абсурда, продолжает Хорошавин, занимает эпизод, связанный с компанией "Мерси Агро Сахалин".

Он рассказывает про амбициозного свиновода Олега Зубахина, который решил построить свиноводческий комплекс на 12 тысяч голов в селе Таранай за шесть месяцев. Вспоминает инвестиционную программу и бюджет, который строго контролировался, и внести глобальные изменения в него было невозможно.

Обновлено 5 апреля 2019 в 17:07

Говоря об организованной преступной группе, Хорошавин заявил, что никакой ОПГ и в помине не было. Это то, что придумало следствие. Из-за этих фантазий уже пятый год дети Икрамова растут без отца, а внуки Карепкина не видели своего деда.

— За убийство отца-инвалида ярославец получил 10 лет колонии, — приводит в пример Хорошавин решения других судов. — Полицейский получил 13 лет колонии за убийство шести людей.

Обновлено 5 апреля 2019 в 17:21

В завершение выступления подсудимый сказал, что в деле денег нет, вещественных доказательств нет, все перевернуто с ног на голову. Если из дела уйдут ложь и фальшь, то и дела никакого не будет, но в нынешнее время этого ждать нет смысла. Александр Хорошавин отвергает все обвинения против него и говорит, что никаких взяток не было.

— Я читал небольшую подборку мнений пользователей Sakh.com под недавним моим интервью, — сказал Хорошавин. Некоторые мне понравились. Но были также те, кто доволен решением городского суда. — Так вот, это представление, видимо, для вас.

Обновлено 5 апреля 2019 в 17:21

В конце прений экс-губернатор обратился к сахалинцам и поблагодарил всех неравнодушных. Объявляется перерыв до 9.30 8 апреля.

Следите за обновлениями новостей в нашем телеграм-канале
Новости по теме:
Подписаться на новости