16+

Под парусом

Туризм, Weekly, Общество, Холмск, Александровск-Сахалинский, Ноглики и еще 3 города, Корсаков, Поронайск, Невельск

В июле-августе 2013 года мне выдалась возможность совершить 30-дневное путешествие на крейсерской яхте "Отрада" Морского государственного университета имени адмирала Г.Невельского (Владивосток) по Татарскому проливу, Нижнему Амуру, Охотскому морю, проливу Лаперуза.

Моему участию в морском походе предшествовали несколько обстоятельств.

Во-первых - давнее желание пройти на парусном судне вокруг Сахалина, посетить крайние географические точки острова (кто из сахалинцев не мечтал однажды об этом); побывать в знакомых местах, но необычным образом - по морю.

Во-вторых - интерес к личности Г.И.Невельского - патриота России, которому Отечество обязано утверждением в Приморье, Приамурье и на острове Сахалине.

В-третьих - встреча с Леонидом Константиновичем Лысенко - профессором МГУ им. Г.Невельского…

22 июля

Рано утром из акватории Японского моря по спутниковому телефону мне позвонил Леонид Константинович и сообщил, что сегодня яхта "Отрада" приходит в Невельск и что я могу приехать, чтобы принять участие в морском походе.

Из Владивостока крейсерские яхты "Командор Беринг" (капитан В.Гаманов) и "Отрада" (капитан Л.Лысенко) вышли 17 июля. Плавание проходит под флагами университета и Русского географического общества.

Естественно, я - в Невельск!

Бетонные короба изрыты волнами - они напоминают лунный ландшафт. Всюду каменные обломки, куски арматуры, ржавые машины и механизмы… Пограничник проверят документы и интересуется причинами моего появления на территории порта. За его спиной стоит корабль береговой охраны.

Обе яхты крепко привязаны к бетонной стенке. На леерах сушится выстиранная одежда. Она скручена узлами, чтобы не слететь в воду при передвижении судна. С утра оба экипажа были заняты поиском бани и помывкой…

Следуя указаниям капитана, размещаю на "Отраде" подготовленные для похода личные вещи. Леонид Константинович вспоминает подробности начала путешествия.

- В университетской гавани состоялись торжественные проводы. Звучали напутственные речи, гремел оркестр. Говорили о Невельском. Ректор университета Сергей Алексеевич Огай поздравил участников морского похода и пожелал им счастливого плавания. Я же занимаюсь последними приготовлениями, бегаю, высунув язык. В суете два комплекта непромокаемой одежды все же забыл в машине. Настоятель Казанского православного прихода отец Иннокентий отслужил молебен и передал экипажам иконы Казанской божьей матери. Ректор прошел перед нами и каждому персонально пожал руку. Во время выхода яхт стоящие на рейды суда включили сирены…

23 июля

В путь. "Командор Беринг" рано утром уже ушел в Холмск…

На борту двух яхт 15 человек, на "Отраде" девять: капитан Лысенко, Артур Хальзов - старший помощник, Валерий Артамонов - механик, а также Даниил Смирнов, Алексей Карасев, Александр Зиновьев, Сергей Назаров, Сергей Линов, Егор Сердюк - матросы, курсанты судоводительского факультета.

- Как подбирал команду? На лекции обмолвился о походе… Сказал, что все желающие могут прийти в гавань поработать кистями, руками, скребками. Одни курсанты уходили, другие приходили… Остались те, кто по-настоящему включился в работу, увлекся возможностью стать членом экипажа, - рассказывает Леонид Константинович. - Подготовить яхту к морскому походу - все равно что скрипку Страдивари выделать…

Лысенко - кандидат технических наук, профессор кафедры управления судном Института защиты моря и освоения шельфа МГУ им. адмирала Г.И. Невельского, ведет дисциплины "География морского судоходства" и "История мореплавания". Кроме того, на факультете водных видов спорта за ним дисциплины "География Дальневосточного региона" и "Парусный спорт" (специализация). Он знакомит меня с техническими характеристиками судна.

Яхта "Конрад-46" построена в Польше в 1982 году. Является яхтой для круизного плавания с небольшим вспомогательным двигателем, гарантирующим скорость 8 узлов при невзволнованной воде и постоянном ветре около 4 м/с и парусным вооружением типа "стаксельная шхуна", предназначенная для дальнего плавания. Общие параметры судна: длина 14,16 м, осадка полная - 1,90 м, водоизмещение 14 тонн. Площадь парусности - 103 м². Двигатель мощностью 80 л.с. На борту имеется 4 топливных бака по 250 литров (1 тонна). Корпус и палуба изготовлены из полиэфирного стеклопластика. Кроме того, палуба выложена тиковой клепкой.

Яхта снабжена двумя отдельными каютами (в носовой части и на корме) с четырьмя местами для сна в каждой с кают-компанией в средней части яхты с узким темным штурманским столиком с ящиками для карт на левом борту. Посередине - другой стол, предназначенный для приема пищи и рукоделия. Есть даже мягкий диван, который капитан называет "завалинкой". Все сдвинуто, тесно. Имеется отдельный туалет с умывальником, кухней - камбузом на правом борту, богатым функциональным размещением палубных устройств, дающих возможность обслуживания яхты при различных условиях погоды. Мачты и гики выполнены из алюминиевого сплава, стоячий такелаж из стальных нержавеющих струнных тросов. Бегущий такелаж из мягких, а также синтетических тросов.

Курсанты называют паруса в порядке расположения - от носа судна к корме: первый, второй, третий, четвертый и "этот" (указывая рукой). Реже - так как следует: стаксель, шкот, грот… мне еще предстоит прочитать полное руководство по парусному спорту.

А пока я познаю жизненное пространство в полном смысле слова - головой, на которой появились первые ссадины от столкновений с пока еще мало известными мне предметами…

Каждый член экипажа имеет право планировать время пребывания на судне самостоятельно с учетом рода занятий и свободного времени. В Холмске покинут яхту и отправятся самолетом во Владивосток В.Артамонов и Д.Смирнов.

Даниил играет на трубе в университетском оркестре. Духовой инструмент взял с собой в поход, чтобы не прекращать занятий музыкой. Прежде чем попрощаться, он старательно исполняет на трубе короткое музыкальное произведение.

- До встречи во Владивостоке…

Между тем Леонид Константинович вносит мои данные в судовую роль, вручает мне куртку-ветровку с эмблемой Морского госуниверситета и приглашает на обед.

В книгах о мореплавателях я читал, что при посвящении в матросы новичок должен выпить кружку морской воды. Обряда инициации удалось избежать. Хотя чай с морской водой мне скоро предстоит попробовать…

Все члены экипажа не помещаются за столиком, поэтому обедают в две смены. Сегодня же мы вообще принимаем пищу на верхней палубе в кокпите - это углубление определенной формы, где установлены штурвал, компас и две скамьи по обеим сторонам для сиденья.

Этому способствует хорошая, теплая погода. На обед суп с рожками и тушеная с тем же консервированным мясом капуста. Готовить еду входит в обязанности вахты - смена каждые четыре часа. Обед завершается ломтем сладкого, сочного арбуза.

Мойка использованной посуды производится курсантами прямо на палубе забортной водой в ведре из-под шпаклевки с использованием специального моющего средства. Утром кто-то из курсантов по неосторожности выплеснул в море вместе с водой металлические ложки. Оставшихся ложек пока хватает для приема пищи. На камбузе для мытья в ненастную погоду устроена раковина с двумя водопроводными кранами - для морской и пресной воды. Вода накачивается механическим насосом.

Для хранения пресной воды на судне имеется два бака емкостью 150 литров каждый. Для приготовления пищи используется газовая двухконфорочная плита. Она вставлена между двумя тумбочками на подвижной платформе. При волнении на море плита раскачивается в такт движению судна и жидкая пища не проливается. Чтобы кастрюли или чайник не соскользнули, плита опоясана двумя кусками алюминиевой проволоки, ограничивающими их подвижность во время качки. В одной из тумбочек три разновеликих газовых баллона, которые переключаются поочередно, по мере использования, в другой - продукты. По стенке над плитой расположены шкафчики для хранения посуды и тех же продуктов.

В полдень покидаем Невельск. Курсанты устанавливают паруса. Они хранятся в носовом отсеке яхты. Ветер попутный, и судно скоро бежит на север.

На корме две угловых скамейки. С них удобно наблюдать за морем и парусами.

- Галерка… - констатирую я, похлопывая по сиденью.

- Ложа! - поправляет меня Леонид Константинович, удобно расположившись с другого борта.

Дальние яхтенные плавания стали делом жизни Лысенко с 1971 года. Ходил капитаном яхты в сорока дальних спортивных плаваниях и крейсерских гонках за пределами Приморского края. Ходил под парусами с целью сбора информации об истории России в Тихоокеанском регионе: Сахалин, Камчатка, Чукотка, Алеутские острова, Аляска, США (штат Орегон, штат Вашингтон, штат Калифорния), Мексика, Никарагуа, Панама, Австралия, Япония и Южная Корея.

Неоднократный победитель и призер престижных парусных регат "Кубок Балтийского моря", "Белый парус Мира", "Кубок южного Креста" и др. В одиночку пересек Атлантический океан, во время этого плавания забрался по реке Тибр до самого Рима, мастер спорта РФ по парусному спорту, член английского клуба "Выжиматели ветра" (Windjammers).

Подготовил девять мастеров спорта и около ста перворазрядников. Состоит в Русском географическом обществе с 1965 года, увлекается историей. Руководил экспедициями по маршрутам В.Беринга и Г.И. Невельского в 1973-1993 г. В дальних плаваниях собрал обширный материал по истории русского зарубежья и опубликовал около 150 статей. Установил восемь памятников и памятных знаков русским первопроходцам. Почетный член Владивостокского морского собрания. Свое крещение морем и первое дальнее плавание в экипаже яхты ДВВМУ под началом Лысенко совершил известный путешественник Федор Конюхов.

Входной маяк в порту Невельска
Входной маяк в порту Невельска

24 июля

Над проливом занимается рассвет. "С холмов спускаясь этажами…", широко раскинулся приморский город Холмск.

Сегодня у Леонида Константиновича приподнятое настроение - день рождения - ему исполнился семьдесят один год… Его подвижности, быстроте реакции, выносливости и, конечно, опыту плавания могут позавидовать и более молодые люди. На "Отраду" поздравить именинника пришли капитан флагманской яхты В.Гаманов, кандидат технических наук, директор института "Морская академия" МГУ им. адмирала Г.И.Невельского, а также работники пароходства - бывшие выпускники владивостокского университета, ветераны труда.

- Новых дальних плаваний вам, капитан! - желаю я своему коллеге.

В 15:30 оставляем гостеприимную гавань и отправляемся Татарским проливом дальше на север. Скорость 5,5 узла. Следом за нами срывается с места "Командор Беринг". Судно на треть легче "Отрады", и вскоре оно обходит нас. Следующая встреча экипажей состоится в Николаевске-на-Амуре.

Леонид Константинович обращает внимание на плачевное состояние местного маячного оборудования. Они не столь безукоризненны, как в юбилейных изданиях, посвященных приморским городам нашей островной области.

Ночью движение яхты не прекращается…

В акватории Холмского морского порта
В акватории Холмского морского порта

25 июля

Утреннее море - мягкое, теплое, высвеченное солнечными лучами.

Первыми европейцами, предпринявшими попытку изучить Татарский пролив и берега острова со стороны Японского моря, были участники экспедиции Ж.-Ф. де Лаперуза. Пройдя Атлантический и Тихий океаны, экспедиция в 1787 г. достигла Китая, затем через Корейский пролив прошла в Японское море. Исследуя Татарский пролив, Лаперуз записал в дневнике:

"… Этот остров (Сахалин) отделен от Татарии проливом, в северной части которого расположены песчаные мели: они делают пролив непроходимым для кораблей, хотя вероятно там имеются проходы для пирог".

Десять лет спустя этим путем на корабле "Провидение" прошел английский капитан Броутон, повторивший попытку Лаперуза отыскать пролив между Сахалином и материком и также не нашедший его. Со временем, к концу XVIII века, на всех европейских картах Сахалин стали изображать полуостровом, а Амур рекой, не имеющей выхода к океану. Такое убеждение появилось несмотря на то, еще в XVII веке на чертежах русских мореходов и промышленных людей Сахалин изображался островом, как и на Генеральной карте Российской империи 1745 года.

Татарский залив - так неверно иностранные мореплаватели называли Татарский пролив. Название пошло от "Tartario" - наименования, дававшегося иностранцами всем землям, лежавшим за Уралом. Но оно сохранилось почему-то за Дальним Востоком, хотя здесь не было никаких татар. Возможно, это название в какой-то мере объясняется русским выражением "провалиться в тартарары", если иметь в виду конец света, край земли сибирской…

Маяк, построенный японцами в 1943 году на мысе Отори мисаки (ныне мыс Слепиковского). Чехов. Томари. Село Пензенское - в нем находится памятник с надписью на русском и французском языках: "Здесь в июле 1787 года высадилась французская исследовательская экспедиция под руководством Лаперуза". Именно здесь в устье реки Черемшанки один смышленый и доверчивый айн нарисовал карандашом на бумаге остров и обозначил на нем проливы - и тот, который будет назван именем Лаперуза, и тот, который отделяет остров от материка на севере, и отдал мореходам…

В устье реки Кусунай на месте рабочего поселка "Ильинский" Томаринского района в августе 1853 года в соответствии с приказом начальника Амурской экспедиции Геннадия Невельского исследовать западное побережье острова, высадился подпоручик корпуса флотских штурманов Дмитрий Орлов с командой из семи казаков и основал в здесь военный пост Кусуннайский.

Зимой из-за нехватки продовольствия Орлов покинул пост. В 1857 году пост был восстановлен другим участником Амурской экспедиции - лейтенантом Рудановским.

Побережье Углегорского района - мыс Стукамбис, мыс Ламанон… Маяк Тирия заки (Ламанон) выстроен японцами в 1940 году. В целом за 40-летний срок правления губернаторства Карафуто на Южном Сахалине было установлено 25 маяков и створных знаков. Круглая бетонная башня, крашенная белыми и черными горизонтальными полосами, высотой 18-20 метров хорошо видна с яхты.

Мыс, а вместе с ним и горы, названы Лаперузом в 1787 г. в честь участника своей экспедиции Ламанона. Физик-натуралист, член Туринской академии Ламанон был убит туземцами в том же году на архипелаге Самоа…

В десяти километрах от мыса Ламанон на побережье залива Изыльметьева находится село Орлово, названное в честь того самого Дмитрия Орлова из корпуса флотских штурманов.

Вечернее море. Татарский пролив
Вечернее море. Татарский пролив

26 июля

Весь день в пути. Дует сильный северо-восточный ветер. Боковая качка - яхта идет, наклоняясь то на один борт, то на другой.

Привыкаю к новой для меня системе измерения морских дорог: 1 миля (морская) - 1852 метра. Морская миля равна длине 1 дуговой минуты меридиана. Со скоростью судна тоже все ясно - 1 узел равен 1 миле в час.

Сергей Назаров взялся варить на завтрак яйца. Он носит их горстями и собирается бросить в кипящую воду. Он же спрашивает, нужно ли их солить…

Берусь за приготовление пищи и с этой обязанностью не расстаюсь до конца похода…

Овощи, крупы, макаронные изделия, сгущенное молоко, куриные яйца, консервированное мясо, и др. продукты разложены по рундукам. На навигационном столе сделанный от руки чертеж яхты, где расписано, где и какая хранится провизия. В помещении душа ящик с вареньем из клубники и смородины, банками с компотом и березовым соком, а также пластиковые пятилитровые бутыли с сухарями, которые упаковала для внука бабушка Алексея Карасева. В носовом кубрике выращенная его родителям картошка.

Алексей вызывает симпатию своей обстоятельностью в работе и страстью к самосовершенствованию. В навигационном столе он все время находит и изучает все новые и новые чертежи навигационного оборудования.

Сергей Линов в свободное время от вахты и сна неотрывно читает пьесы Вильяма Шекспира. На борту помимо лоций небольшой запас случайно подобранных книг. На Сахалине он, как и другие курсанты, впервые…

Комсомольское, Агнево, Широкая падь, Октябрьское - исчезнувшие некогда многолюдные поселки. Интерес курсантов к истории Сахалина велик, и я рассказываю им о знакомых мне с детства местах…

В 21:00 проходим мыс Ходжи. Скалы отполированы волнами и ветрами. Над ним гора Верблюд. Сгущаются сумерки. К югу вдоль берега скалистые берега, покрытые зеленью - от светло-зеленого до темно-зеленого. Чуть видимый в тумане мыс Воевода. Перед ним расположен рабочий поселок Дуэ. Начиная с 90-х годов минувшего века село почти опустело - в нем проживает постоянно не более 80 человек… Место, связанное с историей основания самого первого русского поселения, постепенно приходит к забвению.

Впрочем, на берегу в бинокль хорошо видны палатки и легковые автомобили. Ежегодно в Дуэ собирается молодежный православный лагерь. Паломничество в эту часть Александровск-Сахалинского района связано с именем миссионера Иоанна Вениаминова (Иннокентия), который в 1850 году в сане архиепископа Камчатского и Якутского возглавил миссионерскую деятельность на всем северо-востоке Сибири. Тогда активно шло не только физическое, но духовное овладение огромной территорией Российской империи. В 1861 году судно "Гайдамак", на котором он шел из Николаевска на Камчатку, в Татарском проливе потерпело крушение и его выбросило на берег у села Дуэ, где его приютили жители села.

Над мысом Жонкьер с иглой телевизионной вышки на самом верху висит туман. Мыс назван в 1787 году французским мореплавателем Лаперузом в честь одного из участников его экспедиции де ля Жонкьера. К северу от мыса раскинулись - будто разогнутая подкова - Александровский залив с глинистыми склонами сопок и песчаными пляжами, устье реки Большой Александровки. Здесь на берегу залива прошло мое детство.

Хорошо помню свое первое знакомство с водной стихией. Моя мама - Федора Владимировна - она работала тогда машинисткой в автошколе ДОСААФ - однажды привела меня на спасательную станцию. Мне не было и шести лет, когда на лодке вместе со спасателями мы вышли в море и прошли вдоль берега около мили. Плавать я тогда не умел. Помню, как крепко держался за борта лодки, испытывая отчаянный страх…

При переходе из Владивостока на Сахалин кое-кого из курсантов поразила морская болезнь, по определению классика русской литературы И.А.Гончарова - "скучная дань морю". Для меня процесс адаптации к условиям плавания проходит благополучно. Плавание на "Отраде" занимало мое воображение задолго до начала путешествия, и я исподволь готовил себя к нему. Так в течение двух недель до начала похода я посещал плавательный бассейн в областном центре (десять занятий), проплыв не одну тысячу метров - все же я иду в море…

В 22:00 часа огибаем мыс "толстый, неуклюжий" (А.П. Чехов!) Жонкьер и входим в Александровский залив. Старые, деревянные срубы порт-ковша освещают две-три лампы. Береговые службы не отвечают.

Местный житель - Вадим, на "казанке" некоторое время идет у борта яхты, объясняя, где встать на якорь.

Александровский залив
Александровский залив

27 июля

Ночью поднимаемся по тревожному сигналу. Течением нас протащило до ста метров в сторону скал. Артур включает двигатель и, следуя указаниям капитана, выставляет судно рядом с разбитой волнами и разломанной льдами причальной стенке бывшего (?) морского торгового порта. Причальные стенки разрушены. Проход в ковш наглухо закупорен давно утонувшим судном.

Притом что курсанты перестали путаться в парусах (некоторые паруса подписаны), они неожиданно удивляют "познаниями" в этнографии.

- Сивучи - это тоже племя? - спросил кто-то из курсантов, когда разговор зашел о здешних аборигенах…

Около десяти часов утра трое местных жителей на моторке, на которой они шли на рыбалку, переправили нас с капитаном на берег. Чтобы добраться до песчаного пляжа, сняли обувь. Через два часа другой лодкой выбрались на сушу курсанты.

В этот день мы посетили историко-литературный музей им. А.П.Чехова, а также побывали на открытии фестиваля бардовской песни "У трех братьев". Кажется, своим присутствием мы внесли оживление среди зрителей и участников фестиваля. То и дело к борту яхты подходили лодки с отдыхающими, которые с любопытством разглядывали судно, задавали вопросы (откуда и куда идем) и фотографировались на фоне яхты.

Не удалось лишь побывать в бане - она закрыта на текущий ремонт. Зато купили свежего белого хлеба.

В 19:30 подняли якорь и, выставив паруса, ушли в открытое море, взяв курс на северо-запад.

Алескандровский музей - Темур Мироманов и Леонид Лысенко
Алескандровский музей - Темур Мироманов и Леонид Лысенко

28 июля

Топонимика всегда может рассказать что-то интересное исследователю. Вновь вспоминаю значение названий географических объектов, которые проходит яхта "Отрада".

Мыс Хой (с нивхского - "таймень"), камень Бошняка, мыс Уанди (с нивхского - "битва", "место, где происходило сражение"). Виахту (в переводе с нивхского языка - "озеро с морскими моллюсками") и село с одноименным названием.

До недавнего времени территория к северу от Виахту с десятками чистых озер и морских лагун, с редкими животными, птицами и рыбами, населяющими этот удивительный мир, являлась военным полигоном, закрытой территорией. Охотники, время от времени прорывавшиеся на его территорию, видели разбросанные всюду куски металла, расщепленные стволы деревьев, стабилизаторы авиабомб, расколотые мишени…

Идем всю ночь. С рассветом останавливаемся на траверзе залива Де-Кастри.

Залив Де-Кастри открыт Лаперузом 25 июля 1787 года и назван в честь спонсора экспедиции - морского министра маркиза де Кастри.

После обороны Петропавловск-Камчатского в 1854 году во время Крымской войны стали очевидными трудности снабжения и обороны Камчатки. Было решено перенести порт с Камчатки, не дожидаясь повторного нападения.

Весной 1855 года русская эскадра с оружием и людьми под руководством контр-адмирала Завойко направилась в сторону устья Амура, который, однако, еще был покрыт льдом. Было решено дождаться ледохода, скрываясь в заливе Де-Кастри от превосходящих сил французов и англичан. Русские корабли были там обнаружены, однако успели уйти к Амуру через Татарский пролив до прибытия вражеских подкреплений. Англичане и французы не знали, что Сахалин является островом, и провели весь завершающий период войны в бесплодном ожидании русского флота у его южного побережья…

Сахалинский берег не виден. Леонид Константинович поднимает экипаж, чтобы провести запланированную еще во Владивостоке церемонию…

В конце XIX века по императорскому указу на мысу Св. Николая при входе в залив был поставлен маяк, ныне один из старейших на российском тихоокеанском побережье. В его строительстве участвовали до 300 ссыльных русских поселенцев с Сахалина. Сегодня маяк носит название "Красный партизан" в память о расстрелянных партизанах в ходе гражданской войны. Проблесковый белый свет маяка виден на расстоянии 23 морских миль.

Здесь же в Де-Кастри во время гражданской войны с 11 января по 27 февраля 1920 года поселок был занят белогвардейским отрядом И.Н.Вица в составе 48 человек. Белогвардейцы надеялись продержаться в поселке до весны и прибытия им на помощь японских войск. После непродолжительной осады поселок был взят красными отрядами. И.Н.Виц - командир отряда, отчаявшись, застрелился в маяке Клостер-Камп в 30 километрах от поселка - ныне маяк Де-Кастри на мысе Орлова.

- От пуль метки остались на деревьях, там, где красные расстреляли белых… Они вышли без оружия. Кто-то даже надел ордена за японскую войну, за первую мировую войну. Их все равно всех убили. В гражданскую войну умирали и те и другие. Все они наши соотечественники…

Опускаем на воду венок с траурной лентой "Нашим соотечественникам - белым и красным, павшим в гражданской войне 1917-1922 г.", от коллектива МГУ им. Невельского, от Владивостокского морского собрания, от общества изучения Амурского края (отделение Русского географического общества).

История… здесь все завязано на истории…

В 11:00 прошли мыс Екатерины, еще через час - мыс Муравьева. Кое-где торчат из воды железяки - остовы попавших на мели кораблей. В 15:00 по проливу Невельского проходим мыс Лазарева (в самом узком месте между материком и Сахалином).

А.П.Чехов в книге "Остров Сахалин", посвященной каторге, пишет:

"Беглые большей частью пробираются к северу, к узкому месту пролива, что между мысами Погиби и Лазарева, или несколько севернее: здесь безлюдье, легко укрыться от кордона и можно достать у гиляков лодку или самим сделать плот и переправиться на ту сторону, а если уж зима, то при хорошей погоде для перехода достаточно двух часов. Чем севернее переправа, тем ближе к устью Амура и, значит, меньше опасности погибнуть от голода и мороза; у устья Амура много гиляцких деревушек, недалеко город Николаевск, потом Мариинск, Софийск и казацкие станицы, где на зиму можно наняться в работники и где, говорят, даже среди чиновников есть люди, которые дают несчастным приют и кусок хлеба.

Побеги совершались не только между мысами Погиби и Лазарева, когда "пролив, отделяющий остров от материка, в зимние месяцы замерзает совершенно, и та вода, которая летом играет роль тюремной стены, зимою бывает ровна и гладка, как поле, и всякий желающий может пройти ее пешком или переехать на собаках", но и на южном направлении - через пролив Лаперуза. В 1893 году министр иностранных дел Японии вынужден был обратиться к своему российскому коллеге с просьбой оградить его страну от беглых каторжан. Правительству необходимо было принять меры по прекращению побегов с Сахалина…".

Вообще Чехов злободневен, как никогда - вот вам нынешняя ситуация с Курилами:

"Это пароход морского типа средней величины, купец, показавшийся мне после байкальских и амурских пароходов довольно сносным. Он совершает рейсы между Николаевском, Владивостоком и японскими портами, возит почту, солдат, арестантов, пассажиров и грузы, главным образом казенные; по контракту, заключенному с казной, которая платит ему солидную субсидию, он обязан несколько раз в течение лета заходить на Сахалин: в Александровский пост и в южный Корсаковский. Тариф очень высокий, какого вероятно нет нигде в свете. Колонизация, которая прежде всего требует свободы и легкости передвижения, и высокие тарифы - это уже совсем непонятно…".

В 22:00 часа достигаем мыса Пронге с установленным на нем маяком и, обогнув мыс, входим в Амур. Черный дракон ("Хэйлунцзян" - река Черного дракона, так китайцы называли Амур) таращится на нас из темноты горящими глазами - буями, поблескивая чешуей... Напряженно пытаюсь разглядеть, где начинается великая река…

Казаки-землепроходцы стали первооткрывателями не только дальневосточных земель, но и памятников древних цивилизаций, оставленных здесь столетия назад для "признаку и воспоминания". На Тырском утесе на территории и современного Ульчского района, в ста верстах от места впадения Амура в море, были обнаружены несколько каменных островерхих башен. "Тесаные камни", как позже выяснили русские ученые, обозначали границы государства Нургань, образованного на месте разгромленной монголами Золотой империи чжурчжэней, построивших на тырских скалах, впрочем, вскоре разрушенный Храм вечного спокойствия…

Границы Цинской империи не северо-востоке не получили официального административного оформления. Они не были зафиксированы хотя бы линией постов и караулов. Только в 1678 г. цины начали административное оформление своих северо-восточных владений путем создания линий пограничных укреплений, получивших название "Ивовый палисад".

Сплошная линия, построенная из частокола (ивовых кольев), земляных валов, каменных и деревянных сооружений, протянулась почти на девятьсот километров. Но от Ивового палисада до Амура было еще почти тысячу километров…

29 июля

В 6 часов утра прибыли в Николаевск-на-Амуре.

И едва не влетели в рыболовную сеть, поставленную прямо на фарватере.

Пассажирский причал Николаевска-на-Амуре, где мы ошвартовались, покрыт дощатым настилом. Бревенчатое основание от гнилости присело в воду. По козырьку летнего павильона сохранилась срединная часть названия порта - "ЕВСК-НА". Пассажирские суда стоят с другой стороны гавани.

Невельской нигде не упоминает, в чью честь он назвал основанный им Николаевский пост. Одной из версий названия поста Николаевским говорит то обстоятельство что среди моряков, как военных так и торговых, был очень почитаем святой Николай Чудотворец.

Но о Николаевске, думается, я расскажу в отдельном материале…

А так - заправили баки пресной водой. Курсанты купили продукты. Все отметили отменный вкус хлеба…

Местные мальчишки наладились ловить с яхты рыбу. Время от времени они купаются под срубами причала. На пассажирском причале местная тусовка. Гуляют молодые девчата. Кафе-шашлычка под деревьями. Волейбольная площадка, на которой курсанты затевают игру, увлекая окружающих. Девушка-подросток взбирается на палубу не без помощи молодых людей. Вижу, как меняется ее поведение и настроение - от веселости и простоватости к сосредоточенности и внутренней красоте… Взгляд глубоких глаз на нетронутом косметикой лице устремлен сквозь портовые сооружения, заводские заборы на текущую воду. Наверное, так глядела Ассоль из знаменитого романа-феерии Александра Грина "Алые паруса"…

30 июля

5:30 утра. Сегодня мы идем в залив Счастья к месту старта Амурской экспедиции. Катер наняли в Николаевске-на-Амуре. В передней части небольшой кубрик с двумя лавками и кучей спасательных жилетов. В числе тех, кто отправился в этот день на Петровскую косу: члены экипажа "Командора Беринга" - Владимир Федорович Гаманов, Валерий Андреевич Янченко - научный сотрудник, Андрей Владимирович Голенищев - научный сотрудник, Сергей Владимирович Заика - фотограф, и мы с Леонидом Константиновичем - всего шесть человек.

Амур неспокоен. Катер то и дело встряхивает на волнах. Всюду мели. Мутная вода несет водоросли в лиман. Их легко можно намотать на винт. Снизили ход. В начале девятого влезли на мель и заглушили мотор.

- Дальше глубина должна подрасти, - успокаивает наш местный проводник Дмитрий, проталкивая катер вперед.

Один за другим на пути встречаются заездки на сваях с вывешенными на них сетями для лова лосося... По курсу на волнах качается "казанка". В ней два человека в дождевиках.

- Атасники, - говорит Дмитрий. - Здесь калугу ловят. Увидят катер рыбинспекции, тут же своим сообщают. Однажды они же спасли инспектора, когда катер вдруг стал тонуть. После деревни Озерпах сухопутные дороги заканчиваются. Люди оттуда все съехали, как и с Пронге..

Идем близко к левому берегу. Былкин мыс. Гиляцкие деревни Чарбах, Ремиф... Навстречу прошла моторка с тремя рыбаками. На берегу под острыми стрелами жесткой осоки в полукилометре от места встречи брошенная калуга. Она светится белым брюхом и хорошо видна с фарватера.

- Скинули при нашем приближении. Пройдем, вернутся - подберут.

Проходим мыс Табах и выходим в лиман - первые сто километров позади. Солнце непрерывно катится с востока. Становится тепло. Брызги, поднимаясь по бортам лодки, загораются в его острых лучах. Свежий, тугой ветер хозяйничает над лиманом. Существует вероятность встретиться на пути с ледяными полями, их видели несколько дней назад рыбаки в районе Шантарских островов.

В половине девятого утра проходим живописный остров с названием "Коврижка". Слева впереди калуга делает "свечу", вылетая над кипящей водой почти вертикально.

- Молодежь до 40 килограммов, - констатирует Дмитрий, крепко удерживая штурвал.

На прибрежных сопках пара улиц - деревня Пуир. Жители заняты рыбным промыслом… Вешками обозначены места для моторок.

- Деревня "Караул". Кого недуг прихватит - труба. Вертолет только в хорошую погоду летает… Телефонная связь постоянно пропадает из-за частого отключения электроэнергии…

Дмитрий собирается приобрести здесь водку, чтобы затем обменять на топливо.

- Ходить на Байду без водки - плохая примета. Водку всегда обменяешь на топливо, рыбу, икру…

На острове Байдукова (Байда) Дмитрий надеется заправиться топливом.

К берегу подойти невозможно, волна раскачивает "казанку" как щепку. Он вытряхивает газовые баллончики из болотных сапог, надевает их и лезет на берег - я снимаю кроссовки и лезу вслед за ним, стремительно преодолевая прибойную полосу. В воде в трех-пяти метрах от берега установлена водомерная рейка.

Метеостанция - ее обслуживают два человека. Наседка в ящике в сенях - по бокам копошатся цыплята. Две добродушные собаки. Хозяин из местных аборигенов. Когда-то здесь находилось стойбище, а после рыбозавод. Можно увидеть коричневый от ржавчины остов парового котла, судя по набойке, попавшего сюда по лендлизу из Соединенных Штатов…

Вылазка заняла двадцать минут. Завершив переговоры, вновь идем по открытой воде. Путь лежит вдоль острова, который в настоящее время носит имя Валерия Чкалова. В свое время легендарный летчик здесь на небольшом острове Удд в условиях шторма, дождя, обледенения (в слепую) сделал вынужденную посадку. Ему пришлось вместе с экипажем чинить не только самолет, но рубить полосу длиной 500 метров, чтобы взлететь и продолжить путь.

Памятник чкаловскому экипажу едва виден в густом тумане. Шестиметровая белая стела выполнена в форме крыла с барельефами членов экипажа (Чкалов, Байдуков, Беляков) с макетом самолета АНЕТ-25 вверху.

Последние годы постоянное население на острове отсутствует. Пока же на острове обосновались океанологи, специалисты по морским млекопитающим, которые отлавливают белух и поставляют их в аквапарки всего мира.

Белуха - морское млекопитающее семейства дельфиновых. В длину достигает 6 метров при весе до 2000 килограммов. Животные своеобразные. Американцы, работающие на шельфе, называют их "морские канарейки", потому что животные могут издавать множество звуков - свистеть, визжать, щебетать, реветь. Кроме того, во время общения используют язык тела - шлепают по воде своими хвостовыми плавниками. Во время "разговоров" у белух проявляются и кое-какие признаки мимики…

Нерпы тут и там поедают лосося. Чайки прокалывают воду, поднимая рыбную мелочь. Белоплечий орлан при нашем приближении поднялся с песчаного берега и растворился в тумане в глубине острова. Лодки, упакованные сетями, едва видны в белом молоке, раскачиваются у берега. Они увешаны по бортам поплавками для большей устойчивости.

Становится холодно…

В 10:25 показалась Петровская коса. Швартуемся к борту плавучего цеха по переработке рыбы. Взбираюсь наверх и прохожу его насквозь. Идет подготовка пойманной горбуши к заморозке. Люди с азиатским лицами, толпясь, укладывают в металлические лотки серебрянку. Они в фартуках и резиновых сапогах. От дизеля, обеспечивающего работу холодильника, исходит сильный шум.

На берегу раскинуты сети - идет их укладка на большие деревянные лодки. На вопрос к местным рыбакам, где находится памятник Невельскому, они машут руками, указывая дальше на север. Вновь перебираюсь на борт катера и сообщаю результаты вылазки.

Через четверть часа на берегу залива Счастья, на заросшей кедровым стлаником Петровской косе, увидели необычный, напоминающий судовой кнехт, памятник.

Петровское зимовье - первое российское поселение у берегов Амура на Петровской косе в заливе Счастья. 29 июня 1850 г. в присутствии всех жителей залива Г.И.Невельской и Д.И.Орлов заложили "первое русское селение в преддверии Амура. Наконец камень краеугольный на востоке положен. Во имя угодника этого дня и в память Великого Петра я назвал его Петровским" (из письма Невельского М.С.Корсакову).

На обращенной к заливу Счастья стороне памятника на металлической доске выгравирован текст:

"Здесь 20 июня 1850 года

капитан

Геннадий Иванович Невельской

основал первое зимовье

Амурской экспедиции,

назвав его Петровским.

В нем жили участники экспедиции,

жена Невельского - Екатерина Ивановна

и дочь Катя"

Скромный барельеф Невельского украшает восточную часть памятника, а с северной стороны, обращенной к морю, памятник обрамляет металлическая плита с барельефом транспорта "Байкал" и перечнем фамилий наиболее активных участников Амурской экспедиции (Бошняк Н.К., Бачманов А.В., Берзин А.П., Воронин А.И., Гаврилов П.Ф. и др.).

Строительство памятника началось 21 августа 1972 года, его помогали сооружать бригада рабочих Николаевского СУ-23 и отделение военных моряков Тихоокеанского флота. Бетонный монолит памятника весит около 50 тонн. Его фундамент врыт в землю до слоя мерзлоты.

Г.И.Невельской умел набирать в свою команду людей неравнодушных, неординарных, единомышленников, на которых он всегда мог положиться, и в то же время талантливых от природы. Почти все офицеры Амурской экспедиции достигли высоких чинов и оставили после себя заметный след не только как исследователи Дальнего Востока, но и в дальнейшей работе как администраторы, литераторы, общественные деятели и мореплаватели.

Когда офицеры оказывались вместе в штабе экспедиции - в Петровском, Невельской проводил офицерскую учебу. Большинство офицеров Амурской экспедиции за исключением Н.К.Бошняка и Н.М.Чихачева, не имело образования в объеме Морского корпуса. Поэтому Невельской считал своим долгом пополнять знания своих подчиненных. Так, например, в 1852 году он экзаменовал Д.И. Орлова, А.И. Воронина, А.И.Петрова и Г.Д. Разградского по плоской и сферической тригонометрии, описи берега, и производству промера, навигационным инструментам, счислению, астрономическим определениями, вычислению широт и долгот, определению склонения компаса, корабельной архитектуре, погрузке корабля, черчению карт и планов.

С берега в стланике примерно в 200 метрах от берега залива Счастья виден православный крест. Отправляюсь туда и вскоре достигаю цели. Это предполагаемое место первого русского кладбища на Амуре. Крест установили в 1996 году в канун дня рождения города Николаевска-на-Амуре.

У основания креста установлена металлическая доска со следующим текстом:

"Здесь на Петровской косе

находилось первое в низовьях Амура

Российское православное кладбище,

где были захоронены члены

Амурской экспедиции,

жители первого у берегов Амура

российского поселения "Петровское"

(1850-1854 г.). Среди них

дочь начальника экспедиции

Катя Невельская.

Спите спокойно,

Россияне - первооткрыватели

и первые поселенцы,

жизни свои отдавшие освоению

земли Дальневосточной!

Мир Вашему праху.

Благодарные потомки

помнят о Вас!"

Вокруг бетонного постамента скупые северные цветы и лисьи норы.

Мои спутники устанавливают новый памятный знак - деревянный щит высотой два метра, крепкий, свинченный из лиственничных досок с мраморной доской с изображением Г.И. Невельского в адмиральских эполетах и надписью:

"Невельскому

Геннадию Ивановичу,

Исследователю и патриоту в год

200-летия со дня рождения

От коллектива преподавателей и студентов

Морского государственного университета

имени Г.И.Невельского,

г. Владивосток

2013 г."

Принимаю в общем деле посильное участие. На установку памятного знака уходит около часа. Маленький костерок жует валежину, греется чай…

Троекратное "ура" на берегу залива Счастья завершает церемонию.

Хозяйка залива Счастья - Екатерина Невельская, осталась в памяти всех сподвижников Невельского.

Два года назад мне довелось побывать в Иркутске, где 16 июля 2008 г. на стене Крестовоздвиженского храма (место венчания Г.И. Невельского и Е.И. Ельчаниновой) была установлена мемориальная доска: "В этом храме 16 апреля 1851 года после возвращения из Амурской экспедиции был повенчан с уроженкой г. Иркутска Е.И.Ельчаниновой выдающийся русский исследователь Дальнего Востока, будущий адмирал Российского Императорского флота Геннадий Иванович Невельской".

Академик А.П.Окладников писал: "Любящая жена, верный друг знаменитого мореплавателя и исследователя Дальнего Востока адмирала Геннадия Ивановича Невельского, скромная, молодая и обаятельная Екатерина Ивановна Невельская прожила безвыездно в Приамурье пять долгих лет, родила здесь троих детей, из которых первенца - старшую девочку похоронила на песчаной косе. Она была лучом света в Амурской экспедиции; она растопила лед недоверия в сердцах местных жителей и стала им доброй советчицей; она вынесла все тяготы и преодолела все трудности, выпавшие на долю сподвижников Г.И.Невельского, и рано ушла из жизни, успев совершить, однако, свой последний подвиг - издать книгу мужа о подвигах русских морских офицеров на Дальнем Востоке".

В 18:15 прибываем в Николаевск-на-Амуре, через пять часов после выхода с Петровской косы.

К вечеру попытка выйти из гавани и заправить топливные баки в одной из близлежащих бухт, оказалась неудачной. При сильном ветре "Отрада" влетела на мель...

Курсанты на "резинке" (надувной резиной лодке) по крупной волне завели якорь, чтобы, подрабатывая двигателем, яхта могла слезть с мели.

Они едва успевают подняться на борт, как в канат влетела моторка, идущая вниз по Амуру, и стащила яхту с мели. Лодочник чертыхнулся и, скинув путы, убрался восвояси.

Теперь якорь надо было быстро поднять, чтобы начать маневрировать. Но якорь не поддается общим усилиям, по-видимому, зацепившись за обломки когда-то затонувшего здесь судна - металла хватает во всех гаванях Дальнего Востока.

- Режьте канат… - командует Лысенко, - и привяжите спасжилет…

- Я думаю, что надо… - пытается сказать что-то один из курсантов.

- Надо слушать, а не думать, - тут же оборвал его капитан, требуя неукоснительного выполнения команд.

Александр Зиновьев между тем навязывает оранжевый спасжилет к веревке и выше него обрезает канат. После этого яхта вернулась к причалу. Через полчаса Петр Журавлев с двумя курсантами вновь пошли лодкой к якорю, чтобы достать его. Спасжилета они не нашли, его могло сорвать течением, вместе с ним пропала надежда отыскать якорь. Дальше пойдем с одним. Ребята с трудом выгребали к берегу и, несмотря на небольшое расстояние, сильно устали…

Леонид Константинович внимательно следит за действиями курсантов.

- На флоте демократии нет. Удача и благополучие корабля в руках капитана. С другой стороны, как обнаружить способности молодых людей, как не в таких ситуациях?

Воздух накалился. Жарко. На границе лимана и реки стоят огромные косяки лосося…

Весь берег вблизи села в рыбе. Рыба тухнет.

Такое уже бывало.

- Теплая вода, массовый мор, все берега завалены… Запах гниения стоял всюду… Мы даже день города отменили…

Мы же оккупируем местный магазинчик. Курсанты скупают имеющиеся запасы мороженого.

Амурский лиман
Амурский лиман

1 августа

Яхта "Командор Беринг" ушла в Приморье. "Отрада", как и было запланировано, обойдет остров Сахалин кругом.

По рекомендации Александра Довженко - председателя Приморской краевой федерации парусного спорта вновь направляемся к месту заправки. Из берега бухточки, в полумиле от гавани, где стоят цистерны с дизтопливом, торчат куски металла. Все пропитано запахом топлива.

- Носом на собачью будку держи, - командует капитан. Собак много и они дружно лают.

С лодки заводим конец, используя выброску. Это легкий трос с привязанным на конце мешочком с песком, который служит для подачи швартовов.

Щит предупреждает о соблюдении техники безопасности - "Не курить". К полудню ложимся на курс и идем вниз по течению…

Старший помощник Артур Хальзов на "Метеоре" отправится в Хабаровск, а оттуда поездом в Приморье.

На "Метеоре" прибыл новый член экипажа - Петр Журавлев. Он тут же осматривает двигатель. Живет во Владивостоке. 28 лет. Окончил техникум радиоаппаратостроения. Имеет свой маленький швертбот, на котором он ходит в море.

10:15. Килевая (продольная) качка. Ветер полощет привязанное к леерам белье:

- Убрать одежду с бортов. В люди идем… - следует команда капитана. - Поднять флаги!

Ветер встречный. Яхту встряхивает как автомобиль на плохой грунтовой дороге. Вновь надо встраиваться в ритм движущейся воды, где тебе верные слуги - мачты паруса, двигатель, навигационное оборудование…

11:20. Амур будто пытается вогнать нас обратно, внутрь себя, вернуть в Николаевск…

16:30. Мыс Пронге. А еще через два часа поворот на север... Подняли паруса.

На обед рассольник. В ход идут огурцы бабушки Алексея Карасева. Сухогруз "Москва" делится прогнозом погоды. На ближайшие два дня она благоприятна, и надеемся, что она не помешает нам сходу обойти на Сахалин по часовой стрелке

Во время всего похода курсанты развлекаются музыкой, используя портативную аппаратуру (те же сотовые телефоны) и играют в карты (не географические).

До Ноглик по расчетам пять дней непрерывного плавания по проливу затем Охотским морем вокруг северной оконечности Сахалина - мыса Елизаветы.

Над Амурским лиманом, раскинувшимся на тысячи квадратных миль, гроза.

- Было такое, что за несколько дней кроме грозы и ливня ничего не запомнилось, - вспоминает капитан.

2 августа

Сахалинский залив. Он располагается между северной частью острова Сахалин и берегом материка. Позади Амурский лиман. В берег Сахалинского залива глубоко вдается залив Байкал. Это название ему дал сам Геннадий Иванович Невельской в память о своем судне. За ним следуют заливы Помрь и Северный.

Именно в Сахалинском заливе берут начало фарватеры Амурского залива - Сахалинский и Невельского, а также фарватер Восточного прохода. Вода бурая до темно-зеленого цвета.

Движению яхты помогает течение.

Сумерки быстро сгущаются. В час ночи входим в Охотское море, где нас встречает шторм.

3 августа

Над нами бесконечная вселенная. Черный купол неба усыпан звездами, а "Млечный путь такой яркий, будто его перед праздником помыли и потерли снегом"… (кажется, это из рассказа А.П.Чехова "Ванька Жуков").

Подсветка компаса мерцает в темноте. Погода недружелюбна. Волны до пяти метров. Измерительных приборов нет, поэтому определение ведется визуально…

Пляшет под ногами палуба, но страха нет - один азарт. Сигнальный фонарь на верхушке мачты выписывает у самых звезд траекторию, похожую на огромный скрипичный ключ, открывающий нотный стан…

Гремят паруса, плещется у бортов вода. Шевелятся предметы: посуда, инструменты, продукты в рундуках, шахматы в коробке. Сохнущая одежда будто маятник, шурша, одним большим комом мотается по стене кают-компании. Скрипят переборки еще и еще, то затихая, то вдруг вздрагивая всеми своими суставами, вытягивая вверх мачты и паруса. У каждого предмета свой голос…

Настораживают лишь новые звуки. Будто фальшивые ноты в сложившейся и привычной партитуре. Они могут предупредить об опасности.

Время от времени приходится утихомиривать двери в каютах, туалетной комнате, в шкафчиках, которые стучат громко и невпопад.

Передвижение внутри корабля во время шторма затруднено. Все части тела работают, пытаясь закрепиться среди прочных конструкций судна. Плечом, спиной, коленом, локтями и кистями рук и носками ног, используя трап, несущие опоры, мачты, проемы дверей, чтобы не упасть, не скатиться, добраться куда нужно.

На навигаторе траектория движения яхты - две линии, на восток и обратно, почти сливаются друг с другом.

Разбушевавшееся море не пропускает яхту на юг. Ветер и течение, вызванное им, прут на нас…

- Все, пошел бороться с течением, - говорит Леонид Константинович, взбираясь по трапу.

В руке фонарь, которым он в темноте освещает паруса, чтобы при необходимости определить их работоспособность.

- Мореходы про такой шторм говорят - "высасывает волю"…

Леонид Константинович сообщает дежурному координаты нашего местонахождения: 54°29' северной широты и 143°03' восточной долготы, и о том что возможна задержка нашего прибытия в Ноглики. Идем со скоростью пешехода - 3 узла.

Приготовил горячий завтрак. Колдовал над плитой-качалкой, упершись спиной в переборку, за которой безмолвствует двигатель - топливо надо беречь. Сковороду с яичницой привязываю проволокой к плите…

Работают паруса. Стаксель частично разорван, и его надо чинить при первой возможности. В ход идет Фишер - маленький носовой платочек (по терминологии капитана). Разные комбинации парусов дают разный эффект.

16:00. Меняем галс и идем к острову. Скорость 5,5 узла. 18:30 - продолжаем идти к острову. Удается. Одна вахта сменяет другую. Обучение не прекращаются.

- Яхта лезет на юг, а ты ее удерживаешь! - поправляя курс, говорит Леонид Константинович одному из курсантов. - Даже в самый крутой шторм главное не мешать яхте и держать подальше от берега, для безопасности, и она сама вас вывезет…

Курсанты спят в одежде, сняв лишь мокрую, стылую робу. Яхта демонстрирует высокую устойчивость. Вместе с тем погода не становится лучше. К часу дня ветер также силен - не менее шести баллов. Он валяет яхту, будто опытный атлет новичка на татами. Справа - север, слева - юг. От него нас отделяет стенка из ветра и нагонных волн. Ветер и море сильнее человека.

- Не все в моих силах, - навалившись на штурманский столик, будто извиняясь, - говорит капитан. - На север - на Охотск или на Магадан, при таком ветре мы бы рысью шли…

Двадцать миль, пройденных на юг за прошедшие сутки, сдаем безоговорочно природной стихии и гоним яхту обратно.

"Нет, кажется, на свете более совершенных средств для исправления нетерпеливых людей как плавание на парусных судах", - считал Г.И.Невельской.

20:30. Выглядываю на верхнюю палубу. Алексей Карасев надежно держит штурвал. Сжимаю руку в кулак: кричу сквозь ветер: "Держись". Алексей в ответ показывает сложенные кольцом большой и указательный пальцы и улыбается.

Им нравится бороться со стихией, испытывать себя. Они молоды и сильны.

Ночью навалился туман. Будто ледяная глыба, прикоснешься - обдает холодом. Запах мороза в начале августа. Изморозь на пластике кормового люка…

4 августа

Утро вновь встречаем у мыса Елизаветы, маяк хорошо виден. Вода темная, морская. По мере того как нас все больше прикрывает мыс от юго-восточного ветра, высокие волны укладываются распрямляются, падает напряжение. Предвкушение отдыха и некоторая досада, что не удалось, не получилось пройти запланированным маршрутом…

В 15:30 встаем на якорь в северном заливе. Солнце разбрасывает по акватории клочья тумана.

Попытка рыбачить неудачна. Долго искали, что может стать наживой. Ничего другого не пришло в голову как куски консервированного сала из военного пайка.

Готовлю рыбный суп из консервированной сайры и компот. Курсанты как обычно моют посуду и чистят картошку.

Сухогруз "Багратион" сообщает о приближении циклона с материка. Леонид Константинович принимает решение сняться с якоря. Курсанты надевают резиновые сапоги, натягивают непромокаемую одежду.

В 19:30 вновь атакуем Охотское море...

На штурманском столе от качки шевелятся карты, ползают лоции.

Ночь застает меня в кают-компании. В какой-то момент мне кажется, что я сижу дома у телевизора и неотрывно смотрю бесконечный сериал… Синее море, бежевый остров, черная линия - курс корабля, и планки с числами, которые медленно меняются, фиксируя пройденное яхтой расстояние…

Замечаю, что я испытываю наркотическое влечение постоянно контролировать свое местоположение и знать ответы на вечные вопросы - где мы и куда идем, и не я один…

5 августа

Возвращаемся к мысу Елизаветы. "Проколоть стену" - по образному выражению Леонида Константиновича, снова так и не удалось. За ночь все устали. Идти вперед в непогоду большой труд и большая неопределенность. В свете дня видны пласты поднимающейся вокруг воды.

Будем отстаиваться. Не тут-то было. В Сахалинском заливе шторм. Пока мы боролись с юго-восточным ветром в Охотском море, вдоль западного побережья на Северный Сахалин пришел циклон с материка. Мы, похоже, заткнуты с двух сторон.

- Одна кухня, - констатирует капитан, принимая как что-то неизбежное складывающиеся обстоятельства. - Будем дрейфовать от мыса Елизаветы до мыса Марии.

Мне уже кажется, что мыс Елизаветы я смогу нарисовать по памяти, закрыв глаза, что, кстати, делали члены Амурской экспедиции, нанося на карты берега Великого океана.

Вы видели когда-нибудь звезды в шторм?

- Чайки смеются... - проронил, разглядывая птиц, Леонид Константинович. Его задевает то, что приходится поворачивать, уступать стихии.

В 15:30 встаем на якорь напротив Ныврово у северной оконечности Сахалинского залива. Яхту раскачивает на волнах. Сломан клюз, через который пропущен якорный канат.

Рядом два судна. Один из них рефрижератор. Оно донельзя ржавое издали вполне напоминает кучу безжизненного металла. Но нет - человек на борту. Махнул рукой:

- Привет!

- Привет - машу в ответ.

Жив курилка.

На сейнер-холодильник лодкой с высокими бортами и навесным мотором свозят пойманную у берега рыбу. Экономическая карта Сахалина утыкана рыбацкими станами…

6 августа

К утру все стихает. В 8:00 обычная связь с оперативным дежурным МГУ. Тот отслеживает, как проходит поход крейсерских яхт.

Курсанты улыбаются солнечному дню. Пожалуй, он самый безмятежный из тех, что нам предстоит пережить у берегов Сахалина. Совершенно неожиданно метров в двухстах от судна из моря появилась косатка и также внезапно исчезла с поверхности моря. Виден был длинный выходящий из воды корпус, полутораметровый черного цвета плавник и кипящий бурун.

Это было так быстро, что не успеваю схватить ее камерой даже не прицеливаясь, наугад…

А за мысом Елизаветы болтанка. Ветровой дрейф, разгонная волна - я продолжаю осваивать словарь морских терминов, чтобы обозначить то, что происходит с яхтой и ее экипажем…

Готовлю молочную кашу и оладьи на растительном масле. Море в заливе было спокойным.

Подготовка еды дело непростое. Нужны знания, умения и… характер.

- Многие не хотят и не умеют это делать. - Смеется Лысенко. - В 1973 году один из наших рыбу нажарил на стиральном порошке… Ходили на Беринга. Хлеб кончился. Макароны размачивали водой, делали лепешки. В рационе рыба, сгущенка, крупы. Сгущенку разводили ключевой водой. Тем и питались. Федор (Конюхов) научил готовить "цыплятину" - охотились на бакланов…

7 августа

Морское утро. Южный ветер притих, затаился. Туман над морем. Видна лишь рубка корабля с огнями на мачте. Будто таинственный "Летучий голландец"...

Ночью курсанты наблюдали свечение на воде, которое производят микроорганизмы (ночесветки и ракушковые рачки). Свет светло-голубой или синеватый с фиолетовым оттенком.

Выходим на Ноглики. До поселка 150 миль. Скорость 5,5-6 морских узлов.

Птицы с красными клювами - топорки дают дёру при приближении яхты. Буруны, производимые птицами, будто наконечники стрел.

- Волны становятся меньше…. - констатирую я.

- Тише… - обрывает меня Леонид Константинович. - Как бы не сглазить…

Суеверия на море не на последнем месте.

8 августа

Северо-Сахалинские горы Сопки в несколько этажей. Три брата синие вершины. Берег пустынный. Пару книжечек Бориса Акунина - "Турецкий гамбит", "Смерть на брудершафт" перелистывает на палубе ветер….

9:00. Серое море как свинец в иллюминаторе. 10:00 - мыс Лебединый, полоса дождя. 12:30 - дождь продолжает идти. До места назначения сорок миль. Петр Журавлев глушит двигатель и проводит техобслуживание. Идем на парусах.

Палуба становится влажной и темной от воды.

Сидим на "завалинке" и ведем разговор о выпускниках Морского университета.

- Мы их готовим, а куда они идут… Свой флот продали. По инерции учим с надеждой, что все улучшится. Выпускные экзамены, только начались, уже посредники идут из Германии, Греции - наши же выпускники. Там наши востребованы. Немцы, или те же греки уже на флот не идут - качает. Наши идут. Перекупают наших яхтсменов. Наши оппоненты на соревнованиях наши же воспитанники…

13:00 - дождь прекратился. Переместился к северу. Из-за густого тумана, едва видны мачты и парус.

16:00 - включен радар. Видимость пятьдесят метров.

Процесс познания ихтиофауны Охотского моря продолжается. Один из курсантов спрашивает:

- А нерпы - это птицы?

Каждый человек походит к осознанию происходящего в природе с лекалом, вырезанным современной системой образования и оно не всегда подходящее.

9 августа

Пятница. Два часа ночи. Капитан на палубе вместе с вахтой. Пар изо рта. Жуткий туман и холод. Ставлю на газ чайник - на три кружки, чтобы быстрее вскипел. Леонид Константинович греет руки, держа кружку с кофе, а затем прижимает чайник к себе, вбирая остатки тепла. Время, когда возрастает ценность доброго слова, кружки чая, воды, теплого хлеба…

Алексей вновь поражен вирусом творчества. Он внизу на штурманском месте следит за данными навигатора. Между собой и Егором (он за штурвалом) протягивает шнур вверх по трапу и дальше в кокпит - для "внутренней связи". Если что-то нужно, можно дернуть за конец шнура, подать сигнал. Егор привязывает его к ноге - вдруг спать захочется в обнимку со штурвалом…

6:00. Широта 51°37'. Берега едва различимы в тумане. Сюда, покинув 30 мая 1849 г. Авачинскую бухту и пойдя 4-м Курильским проливом, 12 июня приблизился транспорт "Байкал" и, следуя карте Крузенштерна, начал производить опись берега, двигаясь на север..

9:00. В Тымь не войти. Река обмелела за сорок лет… Наносные косы преграждают путь. До портпунтка Кайган шесть миль.

Наконец-то течение с севера вдоль побережья, обозначенное на картах, проявило себя. Оно помогает яхте, подталкивает, облегчает движение. Туман, будто манная каша - белый, густой.

Леонид Константинович связывается с капитаном порта. На рейде несколько судов, которые ждут разрешения на вход в фарватер. Их не видно в тумане - только на радаре. Паруса набиты туманом, растворяются в них. Будто заблудившийся огромный белый медведь привалился боком к сахалинскому берегу…

Капельки влаги повисли на шкотах и вантах.

10:30. Фарватер незнаком, бары, мели - они могут меняться даже в течение суток.

- Хорошо бы пойти за кем-то, встав под корму…

Вняв нашим радиопризывам, в море выходит судно "Мозел", которое забирает нас от первого входного буя и ведет по фарватеру к причалу.

Идем через проемы в песчаных косах, через которые напролом в залив идет лосось. В десяти метрах от яхты выныривают и таращат глаза нерпы.

Бетонный причал. Курсанты быстро завершают швартовку. Нас встречает Александр Михайлович Мартыненко - начальник береговой базы морского терминала "Набиль" морского порта "Москальво". Леонид Константинович решает с ним вопросы заправки топливом, пресной водой, свежей рыбы.

- Завтра будет баня, и вы сможете помыться, - говорит он, показывая в сторону невысоких строений на берегу, среди металлических цистерн для хранения топлива.

Александр Михайлович выделяет машину, на которой мы можем проехать в Ноглики и запастись продуктами.

До Ноглик 25 километров (из них 9 километров крепко сложенной грунтовки до поворота на Катангли), переходящих в шоссе с серым выбитым асфальтом, уложенным еще при советской власти.

- Пристегиваться надо? - спрашиваем водителя.

- А… тайга, - (надо понимать "не обязательно…").

Конец рабочей недели - вторая половина дня. И все же нам удается предупредить мэра о своем приезде. Леонид Константинович показывает Виктору Андреевичу Середе фотографии установки памятного знака Невельскому в Ногликах в 1973 году.

Вход в Набильский залив
Вход в Набильский залив

11 августа

Воскресенье. У причала стоят два парома "Байкал". В отличие от нас, они располагаются на коммерческих условиях. Везут рабочих специалистов на буровую платформу. Раньше их доставляли вертолетом, при этом компании обучали навыкам спасения из упавшего вертолета. Теперь необходимость в малой авиации и оправданная жесткость в профессиональной подготовке на этом маршруте отпала.

Алексей Карасев заполняет судовой журнал. Он делает это каждое утро.

Под боком брошенной ржавой баржи топорщатся плавники горбуши. Ворочаю кастрюли. На ужин жареная кета.

Наблюдения помогают обнаружить предпочтения, связанные с приемом еды. Петр Журавлев, например, любит острую пищу - на чашку борща он добавляет не менее полстакана майонеза, а кашу перемешивает с острым томатным соусом. Егор не выходит из-за стола без добавки…

Вновь выезжаем в поселок, чтобы сегодня непременно завершить все подготовительные работы на памятнике Невельскому. Обсуждаем порядок проведения церемонии. Нам помогают в этом режиссер районного Центра досуга Лилия Юрьевна Вологдина и ведущий методист Ирина Петровна Юнусова.

12 августа

Ночью прошел дождь. Туман - хоть воду выжимай. Готовимся к церемонии установки мемориальной доски в городском парке. Курсанты достают парадную форму. Я счищаю с подбородка бороду.

- Хотел домой привезти, - глядя на Леонида Константиновича, говорю я. В памяти фотографии бородатых путешественников. Борода как часть имиджа…

Снова дождь. С крыши районного Центра досуга скатывается потоки воды. Они тянутся от земли к карнизам, будто шкоты, удерживающие парус. Торжественная часть пройдет внутри центра. Была идея натянуть над памятником парус, чтобы укрыться от дождя…

Вновь, как и вчера во время примерки, извлекли из верблюжьего одеяла, перемотанного скотчем, мемориальную доску, в котором она хранилась в рундуке капитанской каюты в течение всего пути от Владивостока.

Автором идеи стал Леонид Константинович Лысенко, а мемориальной доски - Алексей Карасев.

На митинге выступили мэр МО "Городской округ Ногликский", наш капитан, я и курсант А.Зиновьев. Виктор Андреевич Середа рассказал о значении открытий Невельского для сахалинцев . Затем он дарит всем нам книги о Ногликах. Небольшие статьи посвящены Г.И.Невельскому и К.Н.Бошняку.

Леонид Константинович остановился на истории установки памятника в Ногликах.

- Меня радует, что мы сахалинцы не разучились быть гостеприимными, - говорю я в своем выступлении, поблагодарив вслед за Леонидом Константиновичем за теплый прием.

- Для меня необычен ваш климат, люди тепло одеваются… - Рассказал Зиновьев о своих впечатлениях. - Когда я спросил местного жителя: "Почему вы так тепло одеваетесь? У вас всегда так холодно?", он мне ответил: "Да … мы все время в фуфайках - летом в расстегнутых, зимой в застегнутых…".

На церемонии женщина пожилого возраста неожиданно спрашивает, не родственник ли я Невельскому?

- Нет, не родственник, - отвечаю я, и она с едва заметным разочарованием уходит…

13 августа

В половине восьмого покинули портопункт Кайган. Вода "стоит" - состояние между приливом и отливом. Скоро появится течение.

- Оптичился, - говорит Леонид Константинович, укладывая спутниковый телефон с сетчатый мешочек (настроение хорошее). Необычное слово означает не что иное как "поставил галочку об исполнении мероприятия".

Проводниками в узком фарватере, соединяющем залив с Охотским морем, стали рыбаки. С рассветом четыре лодки выходят осматривать расставленные по побережью сети с лососем. Они запрашивают дежурного порта на выход. Мы присоединяемся к разговору и просим рыбаков провести нас по фарватеру.

- На лодках навигационные приборы. Не всем они нужны. Знаю рыбаков, которые пятками рыбу чувствуют…

Прогнозы погоды, которыми мы располагали, были самыми противоречивыми. Стоянка может растянуться на неопределенное время.

Капитан принимает решение выйти в море. Сразу за косой нас встретил свежий ветер и густой туман. Волна плеснула на палубу и пролилась в люк…

Ситуация меняется. Разговор превращается в команды - лаконичные сухие. "Все работы прекратить - на штурвал"...

Лицо Леонида Константиновича возбужденное, радостное. Он в пути, он в своей стихии. В море лодки расходятся. "Спасибо и промысловой удачи!", - кричит капитан рыбакам лодки, все ещё контролирующей наше передвижение.

17:00. Южный ветер все время дует в лицо. Он мешает быстрому передвижению. Скорость не более 3 узлов - это скорость пешехода. До мыса Терпения 140 миль. Если скорость не удастся повысить, остров Тюлений мы пройдем не раньше, чем через двое суток.

14 августа

Прогноз на три дня неблагоприятный. С утра задул юго-восточный ветер. Море превратилось в кипящий котел. Идем навстречу юго-западному циклону. Вода заплескивает на палубу, и мы вновь задраиваем люки.

Напор ветра возрастает с каждым часом, а вместе с ним и эмоциональное напряжение. Яхта неустанно роет волны. Раз за разом принимаем душ из морской воды. То и дело судно встряхивает шквальный ветер. Шум такой, будто это подходящий к станции метро электропоезд.

В какой-то момент идем лежа на боку. Кости и нервы комом. Те самые естественные силы природы, испытывают на прочность наши физические, интеллектуальные и душевные силы.

Капитан принимает решение увеличить состав вахты с двух до трех человек, а время вахты до шести часов (08:00-14:00, 14:00-20:00, 20:00-02:00, 02:00-08:00)

Шли весь день и всю ночь галсами, преодолевая встречный ветер. Картплотер непрерывно рисует на экране зигзаги, фиксируя напряжение дня.

Смена парусов - это общая работа, когда одной вахты мало, нужны все руки, все силы. Судно взлетает высоко вверх, где носится из стороны в сторону желтая луна - жестянка - не обрезаться бы. Звезды всюду - сверху, снизу, по бокам…

- Это моя погода, - говорит Егор, с восторгом наблюдая, как яхта врезается в высокие волны.

Егор из Хабаровска. Занимался боксом в СК ДВО и имеет звание кандидат в мастера спорта РФ. Готовил яхту к походу вместе с Алексеем Карасевым.

Вижу, как он колотит туман кулаками (у боксеров это называется "бой с тенью")… Ему нравятся и море, и стоянки, и штормы. Собирается на третьем курсе перейти на военную кафедру и стать моряком. Здорово заниматься делом, которое тебе нравится - по себе знаю.

В непогоду на палубе нужна большая осторожность. Для передвижения экипаж используют предохранительные пояса. Они взяты для похода с учебного парусного судна "Надежда". На поясах надписи, сделанные шариковыми ручками их прежними обладателями: "Спаси и сохрани", "Ты моя надежда", "Со мной мой ангел", "У бога под крылом"… Для закрепления на палубе служат карабины и проложенные вдоль бортов леера…

- А-а-а… - кричит Егор, старясь перекричать шум стихии. Так кричат люди, прыгая с парашютом или стоя на самом верху высокой-высокой горы…

- Ты чего кричишь? - поднявшись по трапу, громко спрашивает Леонид Константинович. - Если на корабле кто-то кричит - значит, произошло что-то серьезное - для корабля, для экипажа, а ты просто так кричишь…

На камбузе остро пахнет репчатым луком. В кастрюле плещется суп из морской капусты.

Поднимаю на палубу кружки с чаем и вареньем. Прежде чем опустошить кружки, курсанты держат их обеими руками, чтобы немного согреться. Петр Журавлев включает насос для откачки воды. Невидимыми ходами она проникает внутрь судна, стекает по мачте крупными каплями… Гудок идущего на север большого корабля - мы не одни в бушующем море...

15 августа

Морское бездорожье. Все одинаково: и волны, и туман, и серебряный диск, в центре которого наш корабль под куполом неба тужится изо всех сил, чтобы достичь своей цели.

Пролетела над водой птица и скрылась из виду, слившись с красками моря.

За ночь удалось пройти 15 миль. Идет мелкий дождь. 7-10 градусов тепла.

В 8:00 смена вахты. Ночью опрокинулась коробка с печеньем. Ребята вытаскивали его из кроссовок, поднимали с пола, отбирая пригодное для употребления.

Плащи и куртки, вывешенные под трапом, почти не сохнут. Идем в десяти милях от берега.

Килевая качка. Солнце будто юнга взлетает вверх по шкотам и снова стремительно спускается вниз. Раньше шторм у меня ассоциировался с ненастьем, сумраком, тяжелыми, черными облаками… Теперь я знаю, что он может быть солнечным, блестящим, если хотите, блистательным, когда виден каждый блик и каждый изгиб на поверхности моря.

10:00. Мыс Беллинсгаузена. Шторм утих. Включили двигатель. Он создает ощущение печи в доме, тепла… Море серое как асфальт. Галсы все короче. На поворотах слегка потряхивает, но это остается практически незаметным.

К полудню мы вновь ложимся на курс. С нами по рации связывается стоящее под берегом судно и просит отойти в море. Похоже, тут в медвежьем углу выставлены рыболовные сети, в которые мы можем попасть, как это случилось с военным батискафом, потерпевшим бедствие у берегов Камчатки в августе 2005 г. Подводники, просидев взаперти несколько дней, надев для тепла скафандры и сбившись в кучу, благополучно дождались, пока их извлекут на поверхность английские, американские и русские моряки. Специальная комиссия долго выясняла все обстоятельства дела, а ее члены недоумевали, как мог оказаться в запретной зоне рыболовный трал, из которого вырезали субмарину. Сахалинцы оказались более предупредительны, чем камчадалы…

На завтрак молочка - гречневая каша с сухим, разведенным в кипятке молоком. Передышка в погоде несет за собой перемены в настроении. Весь день не вылезаю из кубрика, который я про себя назвал "литературным кабинетом".

Записываю, что увидел, что кажется важным. Отыскиваю необычные слова для необычных событий. Пока плохо поддаются морские термины. Определяю круг исторических материалов, которые нужно изучить. Фотографии, путевые заметки, интервью - необходимо немало труда, чтобы сложить имеющуюся информацию в связную историю, назвать все своими именами, оживить память о людях, чьими трудами прирастала Россия, сделать это нескучно, неодинаково с тем, что уже написано, чтобы запомнилось...

Бумага отсырела, писать почти невозможно. Ручка продавливает бумагу, но следов не остается.

Пока же "сочиняю" оладьи, готовя их одновременно на двух сковородах. Курсанты наскоро съедают приготовленную еду, сидя плечом к плечу. После вахты одно желание - спать, сколько можно, сколько получится…

К вечеру становится холодно. Морось набивается в каждый угол яхты, в каждую складку одежды.

Промок хлеб, расползается в руках...

16 августа

В 4:00 утра выматываем винт из соскользнувшего с палубы шкота.

6:00. Пятидесятая параллель. По ней проходила граница между Советским Союзом с Японией (1905-1945). Здесь же на берегу Охотского моря стоял один из четырех пограничных знаков. Отсюда начинаются Восточно-Сахалинские горы. Бывший поселок Пограничное. Белое пятно брошенной казармы. Свет над рыбацкими станами - теплый, согревающий...

Нефтеперерабатывающий заводик "Петросах" - на рейде две нефтеналивные баржи, принайтованные друг к другу. Над надстройками курится дым - экипажи заняты приготовлением завтрака. В эфире молчание. Вероятно, рации выключены.

Хотя и медленно, прошли мыс Терпения - пустынный, безлюдный берег.

На штурманской карте остров Тюлений очерчен окружностью диаметром 30 миль. Это заповедная зона. Для посещения туристов недоступен. Остров приобрел известность благодаря котикам. Нас они и сопровождают - группами и в одиночку - не испытывая боязни. Ворочают головами, чтобы разглядеть нас получше. Они похожи на маленьких коричневых плюшевых медведей, затеявших опасное плавание в открытом море…

17 августа

Лососевый рассвет… Серый с красными пятнами света, линиями и чертами легких облаков. Где-то в тумане притаился камень Сивучий. Отодвигаемся в море, чтобы ненароком не задеть его. Болтанка прекратилась, ветер стих…

С парохода "Седанка", а затем с "Комсомольца" нас предупреждают, что с юго-востока надвигается пара новых циклонов и что нам "надо прятаться" (в заливе Мордвинова или портопункте Поронайска), что один из них вот-вот "начнет работать".

Будто сводкам с передовой внимаем каждому слову.

Предстоит трудный день. Паруса повисли, выхлопнув, будто выдохнув воздух. Якорь спустили в носовой трюм.

- Как там едем? - спрашиваю я.

- Ползем… Сахалин не хочет, чтобы вокруг него катались… - проронил Петр Журавлев.

- Выпрями топинант и он потянет как конь… - звучит распоряжение капитана

Леонид Константинович занят размышлениями. Затем призывает меня, чтобы рассказать свой план.

Портов и естественных укрытий, где мы можем переждать непогоду, нет. Взморье - ковш обмелел и засорен, вход в него запрещен всем плавсредствам. В залив Мордвинова нам не успеть. Мы встретимся с циклоном лоб в лоб на пути к нему. По спутниковой связи связались с Поронайском. Начальник порта Поронайска Александр Сергеевич Платонов советует пройти к Владимирово и там принайтоваться к плавбазе, стоящей на приемке рыбы, и готов содействовать в переговорах с рыбаками.

- Нас просто размажет по борту плавбазы при таком ветре. Кроме того, если нам не удастся причалить с первого раза, то мы будем ограничены для маневра берегом…

Еще раз уточняем свои возможности с капитаном порта. Они на самом деле невелики. На рейде судов, к которым мы можем принайтоваться, нет. Во Владимирово мы придем ночью на самом пике циклона. В Макарове тоже нет условий для швартовки, отсутствуют портовые сооружения для приема судов. В устье реки Макаровки проходят лишь кавасаки с осадкой до 1 метра.

Залив Терпения при юго-восточном ветре и продолжающемся его усилении, по сути, превратился для нас в ловушку. Ветром парусник вынесет в вершину залива, где предстоит опасное лавирование вблизи берега. Капитан принимает единственно возможное при сложившихся обстоятельствах решение - штормовать в открытом море. Он прекращает движение внутрь залива, несмотря на то, что "Отрада" успела по ветру пробежать как хорошая гончая лошадь не менее двадцати миль.

- Будем брать каждую милю. Из них складывается время нашего пути…

- В 1963 году мне приходилось бывать в Поронайске, - рассказывает Леонид Константинович. - Я тогда был матросом II класса на пароходе "Синегорск". Стояли на рейде. Мы брали бумагу, изготовленную на целлюлозно-бумажном комбинате Поронайска. Тогда Владивосток и Поронайск были побратимами. Делегация представителей приморского города приезжала на корабль, а экипаж сходил на берег…

Циклон встретили в заливе Терпения около четырех часов дня. Удивительное зрелище - при ясном небе могучие волны и крепкий ветер. Море, напоминающее глубоко вспаханное поле. Рыжий сивуч высоко выставился из воды - будто межевой столб. Вода тягучая как смола. Кажется, что ее можно нарезать кускам и складывать один на другой, размечая свой путь, до тех пор, пока она не превратится в бесполезный пустынный каток…

- Не залив Терпения, а "Чертова пасть"…

Развивая яхтинг на Сахалине, надо крепко подумать об обустройстве портов и навигационном обеспечении.

Ветер 14-16 метров в секунду. Беляки всюду - будто выпал белый снег.

Шквальный ветер сопровождается гулкими удами о борта судна и охапками воды. Экипаж снова надел предохранительные пояса. Штормовали до сумерек и всю следующую ночь. Слышу, как Леонид Константинович разговаривает с парусом:

- Давай, родной…

Он рассчитывает, и мы вместе с ним, что завтра ветер стихнет, волны улягутся, и нам удастся прорваться на юг под берега Тонино-Анивского полуострова.

В заливе Терпения
В заливе Терпения

18 августа

Наступил пятый день, как мы вышли из Набильского залива. На огромных вселенских качелях раскачиваются яркие звезды. Небо, натыкаясь на мачты, черпаком Большой Медведицы будто стучит по голове рулевого, а сзади над его плечами-эполетами поднимаются могучие волны…

8:00. День ясный, но это пока. Вероятно мы где-то в центре зреющей, набирающей силенок непогоды.

От носа яхты к острову вспыхнула и погасла радуга. Бусинки влаги на шкотах - каждая ворсинка будто серебряная.

Связь с университетом по спутниковому телефону - там волнуются. Леонид Константинович сообщает координаты местонахождения яхты, состояние экипажа:

- Все здоровы…

В полдень на траверзе поселка Восточный влетели в третий циклон, который сформировался где-то около Байкала.

Вновь надо мною пляшет палуба… Вновь кожей чувствую громадную энергию моря. "Отраду" снова облапил встречный ветер, ни пригнуться, ни проскользнуть…

- Фатальное невезение, - назвал складывающуюся ситуацию Лысенко.

Кончилась картошка. Одна большая картофелина сохранилась чудом. Она скатилась со стола и закатилась под завалинку, откуда утром торжественно и была извлечена.

Сегодня она будет съедена с остатками капусты и консервированным мясом. Туда же летит фасоль. Она не успевает свариться и хрустит на зубах.

- Суп пикантный, - обозначает Леонид Константинович свои вкусовые ощущения…

Непогода задержала нас в пути, и все нужно считать - сухую одежду, воду, продукты, топливо... Шторм продолжается весь день. Тем не менее, со второй половины дня море стало понемногу пропускать нас, то ли сочувствуя нам, то ли подчиняясь воле капитана, упрямо ведущего судно какими-то одному ему понятными воздушными тоннелями.

Под аккомпанемент посуды наступает еще одна тревожная ночь. Впечатление такое, будто на вас наезжает… дом, потом другой. Вы же перелезаете с крыши на крышу, боясь заглянуть в черную бездну…

- Ну и силища, - восхищенно говорит кто-то из курсантов. Уныния не наблюдается.

Пролился сильный ливень - радар будто залили чернилами. Продвижение минимальное.

Леонид Константинович рассказывает:

- На радаре серый сгусток. Пароход прямо перед нами. Не выдержал: "Куда прешь?", - кричу по рации в пустоту. Корабль безмолвствует. До катастрофы какие-то секунды. Вот-вот навалится с востока. Увернуться не успеваем - силенок маловато. Оказывается, это была только лишь грозовая туча…

В кокпите Петр Журавлев, стоя за штурвалом, воспитывает Сергея Назарова, который вслух долго и вдохновенно мечтает о дальних странах:

- Ты, беззаботное будущее. Садись - вези, и будут тебе и пальмы и горячий песок.

Смена вахты. В кокпите просохшие от живого тепла сиденья… Пропускаем циклон через себя. Это невероятно трудно. Если мы до этого лезли среди домов и домишек, то теперь мы скачем по крышам небоскребов. Яхта ведет себя отлично, показывая хорошие ходовые качества, несмотря на то, что ей уже тридцать лет.

Между тем стало заметно теплее, чем это было на севере. Природа будто подает знаки перемены к лучшему...

Впрочем, не в первый раз. Николай Васильевич Буссе, назначенный Невельским начальником вновь образованного Муравьевского поста, и прибывший вместе с ним на корабле "Николай" 19 сентября 1853 года на Сахалин, писал в своем дневнике: "Переход наш с Петровского до м. Анива был очень неудачен. Противные ветры дули почти все время перехода. Спустившись южнее м. Терпения, мы почувствовали большую перемену в температуре. Сделалось гораздо теплее, туманы прекратились. Мыс Терпения может, кажется, считаться южной оконечностью сурового Охотского моря…"

Закончилась питьевая вода. Набираем в самую большую кастрюлю техническую воду, ставим отстаиваться, используя обеззараживающие таблетки.

Курсанты разливают домашний компот, и березовый сок по пластиковым бутылкам, - всем поровну. Кроме того, на каждого по пол-литра минеральной воды.

19 августа

Три прошедших дня - как три юлы. Это в детстве дни длинны, недели - огромны, месяцы - бесконечны…

В наручных часах на минутной стрелке повисла большая прозрачная капля воды, которую она возит по циферблату…

Между тем на картплотере появились новые географические объекты. Залив Мордвинова открыт в 1805 году участниками Первой русской кругосветной экспедиции 1803-1806 г. на шлюпе "Надежда" под командованием капитан-лейтенанта И.Ф.Крузенштерна. Назван в честь видного русского государственного и общественного деятеля, адмирала Николая Семеновича Мордвинова (1754-1845), во многом способствовавшего организации экспедиции.

Мыс Свободный… Русское название мысу было дано в конце 1947 года по поселку Свободное Охотского сельсовета Корсаковского района по предложению жителей данного населенного пункта, переселившихся из города Свободный Амурской области.

К рассвету ветер скис. Болтанка, наконец, пошла на убыль. Идем на парусах. Слегка потряхивает, но это не идет ни в какое сравнение с тем, что было до сих пор.

Настроение бодрое. Саша Зиновьев поет вполголоса. Слышны простые, добрые шутки. Свободные от вахты члены экипажа лезут на палубу…

Курсанты затевают стирку, поднимая на палубу морскую воду пластиковыми ведрами. На север рысью пошли два военных корабля. На юго-востоке над морем стоит столб дыма, и туда, пересекая курс, идет спасательное судно. Кому-то нужна срочная помощь…

С судна передают прогноз на ближайшие два дня. До Корсакова погода благоприятная.

К середине дня удалось выйти на оптимальный курс, увеличить скорость передвижения.

20 августа

Ночью обогнули скалистый мыс Анива и вошли в пролив Лаперуза. Белый пронзительный свет маяка предупреждает об опасности близкого соседства с островом.

21 августа

В полдень совершили визит в администрацию Корсакова. Леонид Константинович решает вопрос о заправке яхты "Отрада" топливом и водой.

Затем едем к месту расположения Муравьевского поста, давшего начала городу Корсакову. Съезжаем с трассы в районе окружной дороги и, следуя вдоль пятиэтажного жилого дома, утыкаемся в основание холма, откуда к мемориальному комплексу ведет "козья тропа".

Провожатая беспокоится, что здесь на нас могут напасть бродячие собаки и просит держаться всех вместе. Место открытое, проросло густой травой. С него хорошо просматривается акватория бухты, кладбище разбитых кораблей, окружная автомобильная дорога… Памятник же представляет собою подкову, установленную на бетонном основании, которую венчает православный крест.

Внутрь нее в верхней части вставлена плита с вырезанной на металле надписью:

Памятник истории Сахалинской области

Место основания

Муравьёвского поста,

давшего начало

г. Корсакову.

Охраняется гражданами

и государством

Здесь же схематический рисунок поста - стены с бойницами в виде четырехугольника, соединявшие между собой казарму, пекарню, пакгауз, офицерский флигель, с угловой башней с орудиями на ней и флагштоком. С другой стороны, обращенной к морю выдержка из приказа Г.Невельского:

Я нижеподписавшийся -

Начальник этого края

22 сентября 1853 года

В главном пункте острова Сахалина

Томари - Анива

И поставил российский

Муравьевский пост…

Геннадий Невельской

Смелости, мужеству, патриотизму россиян

Благодарные потомки

2003 год

Возвращаемся той же дорогой, озираясь по сторонам. В планах администрации городского округа строительство подъездной дороги к мемориалу, восстановление разбитых вандалами вазонов.

В 14:00 часов мы возложили цветы к открытому в этом году памятнику Г.И.Невельскому в Комсомольском сквере в центре города.

Профессор - на то он и профессор - Лысенко замечает, что надпись на памятнике содержит неточности:

- Геннадий Иванович Невельской при всех своих заслугах никогда не водил флоты, то есть не был "флотоводцем". Он был капитаном военного транспорта "Байкал", руководителем Амурской экспедиции…

В свою очередь директор филиала МГУ Невельского - высшего мореходного училища им. Т.Б.Гуженко (Холмск) Сергей Леонардович Богданов с горечью замечает, что на церемонии открытия памятника курсанты МГУ имени Невельского не были и узнали о ней только после того, как она состоялась - из средств массовой информации.

Обедаем в кафе-столовой Корсаковского морского порта.

- Какие ваши планы на будущее? - спрашиваю я Леонида Константиновича.

- Замысел обойти на яхте вдоль побережья Тихого океана и на этом завершить перечень своих дальних плаваний. Двадцать стран, самый большой океан на планете, на географическом карте которого множество мест напоминают о давнем российском присутствии, связанных в том числе с деятельностью Российско-Американской компании. Экспедиционные исследования включат мониторинг состояния океана, которые собираются выполнить мои коллеги. В выпусках журнала "Тихоокеанский курьер" каждая из стран посещения будет представлена. Это может быть широкомасштабное мероприятие. Может получиться новая книга…

Вот и конец длинной дороге. Позади путь длиной более 1000 морских миль. "Мы открываем мир, чтобы идущие за нами вновь открывали его…"

Жму руку своим бесстрашным спутникам.

- Попутного ветра вам мореходы-товарищи, семь футов под килем…

Завтра "Отраде" предстоит продолжить свой путь.

Петр Пасюков.

P.S.

26 августа яхта "Отрада" благополучно прибыла в порт Владивостока.

Р.Р.S.

В Южно-Сахалинске (в конце осени) будет установлен памятник Г.Невельскому в честь 200-летия со дня его рождения. Трехметровый монумент знаменитого мореплавателя обоснуется у перекрестка проспектов Мира и Коммунистического - рядом с институтом экономики и востоковедения Сахалинского государственного университета.

Учитывая внимание сахалинского сообщества к личности Геннадия Ивановича Невельского - русского офицера, адмирала, исследователя Дальнего Востока, почему бы не переименовать Коммунистический проспект в проспект Геннадия Ивановича Невельского? Ведь те же хабаровчане вернули улице Карла Маркса ее первоначальное название - Н.Н.Муравьева-Амурского.

И, может быть, стоит подумать о региональной программе развитии портов Сахалина? После Шахтерска пристать малотоннажным судам негде. На восточном побережье по сути портов, ковшей-убежищ вообще нет. О круизном туризме в данной географической области можно только мечтать. Малым судам ходить Охотским морем при нынешнем состоянии портов не только затруднительно, но и опасно так же, как и во времена первопроходцев.

Подписаться на новости
Читать 6 комментариев на forum.sakh.com