2 октября 2022 Воскресенье, 18:18 SAKH
16+

Сайт закрыт, читайте новости на новом сайте iasakh.com

Углегорцы пьют воду с привкусом технологий эпохи Карафуто

ЖКХ, Углегорск

В последний раз систему водоснабжения в Углегорском районе реконструировали в 1974 году. Побывав на объекте, от которого зависит чистота воды в кранах жителей города Углегорска и села Ольховка, можно испугаться, настолько неприглядно тут все выглядит. Местные работники успокаивают. Говорят, что вода, проходя через несколько ступеней очистки, в итоге получается чище, чем должна быть по санитарным нормативам. И все равно — смотреть на японское наследие страшно. Сложно вот так сразу поверить, что когда воду отсюда отправили в питерскую лабораторию, там удивились и спросили — зачем вы прислали нам дистиллят?

Насосная станция первого подъема. Это первая ступень в системе забора, очистки и подачи воды. Сюда поступает вода из реки Углегорки. Она заходит в башню, в железобетонный канал и по нему идет на станцию. Станция поднимает ее в башню, потом под естественным давлением вода перекачивается на станцию второго подъема, а потом на БФС, блок фильтровальных сооружений. Там жидкость, какой бы мутной она ни была, очищается, проходит фильтрацию, дезинфекцию и поступает уже потребителю.

Если не уточнять год строительства всей этой системы, можно сказать, что воду в Углегорском районе очищают по японским технологиям. Станцию японцы построили еще в довоенные годы для бумажного завода, руины которого находятся неподалеку.

Раз в год, в августе, все эти сооружения замирают на три-пять дней. Подача воды прекращается. Со стенок резервуаров, где стоит вода, счищают весь ил и получается, как здесь говорят, "чистенько-красивенько".

На станции есть музейный экспонат — японский насос 1940 года. Он не используется, но рабочий, в случае необходимости его можно завести. Почти все остальное — не такое старинное, но и далеко не современное.

— Для того, чтобы применить здесь современные технологии, нужен ряд решений по подъему воды, очистке и транспортировке ее до города. В советское время было принято решение не губить то, что сделали японцы, а работать именно так. И мы работаем по той же самой технологии, усовершенствовав ее только заменой насосной группы, — говорит директор муниципального казенного предприятия "Жилищно-коммунальное хозяйство" Максим Фить.

Максим Фить
Максим Фить

Для очистки воды применяют физические и химические методы. Если даже после этого она не соответствует санитарным нормам, ее доочищают. На станции два года назад появилась установка ультрафильтрации. Это вспомогательное оборудование для доочистки воды. В год эту установку включают примерно на неделю-две, в основном весной, в самый пик паводков.

На выходе после всех ступеней фильтрации получают воду, степень мутности которой составляет 0,5 мг на литр, хотя по нормативам допустимо 1,5 мг. У нас живая вода, говорит Максим Фить, не мертвая. Но почему же так страшно смотреть на облезлые бетонные бассейны, стены которых поросли чем-то скользким и зеленым?

— Это не страшно, не облезлое и не плесень, — не соглашается Фить. — Здесь мы делаем два раза в год ремонт: весной и осенью. Все это будет почищено. Да, вода там цветет. Хлорка добавляется уже после того, как вода прошла первую и вторую стадии очистки, для того, чтобы убить все живые, ненужные бактерии, которые в ней содержатся. Два раза в неделю мы отправляем эту воду в Холмск. Там есть лаборатория, которая подтверждает качество нашей воды.

Когда хлор доходит до потребителя, продолжает директор предприятия, он успевает сделать свою работу и испариться. То есть жители Углегорска и Ольховки не чувствуют его привкуса. Фить говорит, что сам пьет некипяченую воду из-под крана.

— Мы ее в Ленинград отправляли раньше каждый год, там спрашивали — вы что нам дистиллят прислали? Такой чистой воды в речке не может быть, — улыбается работница лаборатории, где тоже все на вид старое и допотопное.

Максим Фить считает, что вокруг качества питьевой воды в Углегорском районе создается ажиотаж. По его словам, уже два года не было такого, чтобы вода не соответствовала нормативам. В других населенных пунктах (кроме Углегорска и Ольховки) свои водозаборы. Если говорить о жалобах населения на воду, больше всего их в Шахтерске. В июне там четыре недели жили без воды, теперь собираются ремонтировать сети.

Все эти истории о прекрасной чистой воде на выходе со станции, может быть, действительно не просто истории. Вопрос лишь в том, каких усилий стоит ее очистить. То, что угледобытчики загрязняют природу и в частности реку Углегорку, не новость. Это было и в 2017 году, и недавно. Максим Фить сам признается, что какое-то время после оползня мути будет больше, это неизбежно.

Район мог бы тратить меньше денег на очистку воды (реагенты и прочее), если бы сама система водоснабжения была более современной. Еще в 2019 году к этому начинали делать первый шаг — объявляли конкурс на ее проектирование. Но закончено оно будет только сейчас, в августе. ПСД обошлась в 46 млн.

После положительного заключения госэкспертизы нужны будут деньги. Реконструировать систему водоснабжения предстоит в два этапа. Первый — от имеющегося водозабора подать воду к селам Краснополье, Никольскому, Ольховке, второй — довести этот водопровод до Шахтерска. Получится одна станция водоочистки на всех. Вода с помощью подкачных насосных станций будет доставляться до разных населенных пунктов. В Шахтерске плотина находится в предаварийном состоянии. Восстанавливать ее слишком дорого, проще протянуть туда воду из Углегорки по 28-километровому водопроводу, который предстоит построить, считают в администрации района.

А с японской станцией на Углегорке ничего глобального, судя по всему, делать не собираются.

И еще момент — в районе даже в половине многоквартирных домов не сделан капремонт системы водоснабжения. Пусть в меньшей степени, но это тоже влияет на качество воды из-под крана.

Новости по теме:
 Показать все
Подписаться на новости