Вопросы стратегии

В двух минувших публикациях мы вспомнили о двух стратегиях развития области — от 2005 и 2008 годов.

Однако, как выяснилось, ни одна из них не удовлетворила региональную власть. И не только региональную. И в марте 2011 года была утверждена новая "Стратегия социально-экономического развития области", но уже на период до 2025 года. Горизонт планирования был увеличен в связи с тем, что была принята стратегия социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона как раз на этот период. Пришлось соответствовать.

Новая стратегия стала суше и прагматичнее. Из нее были выведены, например, такие понятия, как "миссии". В 2008 году, напомним, эта миссия формулировалась так: "Сахалинская область — новая модель региональной российской жизнестратегии, обеспечивающая конкурентоспособность России в АТР".

Стало ясно, что с новой моделью ничего не получается. Во всяком случае, она требовала "поистине революционных решений. За короткий временной период предстоит вывести оторванный от материка, сейсмоопасный островной регион с суровым климатом, в лидеры по экономическому развитию и качеству жизни на Дальнем Востоке и в стране в целом, осуществить "сахалинский прорыв".

Революционный "Сахалинский прорыв" было решено отложить на будущее, а к 2025 году решить только лишь "геополитическую задачу закрепления населения на территории области за счет формирования развитой экономики и комфортной среды обитания человека, а также достижения среднероссийского уровня социально-экономического развития".

Были учтены уроки мирового экономического кризиса, и уменьшены некоторые прогнозные показатели.

Например, если валовый региональный продукт в 2015 году из 2008 виделся в размере 713,6 миллиарда рублей, то по стратегии 2011 в размере уже 694,9 миллиарда.

Правда, прогнозы оказались осторожными. Экономика (в рублевом секторе) развивалась все-таки более быстрыми темпами, и уже в 2014 году ВРП составил 792,7 миллиарда, а в этом году он подойдет к 900 миллиардам.

Еще одна особенность стратегии 2011 в том, что большая часть ее конкретики была выведена в областные долгосрочные отраслевые программы, а с прошлого года — в областные госпрограммы.

И тем не менее, общие моменты были названы. Основные задачи определялись как — "наиболее полное использование конкурентного преимущества экономики региона, природно-ресурсного и транзитного потенциала территории, устойчивое наращивание экспорта продукции и модернизацию транспортной инфраструктуры".

В частности, для развития транспортной инфраструктуры предусматривается реализация таких проектов, как:

Важным проектом для развития энергетического комплекса всего региона является строительство топливно-энергетического комплекса на западном побережье Сахалина.

Как видим, идея по созданию данного комплекса по прежнему является определяющей, хотя многие компоненты этого комплекса со временем все снимаются и снимаются. Железная дорога отложена на неопределенное время, снят с повестки дня крупный угольный порт у мыса Изыльметьева, завод по производству газохимический завод сначала трансформировался в завод СПГ, но и здесь по последним данным: "Роснефть рассматривает возможность переноса месторасположения завода СПГ на Сахалине из-за проблем с доступом к трубе, передает ТАСС со ссылкой на компанию.

— Учитывая нежелание "Сахалин Энерджи" предоставить доступ третьим лицам к

существующему газопроводу, "Роснефть" совместно с партнерами по проекту "Сахалин-1" действительно рассматривает возможность реализации проекта Дальневосточный СПГ на другой площадке, — сообщил представитель компании".

А другая площадка может быть, например, в Де-Кастри, где у "Сахалина-1" отлаженная транспортная инфраструктура и логистика.

То есть комплекс не получился, из него осталась только СахГРЭС-2, вокруг которой кипят сейчас страсти.

Лично автор неоднократно высказывался по этому поводу, но беда в том, что проект вошел в такую стадию, что новую электростанцию либо построят в Ильинском, либо не будут строить вообще...

Нет, конечно, речь шла не только об экономике: "Сохранение и рост численности населения Сахалинской области, ее трудового потенциала, замедление оттока молодежи за пределы области, масштабные инвестиции в человеческий капитал, создание социальной инфраструктуры и условий, обеспечивающих достойную жизнь, свободное развитие человека, раскрытие и реализацию его творческого потенциала, формирование конкурентоспособного человеческого капитала, комфортного и безопасного проживания на островах, повышение качества жизни, приоритетное, опережающее развитие отраслей социальной сферы должны стать главными направлениями развития области на долгосрочную перспективу.

Необходима протекционистская, социально ориентированная региональная политика, результаты которой станут мерилом эффективности работы всех ветвей государственной и муниципальной власти области".

Какое-то показатели здесь были достигнуты, какие-то нет. Сейчас главный вопрос  — что будет дальше.

Ситуация с СахГРЭС-2 наглядно свидетельствует о важности стратегических выборов как таковых... Как сказал министр экономического развития области Сергей Карпенко на недавней on-line конференции: "Достаточно очевидно, что наиболее корректно на этот вопрос должен отвечать новый руководитель региона. Я могу высказать два предположения. Очевидно, что корректировка стратегии будет, так как новый руководитель иначе расставляет приоритеты. Например: ранее предполагалось, что капремонт многоквартирных домов растянется до 2025 г. и дальше. Сегодня ставится задача сделать ремонт за 5 лет. С учетом уменьшения взносов за капремонт с 9,7 до 6,0 руб. — потребуется изменение бюджетных приоритетов. Если же говорить о стратегических приоритетах, то они неизменны".

И, тем не менее, приоритеты будут расставляться по разному. С первых же дней новый глава региона выдвинул лозунг "благоустроенный двор важнее глобального проекта". И, судя по дальнейшим его действиям, основные бюджетные инвестиции будут идти именно в этом направлении, то есть в повышение качества (по крайней, мере видимого) жизни.

Как заявил сам Олег Кожемяко в недавнем интервью "Российской газете":

"Новая программа по развитию Сахалина, безусловно, должна опираться на действующую. Нужно подправить, заложить какие-то новые концептуальные вещи, и она будет работать эффективно. Дел много. Это и продолжение работы по горнолыжному отдыху. Для Дальнего Востока это наиболее яркий проект. В городе сел на фуникулер, и через 15 минут уже катаешься на горных лыжах — нигде нет таких условий, а в Южно-Сахалинске есть.

На это направление не жалко вкладывать деньги, оно будет работать сотни лет и сотни лет будет притягивать к себе людей с разных регионов России и зарубежья. Вместе с этим будет развиваться и город. Сейчас с мэром Южно-Сахалинска отрабатываем большие программы по изменению облика города, по созданию бренда областного центра. Работы очень много по всем муниципальным образованиям. В Невельске весьма эффективный мэр, который любит свой город, много делает для него. И мы готовы ему помогать".

Ресурсы для этого у области в принципе есть.

В целом по стране: "Как сообщил министр финансов А.Силуанов, за 2014 году долги регионов выросли на 20% и достигли 2 трлн рублей. Причем 828 млрд руб. взяты в коммерческих банках под крупные проценты. У 40% регионов долг превышает половину годового дохода...

Где сложнее всего? В целом 75 регионов тратят больше, чем собирают. При этом в 47 субъектах Федерации долги превысили половину доходов. Хуже всего на Чукотке, у которой после отставки Р. Абрамовича долг достиг 125% дохода. В Смоленской, Костромской областях, Мордовии долги — более 100% сборов бюджета. В Карелии, Удмуртии, Белгородской, Вологодской, Астраханской, Пензенской, Саратовской, Амурской областях долг превысил 80% годового дохода... В результате на всю страну осталось только полдюжины богатых регионов, которые неплохо сводят концы с концами. Это столицы, немноголюдные нефтяные севера, Тюмень, Сахалин..."

Но при этом не стоило бы забывать и предупреждение, прозвучавшее в Стратегии от 2008 года:

"Реализуемый в настоящее время сценарий экономического развития Сахалинской области обеспечивается, главным образом, за счет перераспределения природной ренты. Он ограничен как во времени (около 30 лет), так и в социальном пространстве, поскольку, несмотря на общий рост доходов населения, вырос также и разрыв между доходами различных групп населения. Но главное ограничение — отсутствие каких-либо значимых социально-экономических изменений в жизни части общества, не участвующей непосредственно в нефтегазовых проектах. Следовательно, по окончанию запасов природного сырья, ситуация вернется назад, в "донефтегазовую" эпоху, и вопрос об источниках доходов для региона будет не просто не решен, но, скорее всего, неразрешим".