25 июня 2019 Вторник, 08:32 SAKH
16+

Мыс Анива в апреле

Туризм, Weekly, Южно-Сахалинск

Кто на Аниве не бывал, тот Сахалина не видал! Не скажу за север острова (там свои красоты), а на юге Анива — самое "вкусное" место, так думаю. Можно сравнить с мысом Крильон.

Да, Крильон интереснее в историческом плане, он любопытен человеку, который увлечён прошлым острова. Я называю его "Мыс четырёх империй".

Зато и минус у Крильона большой: до самого мыса идёт дорога. Более того — там живут люди. Там стоит банальная серийная пятиэтажка! Получается так: приходит на Крильон восторженный пешеход-романтик, давно мечтал он бросить камешек в пролив Лаперуза — а с балкона тётя лениво смотрит на него: "Опять кто-то припёрся…" И романтику каюк.

На Аниве людей нет. Дорог нет, маршрут спортивный. Летом бродячий народ бывает чаще — а в остальные месяцы можно хоть неделю бродить в этом безлюдье и целиком отключиться от встреч с себе подобными.

Первыми на мыс в современной истории сходили мои друзья в 1982 году.

***

Дорога туда до бывшей погранзаставы "Южная". Можно и дальше проехать на обычной машине — до первого водопада. От заставы до мыса около 30 километров пешком. В основном песчаный и галечный пляж, идти можно.

Но! Около десяти километров придётся оползать скалистые мысы и прыгать по валунам. Нелёгкий путь. Береговые скалы, как высокие башни, с них падают камни. Внезапные оползни шириной в 150 метров. (Таких не видел, но верю Ольге ("Сах.ком", ник Инвикта) . Можно огрести люлей конкретных, если вдруг шторм + прилив, летом. А зимой "волна НКВД" расстреляет вас перед стенкой.

26 апреля. День первый

Вдвоём с Николаем выезжаем из Южного в 16 часов, через час мы в Нечаевке (дачный посёлок за Корсаковым). Вот усадьба Алексея, вот и он, рыжая борода — белая рубаха. В накомарнике, колдует над ульем.

(Не буду много писать про Лёху-мудреца. Места не хватит, много писать надо. Лет 10 его знаю, знаю его трансформации-превращения-изменения. В Нечаевке запустили слух, что он старовер и приехал сюда из Боливии. Я знаю, что это не так — и одновременно понимаю, что слух близок к истине).

Пересаживаемся в его машину с прицепом (там квадроцикл). В Новиково оставляем машину у фермера. Садимся на квадро, ещё 15 км — и мы на заставе "Южная". Алексей выключает мотор, на нас обрушивается ТИШИНА.

Ни единого человека вокруг. Штиль без волны, море, как озеро. Скалистый берег уходит на юг, мы заворожённо смотрим в дальние синие дали.

Завтра пойдём туда. Торжественно и молча стоим.

Посёлок Сатто

Нынче трудно представить, что в этой пустыне кипела жизнь. Тут жили люди, дым от угля их домов застилал воздух долины, кавасачки рыбаков уходили за горизонт. Пыхтел маленький паровозик, по грунтовым дорогам лошадки тащили грузовые повозки и люди пешком торопились на работу.

Нынче ни людей, ни домов, и только линии в бамбуке отмечают пунктиром заброшенные дороги посёлка Сатто. Точнее так: "Японское селение Сатто на юге Омаянбецкой волости Оттомаринского района". Это я нашёл в сахалинском архиве. Больше ничего нет или плохо искал. В 1947 году непонятное и чужое слово "Сатто" было заменено на посёлок Южное.

Севернее посёлка на склоне горы стоял синтоисткий храм, его тории. Известно, что в советскую эпоху уничтожение японского наследия шло волнами, затухая и возобновляясь. Пограничники получили приказ. С храмом расправились быстро, а вот тории из природного камня не поддавались. Проблему решили так: развели под ними огромный костёр, и когда камень нагрелся — полили водой. Обломки и сейчас лежат на горе.

Алексей увлекается поисковой работой, раньше бывал здесь.

 — Где мы стоим, здесь были дома деревянные, здесь жили. А дальше на юг, за озером, там промзона была, туда ходили работать. Консервный завод стоял, на ручье в горах до сих пор плотины из бетона, не свалил их тайфун Филлис в 1981 году. В кустах-бамбуках разные механизмы валяются, колёсные пары — значит, узкоколейка была. Дальше на юг, на высоком берегу бетонные фундаменты в траве. Метеостанция вроде… Мы сюда часто приезжали, всё здесь излазили.

Нынче в посёлке всё деревянное сгнило-сгорело, остались камень бывшей советской заставы (плохо сохранился) и бетон домов японских маячников (очень хорошо сохранился). Они приезжали сюда зимовать с маяка мыса Анива, когда там из-за льдов заканчивалась навигация.

Это я так думаю. А Алексей сомневается: слишком много бетонных коттеджей для малочисленных служителей маяка. Он полагает, что здесь вместе с маячниками жили военные. Поисковики нашли место, где у них было утреннее построение.

Может и так… Ведь после войны русские обнаружили, что самое комфортное жильё в районе деревянного Южно-Сахалинска находится в Соколе. Там примерно в таких же бетонных домах жили лётчики, элита имперских войск. Маячники, кстати, тоже были элитой, жили с прислугой.

Нынче от их посёлка жилым остался один коттедж. Снаружи не изменился, а внутри всё 10 раз переделано за долгие послевоенные годы, стоит русская печка. Кто только не жил в нём! Пограничники с приборами наблюдения за морем; рыбаки-колхозники ставных неводов; аквалангисты, добытчики ежа и трепанга, археологи и экологи, браконьеры, бомжи …

Почти все мои друзья-походники проходили мимо или ночевали в этом доме. Одинокий кот неведомо как прожил здесь целую зиму и ранней весной со страстью и "со слезами на глазах" полез обниматься-целоваться к Зверобою и Крысу. Они были здесь первыми людьми в 2009 году. Открыли коту рыбную консерву, стал жадно есть, бедняжка голодный.

Хорошо, когда нет волны и белых барашков. Море как на ладони, всё видно.

 — Смотрите, сивучи! — восклицает Алексей. В светлом море тёмные спины крупных морских животных, плывут на юг. Стадо голов в 50. В монокуляр видно, что плывут как-то странно, перевёртываются. (А завтра в этом месте всплывёт высокий плавник одинокой касатки).

Налюбовались просторами, наслушались тишины. Растопили печь, ужин — и спать по лавкам.

***

Ночью вышел во двор по нужде, заодно проведал пенёк, на котором рубили дрова. С вечера положил на него куриное крылышко, чтобы проверить, есть тут кто живой?

Крылышка не было. "Это стол духов Сатто" — мелькнула мысль в голове. Озираюсь, оглядываюсь. Везде что-то прячется. От шеи вниз по позвоночнику течёт холодок страха.

Мёртвый свет Луны (как лампа-светодиод "холодный свет"), кто-то съел подношение, чёрные пещеры бетонных зданий, их разбитые ворота, как страшные рты без зубов… Я сделал большое усилие, чтобы от "стола духов" дойти до двери шагом. Хотелось бежать.

День второй. Солдат Природы и Энергия Чистоты

Утром Алексей везёт меня на квадрике за первый водопад и возвращается за Николаем. С нетерпением жду, когда на песке перестанут встречаться следы людей и машин. За водопадом их уже нет, я вздохнул с облегчением.

Хорошо, что мы пошли в конце апреля. На майские праздники здесь будет тесно, на мыс пойдут "Адреналин", "Распадок", "Отряд Бальбоа", ещё люди.

Как всякому походному человеку, который вырвался с города, Солдату Природы — мне нужна сплошная, неразорванная энергия. Я скучал по ней, в городе невозможно найти, нет там её. Даже гуляя в пустом парке, ты знаешь, что здесь прошли люди, совсем недавно. Всё порвано, но уже привык, почти не страдаешь.

Интересно, что не разрывает энергию, например, ржавый остов корабля, выброшенный морем, и прочее старое на берегу. Они покрыты патиной времени, их жизни давно соединились с морем и пляжным песком. Хуже со свежим человеческим мусором, выброшенным не человеком, а морем, прибоем. И совсем плохо, в клочки рвёт Энергию Чистоты свежий человеческий след, свежий мусор, чей-то крик, музыка, дым чужого костра.

Поэтому для полной очистки от города обойду сейчас Трёхгранную гору. Уж там-то, в весенних распадках, там наверняка буду первым в этом году, и никем не порванная энергия Природы замкнётся на мне, войдёт, напитает.

Санкоку яма (Трёхгранная гора)

Большинство туристов ходят на мыс Анива строго по берегу, анивскому и охотскому, с заходом на гору Крузенштерна. Не мой метод. Ведь каждая долина здешних ручьёв имеет свою тайну и красоту. Поэтому оставляю рюкзак на берегу (Алексей с Николаем повезут его дальше) и ухожу вверх по ручью Гарь.

Волшебное место, этот распадок. Простор маленькой и ровной долины уютно лёг меж громадами гор. В древности жили здесь люди. Везде круги от жилищ, заплывшие от времени. Маленьких кругов нет, есть большие, а есть — огромные! 15 метров в диаметре! Это сколько людей жило в такой хижине? Явно не одна семья. (Видно, слово "семья" у них означало другое).

Мы мало знаем о них. Скорее всего, это Охотская культура, они жили здесь тысячу и больше лет назад, 6-9 век нашей эры. В урочище Курорт Алексей найдёт осколок их керамики.

Здесь хорошо постоять одному, о жизни быстротечной подумать. Целый городок был у древних, здесь, под вертикальной стеной Трёхгранной горы. У неё тогда было другое название, которое мы уже никогда не узнаем.

Перехожу на географически левый берег ручья и иду на юг, на перевал, который отделяет Санкоку яма от анивского полуострова. Вижу следы копыт, это изюбри. Вот очаг времён Карафуто. Его большие камни тоже вросли в землю, а ведь не очень древний, лет 100 ему.

Никем не копан был, я нашёл его в прошлом году. Рядом на поверхности совершенно открыто лежало японское фарфоровое блюдце, целое. Позже мы опять приехали сюда, час копали вокруг очага и нифига не нашли, только осколки посуды и штук 10 японских пивных бутылок.

Иду выше. Вот стальной провод, белые изоляторы. Похоже, по распадку проходила телеграфная линия связи. Вот перевал, 132 метра. В прошлом году я отсюда полез на вершину горы. Санкоку яма на картах Генштаба обозначена как гора Обзорная. Вот вид с вершины на заставу Южная и под тригапунктом советский бетон с годом установки.

Начинаю спуск на юг в урочище Колхозное по изюбровой тропе. Она по-умному обходит бамбук. (Бамбук не любят ни олени, ни люди, ни медведи. Мне кажется, его никто не любит). Кстати, в этой долине древние почему-то не жили, я не вижу.

Тропа удобным спуском режет юго-восточный склон Обзорной, идти легко и приятно. Вот старый лес. Он без травы, просторный. Красивый и — главное — это новый лес! Самое приятное в путешествиях — это новые, незнакомые места. Старые приедаются или радость от них съедает налёт ностальгии.

Прошло 2 часа экскурсии в тело полуострова. С удовольствием спускаюсь к морю по речке Пионерская. В тихих распадках жизнь словно спряталась, затаилась — а море плещет волной, говорит, не молчит. Оно живое всегда, нам нравится его беспокойный характер. Море больше похоже на человека, чем суша.

***

"Скоро они подъедут, нет?" Смотрю в монокуляр на север, и вижу… Лёха с Колей чертыхаются и свистят мне, тащат по берегу моря мой рюкзак!

Прилив. План был доехать до Белого Камня, но квадрик не смог объехать безымянный мыс. Поэтому дальше на юг только пешком.

Они тоже погуляли немножко в "Долине Древних", ручей Гарь. Алексей до сих пор возбуждён, вздыхает мечтательно:

— Эх, вот где дом надо ставить… И жить… Именно там, где раньше люди жили.

— Согласен. Вон взять Охотское, озеро Седых. На юге Сахалина это самая крупная древняя стоянка, сотни ям от жилищ. В советское время пусто было — нынче дачи везде.

— Летом трава высокая будет, это минус. Завести коз небольшое стадо… Или овец, пусть траву "косят".

— И бамбуковых оленей, как на Хоккайдо! Пусть бамбук лопают, не люблю я его.

Километрах в трёх от берега на север летит на глиссере лодка. Утром она шла на юг.

— Видишь, туристов на маяк Анива возили? Сейчас мимо нас едут, а можно связать "Долину Древних" в один узел с турфирмами. Маяк, до него от Новиково долго им трястись по волнам, да ещё замёрзнут клиенты — а здесь гостевой дом, баня, обед! Можно с ночёвкой с субботы на воскресенье.

— Восстановить хотя бы одно из жилищ. Музей под открытым небом, фишка для туристов. Помню, в Монголии богатые иностранцы с удовольствием в юртах жили.

— Антенный усилитель для устойчивой связи. Плавающий причал.

— На вершине Обзорной связь есть, я звонил оттуда в прошлом году. А причалы есть как подводные лодки. Штормовое предупреждение — и он ложится на дно. На якорях — волна не сдвинет. Нужен сжатый воздух, чтобы поднять. Компрессор по любому в хозяйстве нужен, хотя бы для аквалангистов. Только зимой навигация прекращается, это плохо.

— Зимой на снегоходах сюда, на квадриках по отливу.

— Жаль, здешнее море не замерзает, нет зимней рыбалки.

— Ошибаешься! Я ходил здесь зимой, в бухтах стоит лёд.

— И то правда. Турист не добытчик, ему не нужны мешки отборной корюшки. Наважку поймал — уже радость и удовольствие.

Скрипит галька под ногами, быстро идём. От физического напряжения мысли в голове роятся как мухи.

— Запрудить ручей, разлить озеро. Экологическая тропа по амфитеатру гор, которые окружают долину.

— В озере форелевое хозяйство.

— Лямов 10 надо… Можно с пяти начать… У этого места колоссальные перспективы. Проблема главная — стройматериалы. Доставка.

"Мечты-мечты, о ваша сладость…".

Идеальное путешествие

Алексей ушёл вперёд, иду рядом с Николаем.

"Человек, это социальное животное", поэтому мы вместе с Колей, болтаем. Большинству из нас комфортней путешествовать в группе, коллективом. Но только в одиночку можно оказаться в идеальном путешествии, погрузиться в Природу, стать антропогеном в её ландшафте.

Городской человек не привык оставаться один. Как советский человек в 90-е годы испугался свободы — что с ней делать? — так и городскому неуютно в одиночестве. И только в одном месте ему комфортно побыть одному, о жизни подумать: в туалете. Закрыл дверь, 5 минут на унитазе, достаточно.

***

Коллектив — это неволя, а одиночество — родня свободы.

 — Коля! — ору напарнику, он отстал метров на 20. — Я тут решил, что коллектив — это зло. Покури-отдохни, я один пойду, догонишь меня за тем мысом.

Вот погибший изюбрь, его кости в песчаной воронке. А вот медвежьи следы. Они идут по песку прямо, потом поворачивают налево и уходят за здоровенный камень. Мне его не миновать.

Осторожно подхожу к камню… "А вдруг он там, в засаде?" — мысль в голове. Чувствую, как анальное отверстие начинает сжиматься и каменеть. "Если он за камнем, отверстие сразу разожмётся…".

Иду… иду… Медведя за камнем нет. "Однако! В этих местах лучше в неволе".

— Коля! — ору напарнику. — Ты чего отстал? Пошли быстрее!

Красота, лепота…

Скоро будет мыс Мраморный, начинается пляж Белого Камня. Самый красивый в этих краях, необычный. Тут и там в тёмный песок море вставило белые глыбы. Ювелирно, изящно. Как драгоценные камни в оправу. Морской прибой! Ты лучший в мире дизайнер!

Вот непроход Белого Камня, лезем вверх по верёвке. В белом теле скалы рукотворная дырка. Узкая, в одного человека. Лет 20 назад я лазил туда, она идёт прямо несколько метров, потом поворачивает направо буквой "Г", и сразу тупик.

Что за несчастный долбил эту каменную плоть? Зачем? Тогда я подумал, что дыра для закладки тола, чтобы взорвать непроход. Сейчас Алексей полагает, что это разведочный геологический шурф.

Кстати, на Сахалине нет мрамора. Это мраморизованный известняк. Скульптор Чеботарёв говорил нам, что он не пригоден для поделок. Что с того? Скала Белый Камень самодостаточна и прекрасна, и ей всё равно, как её называют. У русского человека белый цвет связан с вечностью и чистотой.

Сразу за Белым Камнем — табличка (см. первую фотографию), место трагедии. Здесь погибла Надя, 28 лет. Девушка нашей походной тусовки, я знал её чуть, Алексей очень хорошо: вместе работали в "Эксоне". Нынче эта береговая дуга от Белого Камня до мыса Мраморный неофициально для нас — "Берег Надежды".

***

Следы копыт на песке. Это изюбри спустились распадком к морю, погуляли, опять в лес ушли.

Урочище Курорт, и не уставший, моложе нас Алексей пошёл осмотреть это место — а мы с Николаем остались валяться на пляже. Курорт же! Видно, что в устье ручья кипела жизнь. На обрыве под травой культурный слой, карафуто-бутылка блестит, на ручье плотина, а рядом непонятные бетонные квадраты с дырой в середине.

Пришёл Алексей и сказал, что сейчас весной хорошо видна насыпь жд. Узкоколейка шла с этого берега на Охотское море в район реки Чайка.

А этот бетон, добавил он — это печи-основы под японские чаны чугунные. Хорошо видно устье, куда подкладывали дрова. На первый взгляд — пустяк и разруха, на самом деле музейная ценность, в Японии по берегам такое не встретишь.

Вдруг опять у берега сивучи. Да близко! Метров 15-20. Не стадо, а парочка. Такие зверюги здоровенные! Совсем на нерп не похожи, плывут необычно, словно брасом. Как люди, поднимая вверх головы.

Как и то стадо на Южной, тоже на юг плывут. (Позже в Южном Ольга сказала мне, что весной сивучи действительно мигрируют на юг, чтобы обогнуть мыс Анива и уплыть в сторону залива Терпения и на Камчатку).

Ещё видели орланов, лебедей косяк, зайца и лис, рябчиков, стаи птиц в море…Как много всего за два дня!

***

Перед мысом Слюда опять вверх полезли в разведку, я с Алексеем, он впереди. Обрыв крутой, почва влажная, скользкая. Рук не жалею, гребу пальцами землю, телом прижимаюсь к грязному склону. Ползу, как змей. Страшно! Думаю про Алексея, сам себе говорю: "Вова, в следующий раз не ходи за ним. Никогда больше не ходи. За ним."

Залез, но последние метры уже боялся смотреть вниз, проклинал своё легкомыслие и Алексея. "Связался с молодым… Если всегда буду лазить за Лёхой, я точно не умру дома в постели!".

Микроклимат в распадке Слюда был теплее. Зелени больше, чем в "Долине Древних". Набрали на чай листьев смородины. Ещё здесь стояли дубы, покорёженные ветром и временем. Сколько они повидали на своём веку…

Идём дальше, слева от нас знаменитая гора Крузенштерна. Её не видно с берега, Николай пьет из водопада, стекающего с горы. Если не ошибаюсь, этот участок так и зовётся: "Стена Водопадов", их много тут, разных. А в море "подводная лодка" косатка опять показывает нам меч-перископ.

Опять какой-то бетон, за ним в скале рукотворная дырка… Что это? Зачем?

Ещё четыре километра на юг от мыса Слюда. С радостью уставших путников подходим к пустому рыбачьему стану. Конец пути на сегодня!

Стан на месте японского посёлка, везде в прошлогодней траве ровные площадки от бывших домов. Часть площадок смыты штормами. Где стан — под ним лежат круглые камни-волноломы, поэтому он не смыт. Килограммов по 100 камни, больше. Видно, что их таскали с моря вручную, тяжёлый труд.

Разожгли костёр, поужинали. Обнаружили большую библиотеку, и завалились на нары книжки читать. Потом спать. Утром вода в пятилитровой бутыли звенела льдом, ночью был минус, и спали мы на пределе комфорта. Но никто не замёрз, даже Николай в своём шотландском синтепоновом спальнике, ему 20 лет.

День третий

Утром оставили лишние вещи и налегке пошли в радиалку к мысу Анива, отсюда недалеко. Пляжей песчано-галечных мало, идём-прыгаем по валунам. По молодости любил это дело, нынче давно не ребёнок.

Вот последний прижим, за ним…

Маяк!

Можно и дальше попытаться пройти, море спокойное, но… Всё равно не дойдёшь! Не дойти в любую погоду, в любой отлив. Только вплавь или по хребту, если ты альпинист. Это самый большой минус в походе на мыс Анива, чувствуется некая незавершённость.

Впрочем, есть люди, которые опровергали "незавершённость", плыли голыми вдоль берега на мыс и даже переплывали на маяк. Я знаю пару человек, один из них внештатник "Сах.кома" Валентин Соколов.

Ну, а мы возвращаемся, и головы наши запрокинуты вверх: смотрим, где нам залезть на хребет. Алексей выбирает самый ближний к мысу распадок, сухой ручей. Набираем пресной воды на обед, Алекс лезет первым, потом Николай, третий я.

Опять круто, опять весенняя влажная почва, свежа моя память о мысе Слюда… Ещё раз дёрнулся телом вверх, мокрая почва не держит, я съехал… С тоской смотрю, как они опасно лезут вверх. "Нет! Не буду рисковать, нафиг надо!".

Скинул вниз рюкзак, потом сам спустился до пляжа. Ещё раз вверх посмотрел, мысль в голове: "Не видать мне "Стоянку Тис…".

"Стоянка Тис"

Лет 20-25 назад я впервые сходил на мыс Анива с Володей Голубцовым. По подробному клитинскому описанию, он каждый ручей, каждый кекур отметил.

По анивскому берегу дошли мы до конца, до непроходов. Там висел канат, возможно, ещё от пограничников остался. По нему мы легко залезли на хребет и спустились к Охотскому морю. Потом обратно. Потом вернулись на север до урочища Курорт и залезли на Крузенштерна.

Там стояли белые купола локаторов, вокруг горы железа, бочек и техники, уже брошенной военными. Мы снова пошли на юг. Уже не по берегу, а по хребту.

Тропы не было. Низкий бамбук чередовался с пятнами кедрового стланика, мы виляли меж ними. Тяжеловато, но можно идти. Море видно и справа, и слева, и чем дальше на юг, тем сильней полуостров сужался, и мы шли как по палубе боевого корабля с носовым "флагштоком" (маяк Анива), а "рубка" его (гора Крузенштерна) была сзади.

Ближе к мысу пошли над обрывами анивской стороны, продираясь по кустам. Солнце в закат. Тут мы и вышли на ЭТО место, в котором сразу захотелось ночевать. Это была прямоугольная площадка, вырубленная в скале то ли Природой, то ли людьми. Метров 20 на 10. Дно её было неровным, бугристым.

Она была закрыта от ветра с южной, восточной и северной сторон, а западная сторона в сторону Анивского залива была открыта ветрам и шла над высоким и неприступным береговым обрывом. До маяка (смутно помню) было не больше километра.

Там росли тисы. Судя по помёту, место это укромное любили изюбри. Ещё тогда я подумал, что "Стоянка Тис" — возможно — была база японских строителей маяка для жилья и складирования элементов постройки. Уж слишком мала и опасна в шторм скала Сивучья, на которой стоит маяк.

Может, не японцы её сделали, она намного древнее… Джурджени… Ведь мысы Крильон и Анива во все времена имели стратегическое значение для людей суши и моря. Историк И.А. Самарин сказал мне перед походом, чтобы я наделал там фоток, замерил всё рулеткой, и тогда он хоть приблизительно скажет мне: искусственная она или природная.

Лето началось, ещё много пешеходов будут гулять по этим местам. Если найдёте что-то подобное — зафотайте всё, замерьте хотя бы шагами, забейте координаты. Дайте знать мне или Игорю Анатольевичу.

***

Устал за два дня, кое-как вернулся, доплёлся до стана, скорость 2 км\час.

Через пару часов пришёл Алексей, потом Николай. Он старше меня, 67 лет, а ходит лучше, сильнее. Вечером со смехом рассказал нам, как ездил на материк в Липецк к 64-летнему тестю племянника. "Спрашивал, как я на Сахалине провожу свободное время. Отвечаю ему: зимой на лыжах, летом на велосипеде". Тесть подумал, помолчал, потом говорит:

— Тебе нельзя на велосипеде.

— Почему?

— Ты старый.

Они удачно поднялись на хребет по сухому ручью, увидели там стадо в 12 изюбрей. Пошли на юг — до конца, докуда можно без риска дойти. Наделали там красивых фоток с маяком. Потом на север по анивской стороне, искали мою "Стоянку Тис". Не нашли… Спустились к морю другим ручьём.

Вечером Алексей затеял баню, но мылся один: мы отказались. Завтра тяжёлый день "отступленья на север". Баня взбодрит сначала, потом последние силы у сердца отымет. Так что Лёха парился, а мы с Колей на нарах лежали. Книжки читали и силы копили.

Стемнело. Вдруг из темноты горной тайги услышали чей-то кашель, или рык, или харканье… Изюбрь! — догадались мы и вышли наружу. Его не видно, но судя по крикам, стоит на одном месте. Наверняка нас учуял, поэтому ближе не идёт. Стоит, вопит… Уже час вопит, не уходит.

Необычное поведение! Набивается в гости, хочет познакомиться? Видимо, гормоны весенние играют, парень на пределе, за плохое поведение его выгнали из стада. Поэтому я на ночь не только дверь закрыл, но и крючок накинул. А то вломится ночью рогатый да как полюбит всех троих!

День четвёртый. Домой

С рассветом опять его "лай" или "кашель", опять пришёл к нам. 6 утра. Нехотя поднялся с нар и вышел, вгляделся в тайгу. В тумане увидел жёлтое тело, потом разглядел и тёмную голову, он смотрел на меня.

"Ты мне прямо скажи, чё те надо, чё те надо.

Может дам, может дам чё ты хошь".

Море штормило. С утра долго шли к квадрику, вечером без приключений приехали в Южный.

P.S. Тут фотки Николая.

Обсуждение на forum.sakh.com

соль 17:39 17 июня
Захотелось вспомнить...
Сейчас это место стало популярным и доступным, сюда организованно можно добраться на лодках и катамаранах. Несмотря на то, что маяк потерял свое предназначение, разрушается на глазах у всех, но не перестает быть грандиозным, изящным, гордым сооружением.
Нам удалось до него добраться зимой 1981 по побережью со стороны Охотского моря. Служители маяка были удивлены и обрадованы нашему приходу, тепло встретили, обогрели. Прекрасный вечер и ночь провели с ними на маяке. Пели песни под крики чаек и плеск волн. Теперь это путешествие кажется некоторым безумством, а тогда было просто здорово!
Держись, маяк!
Promax 12:54 17 июня
По хребту от круза до анивы ходили, тропа есть?
крыс 14:13 14 июня
Гм, Анатолий в своём рассказе о мысе упоминает РИТЭГ на мысе Павловича. Таблички, то-сё. А нету его там! Мы по крайней мере не заметили.
КЕХ 12:08 14 июня
Очень интересный материал. Удачи и сил в дальнейших походах.
sakhalinka07 20:45 13 июня
Владимир пишите чаще! Очень интересно!
Читать еще 99 комментариев  

Новости

22:07 вчера
Просмотров: 3818
Разукрашенный к "Утру Родины" фасад над "Градусом" не должен отвлекать южносахалинцев от насущного
21:26 вчера
Просмотров: 4397
Осман Салманов назначен и.о. главного врача Корсаковской ЦРБ
20:11 вчера
Просмотров: 1905
Горнозаводск принимал чемпионат и первенство ДФО по мотокроссу
20:04 вчера
Просмотров: 1766
Рыночная стоимость квадрата жилья в Тымовском районе выросла почти на 10 000 рублей
19:46 вчера
Просмотров: 2458
"Ловецкий" выпустил 12 млн мальков кеты
19:09 вчера
Просмотров: 11145
В Корсакове разыскивают человека, из-за которого в больнице умер 50-летний местный житель
19:05 вчера
Просмотров: 3348 Фотографий: 7
Приют "Пес и кот" приглашает посмотреть, на что способна любовь
19:00 вчера
Просмотров: 3882 Фотографий: 8
Южносахалинцы недовольны частниками, которые не следят за своей территорией
18:55 вчера
Просмотров: 2650
Три сахалинских мастера отправились на всероссийский конкурс в Благовещенск
18:45 вчера
Просмотров: 6748
Из-за медведей вход на долинское кладбище временно закрыт
18:42 вчера
Сахалинцы стали чаще страховаться
18:37 вчера
Просмотров: 17607 Комментариев: 169
Солдат-срочник впал в кому после падения из окна отделения полиции в Аниве
18:00 вчера
Просмотров: 5781
Зампред Байдаков призвал минЖКХ "не посылать нафиг" вице-мэра Южно-Сахалинска
17:56 вчера
Корсаковские владельцы социальных аптек смогут принять участие в конкурсе на получение субсидии
17:54 вчера
Просмотров: 5221 Комментариев: 80
Жителям Черемушек объяснили, почему в ожидании реновации района они платят за капремонт