10 декабря 2018 Понедельник, 12:25 SAKH
16+

Аномальный поход: мыс Ламанон — озеро Айнское

Туризм, Weekly, Общество, Углегорск, Томари

Идея пройти вдоль Татарского пролива от Углегорска до Красногорска родилась стихийно. Был конец сентября, и сорвался глобальный поход по стране, поэтому я решил направить неиспользованную энергию на поход в какое-нибудь интересное место на Сахалине, где еще не был. Выбор сразу же пал на водопад Ламанон, что в Углегорском районе. Предложил Варягу составить компанию.

Концепция похода была такова: посетить водопад Ламанон, пройти по старой японской дороге до Красногорска, выйти на озеро Айнское. Собственно, то, что с нами произошло на подступах к упомянутому озеру, и заставило меня написать эти строки, поскольку не поддается никакому логическому объяснению.

30 сентября утром мы выехали на рейсовом автобусе из Южно-Сахалинска и в обед были уже в Углегорске. Затарившись в магазине продуктами впрок, мы с Варягом двинулись в путь.

Сразу же за городом поймали попутку, и она нас довезла почти до бывшего поселка Изыльметьево. Она провезла бы и дальше, но пробило колесо, и мы пошли по мокрой дороге пешком. Впрочем, дождь кончился, и было лишь пасмурно.

Ходьба пешком располагает к неспешному созерцанию окружающей действительности: перед нами открывались красочные виды. Вот у подножия горы Изыльметьева (684), в стороне от дороги, расположилось живописное село Поречье.

Вскоре дорога вышла на побережье — к заливу Изыльметьева, на берегу расположился поселок Орлово.

Поселок носит имя Орлова Дмитрия Ивановича, российского кругосветного мореплавателя, сподвижника Г.И.Невельского по Амурской экспедиции и основателя поста Ильинский на Сахалине.

В поселке есть крепкие хозяйства, даже японский пирс разрушен мало.

Залив Изыльметьева. Вид с юга.
Залив Изыльметьева. Вид с юга.

Мы шли до самого вечера, в сумерках показался маяк на мысе Ламанон.

Уже в темноте мы добрели до него. Луч маяка с определенной периодичностью пробегал по земле, и, направляясь к постройкам, мы, освещаемые им, были похожи на людей, пробиравшихся по некой охраняемой зоне.

В одном из домов было слышно, как работает телевизор, что никак не гармонировало с окружающей средой: весьма неожиданным представал типичный российский быт в этой дикой прибрежной глуши.

На лай собаки из дома вышла женщина и, распознав в нас путников, пригласила в дом. Мы попросили пару дров, чтобы разжечь костер на водопаде, где мы намеревались заночевать, но хозяева нас отговорили, сказав, что далековато до водопада — километра два — и медведи могут бродить. Нам предоставили помещение для ночлега, и мы, сварганив ужин и побеседовав с хозяевами о том о сем, легли спать.

Вообще, маяки — это отдельная тема для разговора. В этих исполинах застыло время. Высясь над миром, они, словно средневековые замки, являют собой крепости, неприступные и величественные. Вот и маяк на мысе Ламанон: он построен во времена Карафуто. Крытые ходы между его постройками сохранили в себе дух старой Японии, далекой и загадочной. Реальные стекло, железо и бетон бьют по сознанию, зараженному пластиковым виртуализированным постмодерном. Из глубин подсознания проявляется желание остаться в таких местах навсегда: нечто настоящее пленяет случайно зашедшего сюда путника.

Ранним утром после завтрака маячным сухпайком мы с работником маяка поднялись на сам маяк. Он посылает сигналы кораблям, проходящим Татарский пролив. Маяк находится на мысу Ламанон — еще одно французское название на карте Сахалина: мыс назван в честь участника экспедиции Лаперуза, ученого Робера де Ламанона.

Признаться, я долгое время думал, что мыс Ламанон — крайняя западная точка Сахалина (141°50′ в.д.), на самом же деле крайней западной точкой является мыс Лах (141°38' в.д.), расположенный южнее мыса Погиби и лишь немного "опередивший" мыс Ламанон.

Через пролив, как раз примерно напротив маяка, находится Советская Гавань, говорят, даже огни оттуда видать. К маячникам мыса Ламанон с материковского берега в гости их коллеги на моторной лодке приезжают: по прямой чуть ли не пару часов всего занимает.

Вид сверху на территорию маяка. Постройки соединены крытыми ходами
Вид сверху на территорию маяка. Постройки соединены крытыми ходами
Татарский пролив. Мыс Ламанон
Татарский пролив. Мыс Ламанон

После экскурсии маячник подвез нас на "УАЗике" до водопада, снабдив нас сухими досками для разжигания костра.

На полянке, где мы высадились, неподалеку от водопада, уже стоял деревянный столик — судя по всему, здесь "культурно" отдыхают местные. Свято место пусто не бывает.

Вот такая дровина в до боли знакомой форме
Вот такая дровина в до боли знакомой форме

Водопад терялся в расщелине, и после плотного второго завтрака (мы ещё не знали, что это единственный плотный приём пищи на ближайшие сутки) мы отправились на него.

Водопад был шикарен, райское место, ничего скажешь. Это своими глазами видеть надо. В довершение всего в заводи водопада плавали уточки. У Варяга проснулся инстинкт охотника, благо, стрелять было нечем.

Созерцать величественный водопад снизу, конечно, дело хорошее, но мы решили подняться наверх. Для этого мы вышли из ущелья и, держась за спускавшуюся сверху веревку, поднялись по крутому склону.

По высокой мокрой траве под сенью хвойных деревьев вышли к верховьям водопада.

Там, наверху, в тайге, у низвергающейся с ревом вниз воды, царила настоящая атмосфера Северо-Восточной Азии.

Спустились. Собрали вещи и двинулись дальше на юг.

Шли вторые сутки нашего путешествия. Мы планировали покрыть расстояние до Красногорска в два этапа: в первый день пройти большую часть пути и заночевать в районе озера Айнского; во второй день выдвинуться ранним утром, осилить оставшуюся часть дороги за пару часов и, прибыв в Красногорск, сесть на утренний рейсовый автобус до Южно-Сахалинска.

Перед нами убегала вперед зарастающая травой старая японская дорога, по которой если кто и ездил, то, наверное, максимум раз в неделю или того реже. Как раз навстречу ехала иномарка, внутри которой были ребята из села Поречья. Они очень обрадовались нам и вместе сфотографировались. Больше мы никого на этой дороге не встречали.

Было довольно промозгло и холодно.

У Варяга время от времени звонил сотовый телефон — мама переживала за сына. Как он там?.. Сыт ли?.. Не мерзнет ли?.. Варяг, стесняясь меня, старался скорее заканчивать эти разговоры. Признаться, я и не обращал на них внимания, прекрасно понимая, что для матери её дитя в любом возрасте дитя, нуждающееся в постоянном внимании и заботе, тем более, когда дитя находится в походе по диким местам. Но, с другой стороны, матриархат извратил этот мир.

Местами дорогу пересекали бурные, разлившиеся из-за дождей речки, а деревянные мосты были разрушены давным-давно, о чем свидетельствовали торчащие из противоположных берегов бревна.

Мы рассчитывали уложиться в график, но погода вносила коррективы в наши планы: грязь, разлившиеся реки, дождь — всё это затрудняло наше продвижение. Мы вымокли насквозь. Хотелось разбить лагерь и приготовить горячий обед, но нам перестали попадаться реки и ручьи, а воды, без которой ничего не сваришь, у нас с собой не было.

На карте значился нежилой поселок Старица. Раз нежилой поселок, значит, там есть заброшенные избы и хоть какие-то дрова. Однако, проходя гипотетическое место нахождения бывшего поселка Старица, мы ничего этого не обнаружили: ни одного признака человеческой цивилизации, словно волной всё смыло. Сделав небольшой привал под сенью прибрежной пихтовой рощи, мы утолили голод хлебом с оставшейся колбасой и шоколадными конфетами. Хотелось пить.

Мобильник Варяга вновь весело зазвенел.

— Да, слушаю, — в свойственной ему официальной манере Варяг ответил на звонок. Конечно же, мама, кто ещё может беспокоиться о своём ребёнке в такую погоду!

— Да неголодный я! — лопнувшее терпение Варяга выплеснулось наружу.

Варяг сконфуженно спрятал мобильник. Вспомнилось его недавнее изречение, что, мол, после своей подруги так мозг выносить может только своя мама. Я сочувственно похлопал его по плечу.

В тумане смутно виднелись какие-то объекты. Приходилось напрягать зрение: не медведь ли…

Часам к пяти-шести вечера, судя по карте, мы должны были подходить к озеру Айнскому. Я сверился по карте и выяснил, что мы находимся в районе озер Угловское и Бакланье, от которых до Айнского недалеко.

Вскоре мы вышли на развилку: от дороги, по которой шагали мы, налево, в сторону сопок, уходила другая дорога, грунтовая. Подумав, что она ведет как раз на озеро Айнское, мы повернули на неё. Однако, как только дорога вывела нас на пригорок, мы увидели, что она вдалеке продолжает идти строго на восток, а не сворачивает на юго-восток к озеру, как это указано на карте. Скорей всего, лесовозная дорога, уходящая в тайгу. Пришлось возвращаться обратно к развилке.

Идем дальше на юг по заросшей колее. Дело уже к вечеру.

Вдали показалась телевизионная вышка и крыши домов Красногорска. До города оставалось приблизительно 12-15 км. Тут до меня дошло, что мы с Варягом шагаем как раз вдоль озера, и между озером и нами лишь полоска леса шириной метров пятьсот-восемьсот.

— Айнское совсем рядом! Сворачиваем. Там вода, там и разобьем лагерь. Еще немного и привал! Я был в этих краях несколько лет назад и знаю, что от озера до моря недалеко.

Прорвавшись сквозь прибрежный дубовый кустарник, мы вторглись в непроходимую чащу хвойного леса. Суровый лес, закаленный жесткими ветрами Татарского пролива, не хотел нас пускать. Однако ободренные перспективой скорого отдыха, мы пролезали, протискивались, проползали сквозь хвойные ветви и заросли высокой травы, вязли в сыром мху, взбирались на пригорок и спускались с него. В общем, проходили сквозь настоящую тайгу. Вышли на грунтовую дорогу.

Что за дорога?..

— Это дорога на Айнское, — предположил я.

— Нет, это та самая дорога, по которой мы не пошли, — сказал Варяг.

— Быть не может! Всё же надо было идти по ней. Кто знал… Ну, теперь мы уж точно выйдем на озеро. Осталось ещё немного пройти сквозь лес. Идём!

Опять заходим в чащу. Прорываемся сквозь тайгу, озера всё нет.

Через несколько минут ходьбы по лесу сквозь ветви деревьев показалась новая дорога.

— Не понял, ещё дорога?.. На карте всего одна указана. Странно. Ну, пошли дальше. Уж за лесом точно озеро.

Вновь вошли в лес. Уже без особого энтузиазма. Неужели озеро так далеко находится от побережья, что между морем и ним широкая полоса леса и целых две дороги?.. Не заблудиться бы. Начинало темнеть.

Вновь выходим на дорогу. Третья…

— Варяг, что происходит? Ты не знаешь, зачем здесь три дороги, причем одинаковые?

Варяг молчал. Смущение перерастало в негодование.

— Давай ещё раз попробуем пройти к озеру через этот лес.

Мы были вымотаны. Берцы Варяга намокли и гирями висели на его ногах. Ему было тяжело идти, и мне было совестно, что я заставил его тащиться через этот непонятный лес к недостижимому озеру.

Минут через пять мы вновь вышли на дорогу. Четвёртая!

— Варяг, ну его, это озеро! Пошли по дороге в посёлок. Тут нечисто. Отказываюсь даже предполагать, что происходит. Будем идти и по темноте, но всё-таки ночевать лучше в Красногорске. Не нравится мне это место.

Растерянные, мы пошли по дороге на юг в сгущающихся сумерках. Было около семи часов. По пути нам попалось ответвление: куда-то в сторону озера уходила лесная дорожка. Блеснула слабая надежда.

— Рискнем ещё раз!

Мы свернули. Прошли мимо поляны, на которой в кострище дотлевали угли: здесь были люди!

Дорожка кончилась, упершись в тёмный лес. Впрочем, в лес уходила тропинка. Но и она терялась среди мрачных хвойных стволов.

Вернулись на грунтовую дорогу. Стемнело уже достаточно.

По дороге попадается новая развилка: на этот раз ответвлялась дорожка на юго-запад, в сторону моря. Морем идти всё веселей: видны огни города. Единодушно решили свернуть на побережье.

Дорога была разбитой, топкой и проходила по болоту, она привела к огромному водоёму. Вода! Пускай дальше тупик, но зато есть вода. Решили разбить в этом месте лагерь.

Изможденный жаждой Варяг припал к воде.

Отыскав более-менее сухое место, мы поставили палатку и кое-как разожгли слабый костер. Приготовить ужин не удалось: дрова были сырые. Сварили лишь чай из мутной болотной воды.

Ночь прошла тихо и спокойно, даже дождь не лил. Выспались.

В семь утра по звонку будильника встали, свернули палатку, собрали вещи и двинулись в путь. Было всё также промозгло и пасмурно, и если бы не близость посёлка, было бы совсем тоскливо.

Мы вышли обратно к развилке и по дороге пошли в сторону Красногорска.

Вскоре показалось море — дорога сворачивала к побережью. С побережья уж будет видно, сколько осталось до города.

Вдруг Варяг сказал:

— Знаешь, а ведь мы вышли на самую первую вчерашнюю развилку.

— Быть не может!

— Я тебе точно говорю. Вон ту чурку, я помню, мы проходили. А вот, смотри... наши следы!

И впрямь — на юг уходили следы берцев Варяга.

Вытащили из рюкзака карту.

— Хочешь сказать, что, идя на юг, мы вернулись на север??

— Получается, что так.

Я смотрел на карту, с трудом соображая, каким образом мы оказались севернее того места, где ночевали.

— Мой разум отказывается что-либо предполагать. Давай просто пойдем вперёд до Красногорска и всё. Это озеро аномальное. Я это понял ещё вчера.

— Что-то нас постоянно возвращало назад…

Мы пошли по мокрой дороге-колее, идущей по заросшему травами перешейку между озером Айнским и морем, и оставшийся участок пути прошли без приключений, хотя потратили на это много времени — целых четыре часа, и триумфально зашли в Красногорск.

Красногорск. Протока, соединяющая озеро Айнское с Татарским проливом
Красногорск. Протока, соединяющая озеро Айнское с Татарским проливом

На озере Айнском побывать в тот поход нам не удалось: словно, само озеро не подпускало к себе. Что за силы действовали против нас, остается лишь гадать. Варяг сводится к мысли, что это были проделки лешего (водить кругами — по его части). Наши просвещенные друзья уверяют в следующем.

На Южном Сахалине некогда жил народ айну. Мне приходилось слышать, что озеро Айнское, собственно, и получило свое название потому, что на его берегу когда-то находилось крупнейшее селение айнов на Сахалине. Видать, шаманы и заговорили озеро. Удивительно то, что пока мы спали в палатке в мрачном лесу, ничего кругом не шумело, не свистело и не врывалось в нашу палатку. А ведь могло…

Одно лишь жалко, что была пасмурная погода, поскольку с западного побережья Сахалина, как раз в районе Айнского, открываются такие виды на горы-тысячники Краснова, Ичара и др., что любо-дорого посмотреть!

Озеро Айнское зимой
Озеро Айнское зимой
Озеро Айнское. Вдали — гора Краснова (1093 м)
Озеро Айнское. Вдали — гора Краснова (1093 м)

При работе над материалом были использованы сведения из следующих источников: С.А.Пономарев, "Адмирал Геннадий Иванович Невельской" (Южно-Сахалинск, издательство ИРОСО, 2014), топографический атлас Сахалинской области (1994), Интернет.

Читать 67 комментариев на forum.sakh.com  

Новости

12:04 сегодня
3 тысячи сахалинских школьников до конца года примут участие в проекте "Билет в будущее"
11:58 сегодня
Фотографий: 9
"Салон штор" дарит скидки к Новому году
11:35 сегодня
Южносахалинцев приглашают на традиционную ярмарку продукции с Хоккайдо
11:21 сегодня
Просмотров: 2166 Фотографий: 92 weekly
Анивский район. Первый год нового мэра
11:11 сегодня
Жителям Анивы предлагают проверить здоровье
10:50 сегодня
В трех углегорских селах установили шесть дизель-генераторов
10:40 сегодня, обновлено 11:37 сегодня
Просмотров: 3281
Два человека получили травмы в аварии в Долинском районе
10:39 сегодня
Видео: 1
10:33 сегодня
Просмотров: 1978
В ДТП в Невельске пострадали водитель и пассажиры Toyota Platz
10:18 сегодня
Юные хоккеисты "Кристалла" завоевали золото новогоднего турнира в Челябинске
10:02 сегодня
Видео: 1
09:53 сегодня
Просмотров: 6922
Внедорожник вылетел в кювет в районе аквапарка в Южно-Сахалинске
09:48 сегодня
В Поронайске выбирают, какие УК получат субсидии на ремонт общего имущества
09:37 сегодня
Сахалинский минсельхоз проведет прием граждан
09:25 сегодня
Невельчанам предлагают создать зимнюю сказку