Мемориал раздора: "Сахалинские корейцы" против несоблюдения вековых традиций. Сахалин.Инфо
23 июня 2024 Воскресенье, 03:27 SAKH
16+

Мемориал раздора: "Сахалинские корейцы" против несоблюдения вековых традиций

Анива

Четвертый год не может решиться конфликт между общественной организацией "Сахалинские корейцы" и бизнесменом из Южной Кореи. Суть конфликта кроется в возведении мемориала в память безродным корейцам, насильственно завезенным на Сахалин. Общественники считают, что мемориал, а точнее, поминальные таблички нарушают культурные традиции народа и оскорбляют семьи. Бизнесмен же придерживается позиции, что таблички — дизайнерский ход, а мемориал — музей. В 2019 году Анивский суд принял сторону бизнесмена, и, казалось бы, конфликт исчерпан, все должно остаться на своих местах. Но только не духи, которые, по поверьям корейцев, теперь не могут найти дорогу домой.

Отголоски войны

С августа 1905 по 1945 годы южная часть Сахалина находилась под властью Японского правительства. В качестве рабочей силы около 40 тысяч корейцев насильно были завезены на Сахалин, так как в то время Корея была японской колонией (1910-1945).

В основном это были молодые люди, которые работали в угольных шахтах, на строительстве дорог и сооружений, на валке и вывозе леса. Рабочий день составлял 12‑16 часов в сутки, а труд ничем не отличался от рабского. За малейшее нарушение людей жестоко наказывали розгами, а за попытку бегства — убивали.

В августе 1945 года южный Сахалин был возвращён России. Тогда граждане Японии вернулись на свою родину, а корейцы так и остались брошенными на произвол судьбы.

И только лишь после развала Советского Союза часть корейцев смогли вернуться на родину. Однако было много тех, кто просто не дожил: были убиты или погибли от непосильного труда.

Духи и вековые традиции

Юлия Дин, исследователь, изучающий корейскую культурную традицию на Сахалине и в Южной Корее, утверждает, что поминальные обряды и ритуалы, как выражение существовавшего у корейского народа культа предков, являются самыми важными среди всех обрядов и традиций этого древнего народа.

Так, у корейского народа не принято ходить на старые могилы часто, их посещают один раз в год — 15 августа в традиционный день поминовения. В этот день могилки облагораживаются, приносится еда. Обязательно открывается калитка в оградке для того, чтобы духи предков могли пройти и поесть любимую при жизни пищу. Кроме того, еда выносится и за оградку, чтобы почтить память других духов. Ровно так же поминки проходят в домах: открывается дверь, и еда выносится на улицу.

Крайне интересен и обряд передачи поминок, так как по традиции данный ритуал могут проводить только по мужской линии.

"С 1976 года мы ходим на могилу моего отца. Ухаживаем за ней, но я, как дочь, не справляю поминки, это привилегия мужской части семьи. Передачу поминок нам удалось провести только в 1997 году, когда из Южной Кореи приехала дочь от первого брака и взяла с собой в Корею немного земли с могилы отца и сказала папе, что теперь его поминки будут проходить дома, в Корее, и проводить их положено его приемному сыну", — рассказывает член общественной организации "Сахалинские корейцы".

Духи всегда приходят на то место, где стоит поминальная табличка (Ви Пи) и проводится обряд. Корейцы уверены, что духи предков охраняют семьи, но могут и наказать, если дети не проводят обряд или не ухаживают за местом захоронения, либо если допустили существование еще одной Ви Пи в месте, где изначально чтили память корейцев без родственников.

"На такой табличке указываются имя, фамилия человека, иероглиф смерти, даты смерти и рождения. Когда человек умирает, табличку несут впереди гроба. Год она хранится дома. Потом, после поминовения, кто-то ее сжигает, кто-то оставляет и хранит. Эта дощечка как могила духа", — утверждает Оксана Пак, глава организации "Сахалинские корейцы".

Мемориал раздора

В 2018 году открылся мемориальный комплекс, возведённый в Анивском районе на территории мараловой фермы. Изначально мемориал должен был быть посвящен корейцам, у которых среди живущих не осталось родственников, кто мог бы их поминать, что, как уже было сказано, крайне важно в национальной традиции. И общество "Сахалинских корейцев" были обеими руками "за", но когда выяснилось число (7231 человек), возникли сомнения, что что-то здесь не так.

Откуда взялись таблички? С 2015 года специальная структура — Южнокорейский комитет по оценке ущерба, вызванного принудительной мобилизацией Японии, собирала имена усопших корейцев. Обследовали все кладбища и могилы на территории Сахалинской области, чтобы выявить условно корейские могилы. Почему условно? Потому что у тех, у кого есть родственники, есть памятники с именами, а у кого родственников нет — либо холмик, либо деревянный столбик, который по истечению времени сгнил.

Стоит отметить, что корейцы до 45 года носили японские фамилии, поэтому были могилы и с японскими именами.

Когда обследовали могилы, получилось около 10 тысяч имен, но на трех тысячах захоронений не было фамилий. Поэтому взяли те семь тысяч и сделали на них Ви Пи, не удосужившись провести исследование, потратить время и выбрать тех, кому действительно стоит уделить место в мемориальном комплексе. Ведь туда попали и русские женщины, которые были замужем за корейцами, дети и даже японцы. "Сахалинские корейцы" считают, что японские имена на табличках в мемориальном комплексе памяти сахалинским корейцам — все равно, что имена нацистов на аллее Славы.

Сейчас бизнесмен утверждает, что он возвел мемориал как некое подобие музея, а поминальные таблички — лишь дизайнерский аксессуар. Но "Сахалинские корейцы" помнят, как в СМИ на их исторической родине была информация о некоем буддийском монахе, вызванном бизнесменом на остров для проведения специального обряда.

"То есть монах призвал всех духов приходить в этот мемориальный комплекс, и духи теперь не знают, куда идти, и наказывают родственников за то, что они позволили сделать это. С такими вещами шутить нельзя, это нарушение национальных традиций!" — возмущаются в организации.

Бизнесмен менял название комплекса три раза, возможно, предполагая, что скандал может закончиться крайне невыгодно. В день открытия это был мемориал памяти безродным насильственно завезенным сахалинским корейцам. Когда прояснилось, что есть родственники, мемориал сменил название и стал посвящен памяти насильственно завезенным. Когда же нашли таблички с именами детей, появилось третье, последнее название — "Памяти Сахалинским корейцам". Наличие табличек с именами русских женщин и японцев, по всей видимости, бизнесмена и его представителей не смутило.

Кроме того, южнокорейский предприниматель утверждал, что запросов на выдачу родственникам поминальных табличек не поступало. Но общество "Сахалинских корейцев" объясняет, что просто так, без ритуала и без тех людей, кто проводит поминки, таблички не передаются. Опять же, это нарушение культурных традиций, которые крайне важны для народа.

Дань памяти, или Выгодный вклад в будущее

Председатель "Сахалинских корейцев" поделился своими предположениями, почему бизнесмен не может провести обряд и вернуть таблички родственникам.

Человек в Корее собирал пожертвования на Ви Пи, то есть здание построено за его счет, а таблички — это пожертвования из Южной Кореи. Плюс наш бывший председатель вложил 1,4 миллиона рублей в фундамент комплекса. Деньги были затрачены на другой памятник.

При заложения камня участвовали бывший президент РОО СК Им Ен Гун и председатель Совета старейшин, но 2017 году было соглашение о расторжении меморандума о совместной деятельности общественных организаций по развитию корейской культуры, традиций и обычаев. Когда мы расторгли меморандум, было понятно, что мы против вмешательства южнокорейской организации во внутренние дела сахалинской корейской диаспоры. А сохранение памяти наших родителей — то наше дело и обязанность. И никто не давал ему права унижать нас — как нерадивых детей, которые не чтят предков.

Я думаю, что здесь вопрос в деньгах, и ему нужны инвестиции. Когда он идет в банк (в Южной Корее), то представляется как председатель южнокорейской организации и как человек, который поставил мемориальный комплекс. Все это ради хорошей кредитной истории и доверия. Корейские СМИ уже публиковали материал о том, какой этот человек хороший, а правительство плохое, раз не выделяет ему деньги на содержание мемориального комплекса.

Возведя это здание на землях сельхозназначения, статус земли можно поменять — раз, соответственно, построить на этих землях дома — два, привлечь корейских туристов — три. В данном случае человек просто пошел выгодным для себя путем, перешагнув через собственные национальные традиции.

***

Корреспонденту Сах.ком так и не удалось получить комментарий второй стороны конфликта. Дозвониться до бизнесмена оказалось невозможно. Если он захочет рассказать свою точку зрения, редакция готова ее выслушать.

Подписаться на новости