16+

Прощай, Сахалин!

Миграция, Weekly, Южно-Сахалинск

Этот лайфхак — для тех, кто решил навсегда покинуть нашу прекрасную малую Родину, реализовать поколениями оттачиваемую sakhalin dream: сменить извечное временщичество на устаканенный порядок спокойного места, обладающего всеми достоинствами Сахалина и лишённого всех его недостатков.

Сперва кратко обобщим: кто уезжает, куда, зачем и почему.

Кто уезжает

  • школяры-выпускники, которым ЕГЭ дал возможность стать географическими выкрестами. Юнцы и юницы неоскудеваемым потоком устремляются после 11 класса в любые вузы России, радостно принимающие в свои объятья и самих выпускников (владеющих хотя бы элементарными навыками прямохождения и речи) и денежки их преисполненных надежд родителей.
  • пенсионеры, решившие, что именно они реализуют бесконечные кухонные сетования своих родителей, не сумевших переехать никуда, кроме наших уникально безобразных кладбищ, иллюстрирующих пресловутое сахалинское временщичество,
  • интеллигенция — в основном, из педагогической и научно-исследовательской среды, бесповоротно истощившейся в нашем тотально прагматичном регионе,
  • "бизнесмены" и рантье, весь труд которых сводится к тыканью пальцем в смартфон и наведению контактов и рынков на основе методологии "чё почём?". Эти мимо моего очерка: во-первых, они избирают в качестве своего пристанища скорее заграницу, чем "немытую Россию". Во-вторых, объективно оценить особенности их труда и самовыражения мне мешает классовая ненависть, потому я обхожу их стороной.

Почему уезжают?

  1. Отсутствие трудовых перспектив. Под мудрым государственным руководством малый и средний бизнес как социальная сила на Сахалине так и не сложился (злопыхателям сразу же напоминаю слова Гегеля: "Исключение подтверждает правило"). Сфера обслуживания не представляет ничего более выразительного, чем пара барбершопов и всемогущая корпорация типа "100 услуг". А перспективы трудоустройства в сфере государственного и муниципального управления всецело зависят от критериев внутренних (назовём их так, обтекаемо).
  2. Тяжкие природно-климатические условия, дополняемые чудовищными социально-коммунальными особенностями сахалинского благоустройства (и его стоимости), позволяют выживать на Сахалине только преизрядным мученикам.
  3. Ну и островная клаустрофобия. Хотя наш расчудесный остров прекрасен возможностью соступить с тротуарной плитки прямиком в таёжные дебри, ограниченные только океанским побережьем, не всем это любо — большинство тоскует из-за ограниченности горизонта сопками и водами, на подсознательном уровне мечтая о русской степи да степи кругом. И это мифическое "русское поле экспериментов" порождает нервическую жажду изменения ландшафта обитания на, казалось бы, исторически и генетически более пригожий.

Куда и зачем едут сахалинцы на ПМЖ?

Про заграницу мы говорить не будем — даже несмотря на "европеистость" и подвижность сахалинцев, цивилизационный код подобен якорю, сдерживающему тягу к чуждым мирам. Поэтому большинство переезжающих избирают для себя местности, в которых редкие сахалинские радости (например, социальный контроль населения за деятельностью властей, посредством того же "Сах.кома") дополняются низкими ценами, доступной коммуналкой и упорядоченным благоустройством. И, конечно же, сахалинцам неприятна Азиопа во всём своём безобразии феодальных нравов, родоплеменной поруки, извечной разрухи, непобедимой грязи и судьбоносного холопства. Поэтому под представление о "Русской Европии" попадет весьма ограниченное количество населённых пунктов. Те, кто не видит в себе сил и нервов для выживания в вавилонистых Москве и Санкт-Петербурге, едут в Белгород (уже переполненный сахалинскими пенсионерами), Калининград, Краснодар и т.п. Кое-кому ещё удаётся реализовать советские чаяния безбедной ранней старости на сахалинской пенсии где-нибудь в Кисловодске или Пятигорске, но таковых уже осталось мало.

Результаты?

Что получают переезжающие сахалинцы, ответить сложно, потому что это движение ещё не окончено. Нужно его завершение и некоторый срок для подведения окончательных итогов. Но промежуточные результаты, суммирующие множественный опыт общения с "внутренними эмигрантами", являют нам неоднозначность сахалинской мотивации к эмиграции. Поскольку превалирующее большинство едет не "к", а "от", это путешествие подсознательно воспринимается ими как бегство. А всякое бегство неостановимо, потому что страхи не имеют пределов роста. И, достигнув каких-то очевидных преимуществ "материка" перед островной действительностью, сахалинцы начинают спотыкаться о нравы аборигенов, о политические нюансы и социальные недоразумения — всё это в итоге оскверняет результаты исхода и заставляет мечтать о продолжении странствия (если сохранились силы).

Единственная категория сахалинцев, которая оптимально приживается на новом месте, — это воспитанная ютубом молодёжь, чей квартирный жизненный опыт, социально-политическая позиция и деловая хватка подчас такие же, как у комнатного растения. Но даже будущие питерско-московские студенты, привитые к поверхностной богеме, продолжают сохранять связи со своими родственниками, погрязшими в трясине островной безвыходности. Многие этими связями тяготятся, стараются оборвать их, превратившись в гламурное перекати-поле. Некоторым удаётся…

Пять советов для решивших перестать быть сахалинцами

Вот для того, чтобы избежать описанных трагических перверсий, я и предлагаю свои предостережения сахалинцу как потенциальному (или перманентному?) страннику.

1. Осознать, чего ты ждёшь от переезда. Главное — тщательно откалибровать свою мотивацию. Словами Канта, "свобода от…" всегда оборачивается разочарованием, усталостью и новым закрепощением. Только "свобода для…" может по-настоящему отмотивировать на творческое мышление и продуктивную деятельность. Нужно прорисовать в уме образ того мира, который ты построишь в плоскодонных ландшафтах континентальной России. А истеричного бегства, разогретого многопоколенческим "чемоданным настроем", нельзя допустить — иначе этот бег будет бессмысленным, утомительным и по-булгаковски безостановочным…

2. Создать компанию. Родичи, друзья, товарищи, компаньоны, коллеги — только с ними, полагаясь на них и по-своему отдаваясь им, можно чего-то достичь. Да, сахалинцы выросли более индивидуалистичными, нежели "обычные" россияне, но в России (да и везде!) один в поле не воин. Поэтому всегда должны быть те, кто поддержат в трудной ситуации, сохранив верность тебе, не взирая ни на какие изменения твоего поведения в необычных условиях. Но и ты должен быть таким же — дружба основана на взаимности. Переезд — дело коллективное. Одиночество на чужбине — нет ничего хуже, это даже романтик Даниэль Дефо осознал.

3. Изучить объект переезда. Никогда не срывайся в неизвестность! Необходимо произвести предварительную разведку, лучше всего — разведку боем. Съездить, посмотреть, пожить в новой местности. Это трудноисполнимое условие — оно приемлемо только для молодёжи, а молодёжь и так не заморачивается, будучи движима гормональным энтузиазмом. Зрелые сахалинцы, невероятным напряжением воли выдравшие свои якоря из родимого грунта, имеют сил только на одно плаванье — чтобы поскорей бросить в чуждые мутные воды якорь житейских обыкновений, привычек и пристрастий.

Посему хорошо бы иметь побольше денежек — ими можно смазать любую якорную цепь, чтобы жизнь в непривычных условиях была менее скрипучей. Но и здесь не следует обольщаться: "недорогая" жизнь на материке снедает всё, что умудрились сахалинцы скопить в наших суровых условиях. "Материковцы" подчас воспринимают сахалинцев как денежные мешки, регулярно получающие баснословную "среднюю" зарплату, имеющие личные водоёмы, набитые красной рыбой и крабами, передвигающиеся на новейших и даровых японских машинах. Такое отношение — восторженное на поверхности — замешано на зависти, неудовлетворённости, жадности. Эти нелицеприятные эмоции во всём своём арсенале "материковцы" предложат сахалинцам. Готовы?

4. Ехать в похожее место. Нужно выбрать местообитание, напоминающее нашу прекрасную родину — природно и социально. Многие переселенцы в Краснодарский край и немногочисленные засланцы в Крым рассказывают, что гористо-морские пейзажи были их главной вдохновляющей картинкой — только теплее и дешевле. Но социальные и этнические особенности, с которыми пришлось столкнуться на чужбине, зело изгадили возможность любоваться природными изысками.

Поэтому более здравый подход — смотреть на инфраструктуру и рынок труда. А с этой точки зрения, в России только два города: Москва да Питер. Но у каждого из них своя специфика. В Москве больше возможностей, но готов ли ты ежедневно просыпаться в 4 часа утра, чтобы три часа потеть в электричке и метро по пути к реализации этих самых возможностей? В Петербурге попроще, климат более похож, население — самое "сахалинистое", но уйма своих особенностей, связанных с транспортом, расстояниями, возможностью отдыха на природе.

Калининград — наиболее "европейский", Белгород — самый "пенсионерский". Но и там вся жизнь ориентирована не на приезжих, а на аутентичное население, всегда недовольное сахалинской напористостью, активностью, самолюбием, критиканством.

Екатеринбург, Нижний Новгород, Казань — некоторым удаётся и там обосноваться. Некоторым — потому, что сахалинская диаспора там так и не возникла, а потому экспериментатору придётся полагаться только на свои силы и способности.

Степенный Хабаровск и оголтелый Владивосток регулярно пополняются сахалинцами. Но высокий уровень обратного оттока островитян (и бегства самих приморчан и хабаровчан в Центр) сигнализируют о недовольстве тем, что предлагают поспешным мигрантам ближайшие к нам "нормальные города".

Но не вздумай, читатель, забуриться в болото какого-нибудь Поволжья или Алтая. Там к фиктивному коммунальному благополучию прибавится невероятное хамство, перманентная агрессивность, поведенческая стадность — и всё это обрушится на "зажравшегося" сахалинца, притащившего с собой вагон красной икры и цистерну самомнения.

Всё-таки, словами Бродского:

Если выпало в Империи родиться,

лучше жить в глухой провинции у моря…

Там всегда почище воздух (во всех смыслах).

5. Сохранить вариант рекапитуляции. Продумать пути отхода. Да, сжигание мостов — действенный мотиватор, но почти исключительно для молодёжи (у которой особенно и не до чего мосты наводить). Человек соткан из желаний и привычек, и категорическая невозможность устроить жизнь так, как хочется, чревата безвыходной депрессией… А подчиняться обстановке сахалинцу получается с трудом — слишком мы свободолюбивы и независимы (помним болтовню о возрождении ДВР, регулярно вспыхивавшую в 1990-2000-е). К примеру, сахалинцы в большинстве своём не приемлют авторитарно-патерналистского стиля руководства — нам подавай только партнёрские взаимоотношения. Даже самые невыносимые сахалинские диктаторы (во всех сферах) стараются изображать из себя "своих парней", чтобы повысить эффективность исполнения замаскированного приказа. Россия же — дело иное, там "люминий" не предполагает критического восприятия. И непривычные для сахалинского уха разговоры о судьбе, доле и фатуме — самое популярное прикрытие элементарного разгильдяйства, лени и немощности.

Лучше сохранять в тайной заводи какую-то лодочку и небольшое сбереженьице — чтобы в случае клинического уныния припасённый в табакерке собственный Харон смог переправить тебя обратно в смородиновую реальность, где уже не все живы, но стены продолжают помогать…

Если ты решишься на переезд (в особенности, если ты решишь наказать этим зависимых от тебя домочадцев), приготовься:

  • Тебя поджидают хрестоматийно худшие проявления "русского духа" — special for you!
  • Кроме "русского духа", безжалостного к своим носителям, тебя ТАМ никто не ждёт.
  • Как только ты проявишь свою "сахалинистость", тебя незамедлительно возненавидят. В той большой деревне будут деятельно завидовать твоим удачам и откровенно хохотать над твоими промахами — со всем оттягом "широкой русской души".
  • Однозначно более комфортные природно-климатические условия всё равно вынудят тебя болезненно приспосабливаться к ним. И чем ты старше (старее), тем травматичней будет твоя адаптация (которую сахалинцы симптоматично именуют акклиматизацией).
  • Самые простые социальные действия — запись в поликлинику, вызов сантехника, получение какой-нибудь справки — окажутся почти неисполнимыми, нашпигованными подводными камнями, осуществимыми только посредством траты слоновьей дозы твоих нервов и времени (которое вообще не в цене на "материке").
  • Ты всегда будешь скучать по своей малой Родине. Человек есть функция среды. И ежели тебе посчастливится экологично вписаться в чужеродную обстановку, то, что ты называешь своим "Я", всё-таки сформировалось в другом месте и времени — от которых ты тщишься оторваться.

Заметь, читатель, никакого морализаторства! Перефразирую моего любимого Марка Твена: я сам навсегда переезжал с Сахалина пять раз, а потому знаю, о чём говорю! Опираясь на собственный опыт и опыт многочисленных друзей-товарищей-коллег, которые с разным успехом осуществили своё инкорпорирование в "обычных россиян", я сделал некоторые выводы. Обобщения мои, разумеется, никак не убедят завистников, безграмотно карябающих 80% "обличительных" отзывов на основе своего болезненного провинциализма: "А вот и нет! У моего пятиюродного пасынка, который переехал с Сахалина, было ФСЁХАРАШО, поэтому, профессор, вы не правы во всех своих заключениях". Увы, эту категорию исправит только постепенный переход сахалинцев на тюркскую письменность, поэтому выскажу злопыхателям только респект — за подстёгивание меня как автора.

То, что было мной сказано, вдохновит сильного, парализует слабого и вразумит того, кто привык думать перед действием. Квартирная ляля, живущая в мире компьютерных игр, лишний раз убедится в том, что не стоит высовываться из-под маминого крылышка — лучше отрабатывать ту программу, которую родители впихнули в тебя ради своей самореализации. Безудержный авантюрист решит, что обладает всеми надлежащими качествами, что ему благоприятствуют описанные условия, рванёт в очередной эксперимент со своей и чужой личной жизнью, чтобы впоследствии на её руинах обвинить автора этих строк в своих глупых бедах. А уставший, потрёпанный жизнью домосед будет старательно искать малейший огрех в моей писанине, чтобы радостно обвинить автора в некомпетентности и успокоиться в сладостной неге отчаявшегося неудачничества.

За годы героического преодоления экономических и природных сложностей в неистовой тяге выбраться отсюда, сахалинцы сформировались как субэтнос — со своими обычаями, навыками, потребностями, привычками. И для кого-то вырваться из этого круга — значит обрести новую жизнь. Для кого-то — потерять всё, что делает тебя самим собой, погибнуть… Дорогу осилит идущий! Хуже, разрушительнее всего — не обдумывать то, что делаешь. Обдумаешь, примешь решение — будешь жить своей жизнью. И она будет радовать: радует только своё, родное.

Новости по теме:
Узнавайте новости первыми!
Подписаться в Telegram Подписаться в Telegram Подписаться в WhatsApp Подписаться в WhatsApp

Обсуждение на forum.sakh.com

анонимная  14:09 20 июля
Тревожит будущее Сахалина, бежать, бежать инстинкт подсказывает..
Spoke6 18:01 4 июля
Для человека с тонкой организацией , наверно, это правда, но большинство уезжает , чтобы элементарно выжить на нищенскую пенсию , которой здесь просто не хватит ни на что. Даже коммуналку тут компенсируют , если она стоит более 22% твоего дохода, а вот в Москве - более 10%, в Питере- более 14% .
Агат 10:34 21 декабря 2019
Надоела вечная зима! Ну да, плавный переход из весны в осень тоже надоел.... Поскорей бы свалить с Сахалина! Кожемяко это быстро понял
emptiness 20:03 19 декабря 2019
Кто рад переезду, тот пишет о достоинствах нового места, кто не рад, тот пишет о недостатках прошлого места.
анонимная  19:20 19 декабря 2019
А. П. Чехов об острове Сахалин 130 лет назад:
вольную колонизацию на юге Сахалина следует признать неудавшеюся. Виноваты ли в этом естественные условия, которые на первых же норах встретили крестьян так сурово и недружелюбно, или же всё дело испортили неумелость и неряшливость чиновников, решить трудно, так как опыт был непродолжителен
Читать еще 799 комментариев