В сетях. Из истории "рыбной войны". Сахалин.Инфо
17 апреля 2024 Среда, 22:32 SAKH
16+

В сетях. Из истории "рыбной войны"

, Sakhalin.Info
Франтирер, Weekly, Общество

Не так давно бывший госсекретарь США Мадлен Олбрайт явила миру идею о том, что богатства малонаселенной Сибири не могут принадлежать только одному народу России, а должны находиться под международным контролем. Идея эта не нова - пользуясь слабостью России и на начальном этапе становления СССР в послереволюционное время, её возобновляемые и невозобновляемые ресурсы с азартом грабили как в европейской части страны, так и на Дальнем Востоке. Отголоски этих событий на Дальнем Востоке прослеживаются вплоть до конца 30-х годов ХХ века и нашли свое отражение как в исторических исследованиях, так и в художественной литературе и кинематографии.

При этом писатели и кинематографисты, создававшие образы героев-пограничноков и приамурских партизан, сражавшихся на суше с иностранными интервентами, как-то стороной обошли историю корабля береговой обороны "Ниитака", погибшего в августе 1922 года у западного побережья полуострова Камчатка. История эта настолько интересная, насколько и поучительная.

До этого все "демонстрации флага", "поддержка оккупации", "защита японских интересов" японского императорского флота в водах Дальневосточной республики обходились сравнительно благополучно. Хотя и не обходилось без чувствительных неприятностей. Например, 16 сентября 1921 года сел на подводную скалу у Владивостока броненосец береговой обороны I-го класса "Микаса".

26 сентября 1921 года при помощи эскадренного броненосца "Фудзи" и новейшего линейного крейсера "Харуна" его удалось снять с камней и отбуксировать на ремонт в док Владивостока, где этот ветеран русско-японской войны находился до 22 октября 1921 года. Здесь же, у берегов Камчатки, ситуация складывалась кардинально иначе, чем в случае с бывшим флагманом Цусимского сражения и свидетелем расправы с председателем Совета А.Цапко броненосцем "Микаса".

Итак, место действия - якорная стоянка близ устья р. Озерная у юго-западного побережья полуострова Камчатка.

Но сначала - несколько неожиданный для читателя военно-исторических материалов экскурс в биологию Охотского моря. Букв будет много. И терминов. Ключевой - детрит. Это органическое вещество в виде частиц различного размера и неодинаковой степени разложения, оседающее на дно водоемом. Каждая частичка детрита - это сложный комплекс, представляющий собой ядро, на поверхности которого располагаются микроорганизмы. Живые и отмершие. Основа пищевой цепи в морях шельфового типа. Всё остальное зависит от гидрологических условий района - подвижности вод, температуры воды, содержания кислорода в воде и придонных осадках, а также наличия на дне фауны и микрофлоры.

В нашем случае, в устье реки Озерной, мы имеем типичный участок шельфового типа. И пополнение биогенными веществами здесь происходит по преимуществу за счет речного стока. Большая часть первичной органической массы формируется фитопланктоном и бактериями, но их продукция относительно равномерно используется в донной и пелагической (в толще воды) пищевых цепях. Продукция нектона (свободно плавающие морские организмы) составляет десятые доли процента, то есть в десятки раз выше, чем в открытом океане от первичной продукции и формируется за счет мирных рыб как толщи воды, так и морского дна.

Но и это не все. Это ещё и район знаменитого камчатского аппвеллинга - зоны подъема холодных вод, насыщенных питательными веществами и кислородом. Иными словами, один из самых биопродуктивных районов Охотского моря с благоприятными условиями для морского и прибрежного промысла. Со всеми отсюда вытекающими.

До японского острова Сюмумю, самого северного в Курильской гряде - рукой подать, полдня экономичного хода даже такому "старичку" c изношенными паровыми машинами тройного расширения, как бывший крейсер, а ныне корабль береговой обороны "Ниитака".

До партизанской "столицы" Камчатского края - небольшого поселка Качики на западном побережье полуострова тоже полдня неспешного экономичного хода. У партизан - американские винчестеры, "трехлинейки", старенькие "берданки", пара пулеметов… У японцев - шесть 152-мм орудии главного калибра, "армстронговские" трехдюймовки противоминного калибра крейсера-корабля "Ниитака". Несколько скорострельных орудий и пулеметов. И если сильно приспичит, то "Ниитака" обеспечит пару вооруженных 47-мм скорострельными орудиями паровых баркасов для действий в устье реки Озерная и на мелководье у берега. Для этого случая и десантную полуроту с карабинами "Арисака" и пулеметами на берег свезти можно. Шаткое равновесие. Крейсер караулит японские рыбные промыслы, а на дальности выстрела его орудий действуют партизанские дозоры. Равновесие, мать его так…

Вот так и торчал бронированным пугалом на мелководье в устье реки Озерной ветеран русско-японской войны бывший крейсер "Ниитака". Это на военной фене называется "поддержка оккупации". И под его прикрытием, оттеснив с промысловых участков русских купцов и промышленников, ловили рыбу японские предприниматели. Длинными ставными сетями. Перехватывая мигрирующие вдоль берега стада лососевых. Ловись рыбка. Большая и маленькая… В мутной водичке братоубийственной гражданской войны.

История в истории. Кто есть кто и что есть что.

Первое знакомство с русскими и русским оружием у 3420-тонного крейсера "Ниитака", построенного в 1902 году на верфи флота в Куре, состоялось 9 февраля 1904 года. Он не обладал скоростью "Новика", выдающейся автономностью и мореходностью. Но "Ниитака", обладая водоизмещением, сравнимым с крейсерами "Новик", "Жемчуг" и "Изумруд", нес достаточно мощное для своего водоизмещения и размеров артиллерийское вооружение. Поэтому, оставаясь по сути бронепалубным, действовал вместе с броненосными крейсерами. Было, правда, правда одно "но": перегруз за счет вооружения определял неудовлетворительную остойчивость и неудовлетворительную штормовую мореходность.

Крейсер действовал в составе отряда крейсеров адмирала Уриу в Чемульпо (ныне Инчхон) против русских кораблей - крейсера "Варяг", канонерской лодки "Кореец" и группы судов пароходства КВДЖ. Затем новая встреча с русскими кораблями во время прорыва Тихоокеанской эскадры во Владивосток 23-24 июня 1904 года, бой в Корейском проливе с Владивостокской эскадрой 1 июля 1904 года, бой с крейсерами Владивостокского отряда 14 августа 1904 года, бой с крейсерским отрядом контр-адмирала Энквиста днем 27 мая 1905 года в ходе Цусимского сражения, бой и потопление крейсера "Светлана" и преследование эсминца "Быстрый" у острова Дажелет и у побережья Кореи утром 28 мая 1905 года.

Богатая биография. Она не закончилась внутреннем взрывом неправильно хранившихся боеприпасов в 1905-1907 году. Его миновала полоса аварий, связанных с гибелью в штормовых условиях и посадками на мель в период с 1907 по 1914 год как у эсминцев "Инадзума", "Харусаме", "Синономе", "Асацуо" и минного заградителя "Нанива". В эту же компанию попадал еле доковылявший из Мексики в Японию через порты САСШ и Канады "защитник японских интересов" текущий, как решето. броненосный крейсер "Асама". "Ниитака" не напоролся на германскую мину у крепости Циндао в 1914 году. У него не рванули котлы, как на эсминце "Икадзучи". На нем не взорвались боеприпасы военного времени, как на крейсере "Мацусима", броненосном крейсере "Цукуба" и линкоре "Кавачи".

В начале 1921 года, с появлением более современных, быстроходных и лучше вооруженных крейсеров, а также в связи с Вашингтонской конференцией по ограничению морских вооружений, на которой Британия, США и Франция предприняли успешные попытки ограничить рост военно-морской мощи Японии, устаревший крейсер "Ниитака" стал кораблем береговой обороны. С него сняли часть 76-мм противоминных орудий. На корме появилась зенитная пушка и пулеметы "Льюис". Как говорится, "Я не я и лошадь не моя". И был вновь испеченный корабль береговой обороны направлен к берегам русской Камчатки. Для защиты "японских национальных интересов".

Старому служаке вскоре исполнилось 20 лет… Теперь на нём служил другой экипаж и другие люди ставили ему боевые и практические задачи… Но национальность у противника японского крейсера оставалась прежней. Как говорится: "Война не сменила планы. И не сменила врага…"

Бывший крейсер был застигнут штормом на якорной стоянке близ устья р. Озерной 26 августа 1922 года. Штормовой ветер начался с востока, от камчатского берега, и командир корабля, по-видимому, рассчитывал отстояться под его защитой в ветровой тени. Хотя правильнее было бы сниматься с якорей и идти штормовать в открытое море.

Вулканические конусы на этом побережье поднимаются на высоту до двух с половиной тысяч метров. Фактически они служат климатической границей между относительно теплым западным и холодным восточным побережьем Камчатки. И по этой вулканической цепи частенько проходит линия фронтального раздела между двумя типами воздушных масс. Сопровождаемых устойчивыми ветрами восточного направления. И до известной степени горная вулканическая цепь может прикрыть и от ветра. Но не в этом случае. Это был не смешанный фронт, а внетропический циклон. Когда офицеры "Ниитака" разобрались с проявлениями приближающегося циклона, время было уже упущено. Это было роковой ошибкой командира крейсера - при прохождении внетропического циклона ветер довольно быстро может меняться на противоположный.

Однако человек предполагает, а природа готовит сюрпризы. Когда ветер резко изменился на зюйд-вест, крейсер оказался в опасном положении - его начало прижимать к камчатскому побережью, где его легко могло выбросить на обширную полосу мелководья.

"Ниитака" снялся с якоря, но вскоре в штормовом море и в темноте вошел в выставленные вдоль берега рыболовные сети и намотал их на гребные винты.

И всё. Паровая машина двухвинтового боевого корабля мощностью в 9500 лошадиных сил оказалась бессильна. О попытках освободить винты нечего было и думать: огромные волны бросали крейсер как щепку, а удар волны о борт расплющил бы в кровавую лепешку любого добровольца. Попытка завести плавучий якорь также не дала результатов.

Потерявший управление крейсер тащило штормовыми волнами к берегу. В конечном счете корабль был прижат к мелководному берегу и опрокинут штормовыми волнами на борт, весь его экипаж - 286 человек, - погиб. Кто на боевых постах, а кто-то - при попытке добраться до берега через буквально кипящее мелководье. Несколько дней Охотское море выносило на побережье западной Камчатки трупы в японской морской форме.

Но вот что странно - в ряде исторических источников упорно фигурирует цифра "около 400 человек". Это больше чем на 100 человек от штатной численности. А 286 человек меньше штатной численности экипажа "Ниитака" в военное время. Не исключено, что речь как раз и идет о десантной полуроте, находившейся на борту к моменту катастрофы. Точнее, о пехотной полуроте численностью 110-125 солдат, унтер-офицеров и офицера в звании поручика. И эти потери учитывались по другому ведомству, а цифра "около 400" является суммарной для армии и флота.

Это был самый крупный "улов" японских рыбопромышленников и браконьеров у побережья Камчатки. И самая крупная потеря императорских ВМФ за период японской интервенции на Дальнем Востоке.

Вскоре после катастрофы подошли японские боевые корабли-стационеры из Петропавловска-Камчатского. К этому времени в полную воду из успокоившегося моря торчали часть борта, руль и обмотанный сетями винт. Последовали продолжительные спасательные работы силами ВМФ Японии с демонтажем вооружения и наиболее ценного оборудования. Затем остов крейсера продали для разделки на металл одной из частных фирм.

Считается также, что гибель корабля береговой обороны "Ниитака" послужила ключевым событием прекращения японской интервенции на российском Дальнем Востоке. Это не совсем так: Страна восходящего солнца входила в мировой кризис и такое дорогостоящее мероприятие, как военная интервенция с содержанием 75-тысячного экспедиционного корпуса и действующей группировки флота в водах Дальневосточной республики, становилось весьма накладным делом.

В годы Первой Мировой войны в Японии значительно выросли производительные силы, поэтому сужение рынков сбыта после её окончания неизбежно привело к кризису перепроизводства. При этом сельское хозяйство, оставаясь по сути своей полуфеодальным, не справлялось с обеспечением страны рисом. Его производство не росло, цены на ввозимый в Японию рис бесконтрольно "задирались" торговыми домами Мицуи, Судзуки и другими. Одновременно правительство начало создавать запасы риса для армии, действовавшей на Дальнем Востоке и в Сибири, его нехватка в стране стала еще более острой и привела к спекуляции этим продуктом питания. Рост цен на рис и инфляция привели к тому, что зарплата и доходы населения неуклонно снижались. По стране прокатилась волна рисовых бунтов. Они ничем не отличались от обычных "утиковаси" и были быстро подавлены вооруженными силами.

Уже после 1919 года торговый баланс Японии стал пассивным, однако производство продолжало стремительно расти. Это привело к тому, что в марте 1920 года началось резкое падение курса акций. Значительно снизились цены на товары; сокращалось производство в хлопчатобумажной и шерстяной, а также в сталелитейной, медеплавильной, сахарной, шелкоткацкой и других отраслях промышленности. Банкротства банков и компаний следовали одно за другим. Резкое падение цен на шелк-сырец и рис нанесло крестьянам тяжелый удар.

После всех этих событий японская экономика уже не могла оправится. В 1921 году её потрясло сокращение вооружений - "под нож" Вашинтонгского соглашения по ограничению морских вооружений 1921-1922 года попала амбициозная программа строительства мощных линейных, авианосных и крейсерских сил. В 1922 году произошло банкротство 29 банков. Японское правительство стремилось предотвратить экономический кризис путем предоставления непосредственной материальной помощи компаниям, сокращения налогов, субсидирования предприятий, расширения производства за счет капиталов, вложенных самим правительством, что привело к огромному росту государственных займов. Усиливалась инфляция. Именно поэтому японское правительство не смогло снять эмбарго на вывоз золота. Оно опасалось, что снятие эмбарго неизбежно вызовет дефляцию, усилит банкротство промышленных предприятий и нанесет ущерб помещикам, торговавшим рисом. Таким образом, оттяжка краха ещё более усиливала внутренние противоречия в японской промышленной системе и восвсе не способствовали стабилизации японской экономики.

На фоне этих и последующих событий гибель безнадежно устаревшего корабля береговой обороны была лишь единичным трагичным фактом на фоне рушащегося мира японского обывателя.

Возвращаясь к словам госпожи Олбрайт, хочется заметить, что проказница-история повторяется два раза. Первый раз в виде трагедии, второй раз - в виде фарса. Норвежские броненосцы береговой обороны, прикрывавшие браконьерские флотилии, истреблявшие на русском Беломорье детенышей тюленей, оказались бесполезны против новых германских кораблей, и королю Норвегии пришлось пешком уходить через перевал на соединение с ещё не эвакуированными из страны англо-французами. Средства, вырученные от убийства бельков, не помогли Норвегии создать современные вооруженные силы. Японские боевые корабли, прикрывавшие безудержный грабеж в советских территориальных водах в 20-30-х годах, оказались бессильны против американской авиации и подводных лодок, и уже в 1944 году большинство японских рыболовных концессионных участков на восточном побережье Камчатки оказались не занятыми, а рыба - не вывезенной. При этом население Японских островов снабжалось продуктами питания довольно скудно. В моду вошел т.н. "национальный обед": чашка риса с красным кружочком отварной моркови. И никаких тебе изысков. А на Камчатке, на брошенных концессионных участках, гнили тысячи тонн рыбы и пищевых водорослей. Вскоре, осенью 1945 года должность живого бога в Японии была сокращена, и император Японии стал просто символом нации.

Неуемный грабеж соседей при любом удобном случае позволяет не только наживать врагов, но и не решает множество проблем промышленно-экономического, научно-технического и социального характера. Поскольку, не заглядывая слишком далеко в будущее, можно неплохо обходиться и без всего этого. А также абсолютно развращает нацию. И приводит к стратегическим проигрышам в переломные моменты истории.

Подписаться на новости