16+

Еще одного забывчивого свидетеля допросили по делу Хорошавина и Лескина

Дело Хорошавина, Южно-Сахалинск

Очередным свидетелем по выборному делу Александра Хорошавина и Алексея Лескина стал Олег Логачев, заместитель председателя городской думы Южно-Сахалинска. Его пригласили в Южно-Сахалинский городской суд по инициативе стороны обвинения.

Олег Логачев (архивное фото)
Олег Логачев (архивное фото)

После вступительных формальных вопросов судьи Галины Мастерковой о возрасте, образовании, месте проживания, отношении к участникам процесса Логачева "передали" гособвинителю. Первое, о чем захотела узнать прокурор Ольга Абрамец, какую должность занимал Логачев в 2014 году. Свидетель ответил, что работал в ОАО "Монерон" генеральным директором. В то время он участвовал в выборах в гордуму Южно-Сахалинска 5-го созыва.

— Принимал участие в праймеризе "Единой России", по результатам праймериза был выдвинут политической партией "Единая Россия" по одномандатному избирательному округу №1. В последующем одержал победу, — рассказал Олег Логачев.

На тот момент у него уже имелся опыт участия в выборах, причем, богатый. Логачев подошел к избирательной кампании 2014 года с багажом знаний, собранных за время участия в восьми выборах. До этого он баллотировался в Государственную Думу, областную и городскую. Схема одномандатных округов была ему известна и понятна.

Последовали вопросы о том, как Логачев проходил праймериз ("я не помню детали"), работали ли с ним политтехнологи ("кто-то был, да, закреплен"), как проходила предвыборная агитация ("стандартно"). Свидетель рассказал, что самостоятельно организовывал встречи с избирателями, а всего остального не касался. На уточняющий вопрос, что подразумевается под всем остальным, Логачев ответил:

— Есть такое понятие, как партийная работа, и так далее. Я вот этих не касался вещей. В любом случае, по закону партия должна печатать свою предвыборную агитацию. Я тоже не касался этого. То есть, какие-то есть законы, предусмотренные стандартные вещи для предвыборной кампании, которые они обязаны сделать, иначе кандидаты будут сняты. Вот эту часть делала непосредственно партия. Я этим не занимался.

Политтехнолога Логачева звали "Даниил, кажется" (впоследствии зазвучало имя Ардавазд). Но сначала была встреча с главными политтехнологами. Свидетель отметил, что их позиция относительно стратегии выборов отличалась от его взглядов. Предварительные встречи происходили примерно за полгода до начала предвыборной кампании. Подробностей Логачев не помнит.

— Логачев Евгений Петрович кем вам является? — спросил гособвинитель.

— Отцом, — ответил свидетель.

— Вам известно или говорил ли он вам с учетом родственных связей о том, оказывал ли он какую-либо помощь финансовую на проведение предвыборной кампании? — уточнило обвинение.

— Я воспользуюсь 51-й статьей Конституции. Отказываюсь от дачи показаний в данном случае, — сказал Логачев.

К допросу подключилась защита. Состоялся следующий диалог.

— Олег Евгеньевич, вот вы сказали, что на момент 14-го года занимались бизнесом, да? Зачем вам надо было становиться депутатом на непостоянной основе? В связи с чем вами было принято решение стать депутатом городской думы?

— Я был тогда наемным менеджером.

— В любом случае, объясните.

— Ну, я ранее был депутатом.

— Какую цель вы преследовали, изъявив желание заниматься политикой?

— Очень просто. Просто изначально те вопросы, которые были недорешены в избирательном округе, нужно было доделать. Это благоустройство дворов и так далее. Конечно, хотелось доводить это все до конца, а не бросить на половине.

— Вы не помните, кто вам предложил выдвинуться от партии "Единая Россия"?

— Я вот не помню, как кто-то конкретно предлагал. Было… я не помню сейчас фамилию. Мы вели разговор, от кого я планирую выдвигаться. Я говорил, что… ну, ранее я входил в "Справедливую Россию", я говорил, что хотел бы выдвинуться от "Единой России". На что мне было дано пояснение, что был разговор с Тараном, что он все-таки настаивает, что его желание, как я был, чтобы я выдвигался от "Справедливой России". На что я говорю, что нет, я все-таки непосредственно хотел бы. И все, на этом дело закончилось. Потом я просто изъявил желание, когда был праймериз, официально попробовался.

— Почему именно от "Единой России" вы решили выдвигаться?

— Очень просто. Непосредственно в думе это большинство, которое помогает решать проблемы в избирательном округе.

Далее защита спросила Олега Логачева, была ли процедура праймериз формальностью, сославшись на показания депутата гордумы Сусанны Адровой, которую допросили в суде 18 ноября. Адрова заявила, что праймериз — это игра, что итоги были предрешены.

— Я уверен, что это были реальные результаты, потому что сейчас и в последующем это достаточно конкурентная борьба, — не согласился Логачев.

Куратором тех выборов был назначен Андрей Хапочкин. На вопрос, позиционировал ли он Логачева до праймериз как выдвиженца от "Единой России", свидетель ответил отрицательно.

После праймериз вы наверняка составляли какие-то выборные документы? На этот вопрос свидетель ответил — да. Была разработана стратегия избирательной кампании, которую нужно было защитить на "каком-то мероприятии" в мэрии, "стол круглый, наверное, человек двадцать". Там были представители партий, происходила публичная защита. Кто именно присутствовал, Логачев не смог вспомнить. Зато помнит, что политтехнолог помогал в оформлении стратегии. Кроме того, Логачев участвовал в разных других собраниях до праймериз и после.

— На тот момент, когда вы приняли решение выдвинуться от партии "Единая Россия", вам что-нибудь было известно о скептическом отношении населения к партии "Единая Россия"? О нежелании избирателей голосовать за кандидатов от партии "Единая Россия"? — спросила защита.

Свидетель ответил, что, напротив, многие поддерживали партию.

Во время допроса прозвучали фамилии политтехнологов Шипило и Жигалко. По поводу оплаты их деятельности свидетель сказал, что никогда ничего не оплачивал.

— Я исходил из того, что, как ранее, когда я возглавлял в 2005 году "Справедливую Россию", это проблемы все были исключительно руководства партии. По этой оплате. Так же, как и все остальные кандидаты, мы на себя брали затраты и оплачивали работу. Это не касалось кандидатов. И здесь также никаких вопросов не возникало, — объяснил Олег Логачев.

О фактах влияния чиновников на процедуру выдвижения кандидатур на должность депутата Логачеву, по его словам, ничего не известно, как и о каком-либо влиянии на процесс тайного голосования при выдвижении кандидатов.

Алексей Лескин позадавал вопросы про тот самый круглый стол в мэрии, про агитацию и материалы для нее, про встречи с населением. Для организации последних, по словам Логачева, никто не чинил препятствий. Спросил Лескин и о публикациях в СМИ и сюжетах на телевидении в период предвыборной кампании.

— Я вообще, честно скажу, деталей не помню, да, но в любом случае, у меня общее понимание, что все должно идти от партии, — ответил Логачев. — Партия должна организовывать все эти вещи. Это не проблема кандидатов. Кандидат дал свое согласие, выдвинулся от партии. Какие детали, я честно говоря, не помню. Исходя из того, что не одна предвыборная кампания, может быть все запутано в голове.

Лескин посчитал, что нужно уточнить еще один момент.

— В подготовке к выборам и в проведении избирательной кампании партия ограничена как раз каким-либо законом помощи кандидату, выдвигаемому партией, если выдвигается по мажоритарному одномандатному округу? — спросил он.

Логачев ответил, что да, есть какие-то ограничения.

— В момент предвыборной кампании установлен избирательный фонд. На каждого кандидата. Я не помню, какая сейчас сумма. Но зафиксированная законом, — сказал свидетель.

Партия обязана поддерживать, продолжил он, и в уставе любой партии написано, что она помогает кандидатам для того, чтобы те идеи, цели, которые предоставлены непосредственно партией и уставными документами, были реализованы.

— То есть запрета на помощь мажоритарным кандидатам нет? — спросил Лескин.

— Нет, — ответил Логачев.

Вот следующий, тоже важный, фрагмент диалога. Спрашивает по-прежнему Лескин.

— Известно ли вам что-то о формировании избирательных штабов партии?

— Что именно?

— В преддверии выборов формирует партия или нет для помощи своим кандидатам избирательные штабы?

— Да, мы всегда формировали.

— Вы всегда формировали?

— Конечно.

— И вы также поясните, что входили технологи.

— Да, конечно, у нас в основном в "Справедливой России" из Санкт-Петербурга.

— А кто оплачивал работу этих технологов?

— Часть бизнес брал на себя затраты, а какую-то часть партия перечисляла.

— Вот мы изучали в суде документы. Устав партии подразумевает, а именно статья 18 устава, что партия "Единая Россия" может принимать пожертвования как от юридических, так и от физических лиц, как в наличном, так и в безналичном виде. Вам об этом известно?

— Да.

— Были ли такие случаи в вашей политической карьере, когда физические лица, как вы сказали, предприниматели, вносили денежные средства в фонды в наличных и безналичных? Известно ли вам об этом в период 2014 года? Были такие случаи внесения денежных средств кем-то из представителей бизнеса, компаний?

— Ну, мне неизвестно.

Защита спросила, не оказывал ли губернатор Александр Хорошавин противодействия избирательной кампании? А если оказывал, то в чем это выражалось? Логачев ответил, что не знает.

Обвинение ходатайствовало об оглашении данных из 25-го тома уголовного дела. Там содержатся показания Логачева, в которых он подробно говорит о предвыборной кампании, об участии в круглых столах, о том, что ему было известно по поводу передачи денег его отцу.

Защита возразила против оглашения, поскольку не увидела противоречий между предыдущими и нынешними показаниями свидетеля, но суд постановил удовлетворить ходатайство. Информация из тома дела прозвучала, после чего обвинение спросило Логачева, подтверждает ли он свои показания.

— Ну, за исключением того факта, когда я делал предположение, что неудобный округ. Исходя из того, что сейчас я избирался, самый замечательный округ. В данном случае мои предположения были ошибочными. А политтехнолог более правильную дал оценку.

Гособвинитель спросила, не смутило ли Логачева, что в июле 2014 года на заседании в зале администрации Южно-Сахалинска присутствовал Андрей Лобкин.

— Лобкин на тот момент кем работал?

— В аэропорту, — ответил Логачев.

— Почему Лобкин присутствовал на данных мероприятиях, вам известно?

— Я так понимаю, он входит в партию. Я могу предположить.

— Вы предполагаете?

— Я точно не помню.

Вопросов у стороны обвинения больше не было. К допросу приступила защита. Она хотела знать, формируется избирательный фонд партии до регистрации в избиркоме или после.

— Вообще выборы начинаются за год до самих выборов, — объяснил свидетель. — Понятно, что какая-то часть формируется для партийной работы, заранее.

В финале допроса Алексей Лескин уточнил еще кое-что. Он спросил про Дмитрия Братыненко, который был замруководителя регионального избирательного штаба "Единой России". Логачев, впрочем, не смог вспомнить должность Братыненко в то время.

— Вот вы общались с политическими партиями, известно ли вам, Братыненко был членом какой-нибудь политической партии? — спросил Лескин.

— Обычно все члены "Единой России", — ответил Логачев.

В данных ранее показаниях он сообщал, что Братыненко приглашал его на встречу. Зачем, для чего, детали и подробности — этого Логачев опять-таки не смог вспомнить.

Узнавайте новости первыми!
Подписаться на новости
Telegram Подписаться в Telegram WhatsApp Подписаться в WhatsApp

Обсуждение на forum.sakh.com

rumyan19 22:20 28 ноября 2020
Взгляд холодный , а коленочки трясутся
N77 13:31 28 ноября 2020
Умышленно тупит.
Optimar 13:28 28 ноября 2020
Даже, если слегка замазан- нужно уходить из депутатов самому
Ухогорлонос 09:46 28 ноября 2020
Это благоустройство дворов и так далее
Ну и как, благоустроил?
анонимный  09:27 28 ноября 2020
Тут забыл, тут не уверен.. Ничего не помню.. Воспользуюсь 51 статьёй.. Эххх.. Да какая разница кто давал , он или папа,всё равно взятка.. А вообще хитрая и скользкая личность..
Читать еще 175 комментариев